Виолетта Стим – Шабаш Найтингейл (страница 39)
Дворецкий подхватил Деметру, словно легкую куклу, и усадил ее в седло. Прежде чем она успела что-то сказать, перед ней был закинут и Морган.
– Ради всех богов, езжайте! – крикнул им Гилллан и бросился к Ричарду, чтобы помочь забраться на коня и ему.
Дважды повторять не требовалось. Никогда не умевшая ездить верхом, Деми изо всех сил ударила коня ногами в бока, а затем хлестанула его уздой по шее. Ей было наплевать, причиняет ли она коню боль – он все равно был Тенью. Требовалось лишь, чтобы магическое существо тоже испугалось, и это произошло.
Конь рванул с места что есть сил.
Почти мгновенно вперед перед ними выскочил ставший по-настоящему огромным кот Пампкин. Своим шипением и ревом он расчищал перед ними дорогу от обломков, а его рыжая шерсть горела огнем.
Деметра, обнявшая Моргана одной рукой за талию, чувствовала, как напряжен мальчик, и понимала – это он в данный момент давал фамильяру свою магическую энергию для чар.
И ей было страшно уже не за себя, а за Моргана, больше всего на свете. Деми что-то кричала и непрестанно подхлестывала коня, тогда как гул не стихал и город продолжал разрушаться.
Глубокая трещина в земной коре, пролегшая ровно по центру улицы, нагоняла их сзади. Дома крушились по правую и левую стороны, заволакивая все вокруг серой пылью. И непонятно было, следуют ли за ними Ричард с дворецким, или Деметра с мальчиком давным-давно остались только вдвоем.
Конь неистовым галопом несся за Пампкином, волшебным образом выбиравшим наилучший путь. Когда он нырнул под арку оседающего вниз здания, Деми завизжала и зажмурилась, вцепившись в седло и в Моргана.
Что-то резануло ее по правой щеке и проехалось по спине, а рот заполнился пылью. В ушах уже не был слышен грохот – только звук ударов собственного сердца.
Чудом проскочив в последний момент, конь вырвался на открытое пространство из самой сердцевины непроглядного облака.
Они оказались на переполненной выжившими горожанами главной площади. Глубокая трещина наползала, и люди разбегались подальше.
Но вдруг все затихло. Разлом замер в нескольких ярдах от входа во дворец.
Кот-фамильяр остановился, и теневой конь прекратил бег вместе с ним. Только тогда Деметра нашла в себе силы оглянуться.
Город Эмайн Аблах, целиком утонувший в зыбкой дымке разрушений, был мертв.
На то, чтобы все окончательно затихло, архипелагу потребовалось не меньше трех часов. И хотя обрушения зданий прекратились, многие из них все еще оставались опасно накренены и больше не являлись пригодными для жизни. В других же бушевало страшное пламя, вызванное различными причинами, унять которое удалось лишь ближе к ночи.
Масштабы бедствия были таковы, что никто не брался подчитывать ущерб или количество погибших. Выжившие привычно взялись за организацию палаточного лагеря на главной площади.
Сам дворец магистра устоял благодаря вовремя и точно исполненным инструкциям – Вильгельмину Спириту стоило поблагодарить за организованность. Едва возникли первые подземные толчки, как на защиту главного оплота государственности магического мира были призваны жрецы собора, служащие Волшебно-магической канцелярии и Штаба, научные сотрудники и дворцовая прислуга. Чарами они смогли удержать весь комплекс от значительных повреждений. И теперь казалось, что он остался единственным, что уцелело на всем острове.
Однако сразу после этого магистр Вильгельмина приказала служащим Штаба магам-хранителям не оказывать помощь или разбирать завалы, а немедленно разыскать всех членов Верховного Ковена.
Когда маги-хранители обнаружили их, Деметра Лоренс только-только увидела среди толпы Ричарда Хаттона и Гиллана. Оба были, как и они с Морганом, в пыли и грязи, со свежими ссадинами и кровоподтеками, еле стоявшими на ногах, зато живыми.
Ричард и Морган истратили много магических сил и чувствовали себя неважно. Даже когда все спешились и теневые кони растворились в воздухе, Деми продолжила обнимать и поддерживать мальчика одной рукой, чтобы тот не упал. В довесок на плечи к ней запрыгнул принявший свой обычный вид кот Пампкин – он сразу заурчал, но делал это довольно устало и казался очень вялым.
Заметив, как маги-хранители собираются увести с площади крестного братьев Далгарт, Деметра попыталась было выяснить у них, что происходит. Но вместо ответа услышала только приказ Ричарда, выданный слабым голосом:
– Возьмите их с нами.
Всех пятерых, включая кота, под конвоем сопроводили во дворец.
Уже сразу на входе, в холле, их окружили лекари мистера Флеминга, которые помогли наскоро залечить раны, а слуги подали влажные полотенца, чтобы можно было смыть с себя грязь. Специально назначенные сотрудники Канцелярии составляли списки прибывших.
Присмотревшись, Деми увидела примерно те же лица, что и вчера, – то были члены Верховного Ковена с семьями и прислугой. Она вздохнула с облегчением, когда заметила среди них Рицци Альфано и прибывших чуть позднее Шерла Прамниона и Алану Бланшар. А когда вертела головой, надеясь разглядеть хоть где-нибудь кудрявую шевелюру Вивьен Ашер, то услышала, как ее кто-то окликнул.
Она обернулась, сразу заметив Дрейка, торопливо спускающегося с парадной лестницы, и аккуратно сняла со своей шеи тяжелого кота, вручив его стоявшему рядом мальчику.
– Слава богам, Деми, – обеспокоенно выдохнул он, когда пробился к ним. – Ричард, Морган…
Парень обнял их всех по очереди, но его лицо быстро стало еще более обеспокоенным. Глаза бегали из стороны в сторону, явно разыскивая кого-то.
– А где Дориан? – спросил он наконец.
Деметра покачала головой, не ответив. Она и не знала, что именно может сказать. Кроме одной голой надежды у нее ничего не осталось. Разрушения в городе были велики, и оставалось только молиться, что другим островам архипелага повезло больше.
– Он на Вайлдханте, вместе с Ликой Спиритой… И большего мы не знаем, – сообщил за нее Ричард. – Рут погибла в Кроу-хаусе… Да смилостивится над нами Абатис…
– Рут погибла?.. – растерянно переспросил Дрейк. – А Дориан уехал с Ликой Спиритой?
– Как Рубина? – спросила в свою очередь Деметра.
Она не хотела думать ни о Рут, ни о других сотнях погибших. И желала бы не думать ни о чем вообще, но остекленевшие глаза не выходили у нее из головы. Последними словами экономки стало напоминание о том, что Деми всегда доверяла Дориану. Но ей уже было плевать на доверие. Главное, чтобы он остался в живых.
– Рубина в порядке, – сказал парень. – Как именно Дориан оказался на Вайлдханте?
Не успела Деметра посвятить его в подробности, как в дверях, ведущих в большой бальный зал, появилась Вильгельмина Спирита. Громким и явно усиленным чарами голосом она попросила всех подняться.
Самые важные люди Нью-Авалона вновь, по прошествии едва ли десяти часов, собрались в том же зале, что и на свадьбе. Однако сейчас сложно было найти хотя бы одну улыбку. Если они и не пострадали, то уж наверняка лишились недвижимости или ценного имущества. Аристократы перемешивались с сотрудниками Канцелярии, Штаба и библиотеки, прибывшими со своими едва уцелевшими семьями. Казалось, что внутри собралось ничуть не меньше людей, чем было на свадебном балу.
Огромные золоченые люстры не были зажжены, и атмосфера оттого казалась еще более мрачной и холодной. Многие женщины украдкой вытирали слезы. Дети жались ближе к родителям.
– Члены Верховного Ковена, выйдите на середину зала, пожалуйста, – попросила Вильгельмина, сама при этом становясь по центру.
Тесная толпа зашевелилась. Деметра тут же увидела своих дедушку и бабушку Бланшар, кузена Леона и Файру Спириту, жреца Артура Эмброуза и даже целехонькую, но явно чем-то расстроенную сестрицу Рубину.
Три, пять… Шесть членов Верховного Ковена собрались и встали вокруг магистра Вильгельмины. Среди них не хватало Дориана Далгарта, Джона Кифа, Вивьен Ашер и Грим Фаталь и еще кого-то двоих.
Магистр подняла руку, зал, и без того молчаливый, совсем притих.
– У меня были причины назначить собрание Верховного Ковена именно на это утро, – начала Вильгельмина. – Проблема заключалась в том, что дело не требовало отлагательств. Сейчас, когда страшное уже произошло, это дело, увы, никуда не исчезло. Однако теперь я считаю, что бессмысленно скрывать правду от остальных, ибо мы опоздали. Ее должны услышать не только правители, но и работники дворцового комплекса, и все наши семьи. Остальным жителям сообщат чуть позже. Далее я объясню почему.
Среди людей послышался легкий шепот, сквозняком прогулявшийся по залу. По выражениям лиц правителей Деми заключила, что многие уже знали, о чем намеревалась сообщить им магистр.
– Несколько месяцев назад я тайно поручила виконту Тэду Кларенсу – отличному организатору и управленцу – секретную задачу, призванную найти решение, которое должно было спасти Нью-Авалон, – бесцветным, но мужественным тоном продолжила Вильгельмина. – Эта задача состояла в том, чтобы выяснить: отчего природа архипелага не поменялась после снятия проклятия. По моему поручению виконт набрал большую команду проверенных людей, которые исследовали закрытые доселе архивы, запечатанные в подземельях под дворцовой библиотекой. Проблема вскрылась довольно быстро. Было выяснено, что все живое на Нью-Авалоне начало умирать не столетие назад, как все мы думали, а еще в шестнадцатом веке. И вовсе не проклятие Антуанетты Вайерд было тому виной.