Виолетта Стим – Клуб Рейвен (СИ) (страница 61)

Бросившись назад, светлая торопливо вспоминала дорогу, но улицы магическим образом изменились. Появлялись новые, незнакомые здания, повороты. Все это походило на лабиринт.

Часть призраков осталась с ней, плывя по бокам «живым коридором».

— Что вам нужно? — огрызнулась светлая, ненадолго остановившись, чтобы отдышаться. — Показали бы мне, где здесь выход!

Жители острова едва заметно кивнули и сделали легкое движение влево. С сомнением посмотрев на них, Деми свернула на указанную улицу. Призраки летели следом.

Широкая дорога вела в пустоту — впереди виднелась лишь мостовая и проплывающие за ней облака в черно–синем небе. На центр города было непохоже. Но решив, что открытое пространство лучше, чем запутанный городской район, светлая решила дойти до конца и осмотреться.

Это был край острова. Небольшая площадь с высохшим фонтаном в центре резко заканчивалась серебристой оградой. Подойдя к ней, Деметра крепко ухватилась за перила и посмотрела вниз. Там чернели воды Мелиора — ядовитого моря, окружавшего Нью–Авалон, а с правой стороны, вдалеке, сквозь кровавые облака, можно было различить горы и огни города на проклятом острове.

Остров парил прямо над миром черных магов, но сам находился в другом. Это казалось невероятным. Интересно, как бы объяснила такой парадокс Рубина, или ученые мужи из волшебной библиотеки?

И что будет, если человек прыгнет отсюда? Он упадет в воду, или растворится в воздухе? А может, просто зависнет на одном месте?

Легкий шелест напомнил светлой, что она не одна. Призраки за ее спиной вновь повернули головы влево. Вздохнув, Деми посмотрела туда же и увидела круглую беседку, висящую в воздухе над морем. От площади к ней вели кованые белоснежные ступени.

В ней кто–то стоял. Кто–то материальный.

И он совершенно точно не был охотником, от которого она только что сбежала. На всякий случай оглядевшись в поисках хоть чего–нибудь, похожего на оружие, Деметра направилась к незнакомцу. Нужно было обыскать Коула на предмет других, спрятанных кинжалов. Но хорошие мысли всегда приходят с запозданием.

С опаской поднявшись по ажурным ступенькам, сквозь которые было видно море и облака, она ступила на мраморный пол просторной беседки. Стеклянный купол держался на высоких колоннах и ветру было где разгуляться. Опасный край отделяла все та же ограда.

В центре находилось какое–то устройство из кристаллов всех размеров и цветов. С правой стороны было что–то вроде приборной панели, вырезанной из мрамора. Но для чего предназначалась эта штука, неизвестно — она не работала. Да и это было неважно.

Таинственный человек интересовал светлую гораздо больше. Она тихо подошла к устройству и спряталась за большим зеленым кристаллом. Незнакомец был одет в классический костюм, волосы его были седы. Он смотрел вдаль, опершись на бортик. И вдруг оглянулся. Мужчиной оказался Винсент Ларивьер. Магистр Нью–Авалона, и отец Коула.

— Что вы здесь делаете? — пораженно выпалила светлая, напрочь забыв об осторожности. И вышла из–за кристалла. — Ведь вы должны быть мертвы!

Магистр посмотрел на нее, поправил растрепанные волнистые волосы и сделал пару шагов навстречу. Он выглядел спокойным и непринужденным, словно человек, приехавший сюда на отдых.

— Ты убила моего сына? — спросил он.

— Что? — с удивлением переспросила Деметра, растерявшись. — Нет… Коул лежит на одной из улиц… Он потерял много крови. Откуда вы здесь взялись? И откуда знаете про него?

— Спасибо, что довели дело до конца, — тихо сказал мужчина, обращаясь к… призракам за ее спиной. — Теперь я попрошу вас об еще одной услуге.

Оглянувшись, Деми увидела, как духи кивнули и поплыли вниз по ступеням.

— Только не говорите, что вы с ним заодно.

Магистр щелкнул пальцами, и светлая вмиг отлетела к ближайшей колонне, ударившись о твердый мрамор спиной и затылком. Голубой шарф соскользнул с ее шеи и змеей обвился вокруг ее запястья, затем обогнула колонну сзади и сомкнулся на запястье другой руки.

— Вы с ним заодно, я поняла, — поморщилась светлая, глядя на Магистра. — И для чего мы здесь собрались? Надеюсь, не для того, чтобы принести «светлячка» в жертву? Это было бы слишком банально.

Винсент Ларивьер не спеша подошел и молча смерил ее взглядом. От этих зелено–карих глаз становилось жутко. Они будто были мертвыми, не отражающими никакие эмоции. Мужчина выглядел так же, как и в день бала. С той же трехдневной щетиной.

Деметра старалась сохранять спокойствие, чтобы не выдать своего страха. И все же испуганно дернулась, когда он сорвал с ее шеи амулет.

— Ты похожа на нее, — бросил он, отворачиваясь, и направляясь к устройству в центре беседки.

— О, господи, — закатила она глаза, начиная раздражаться. Магистр не воспринимал ее всерьез, как великан не замечает мельтешащих под ногами муравьев. — На кого похожа? Не стройте из себя киношного злодея, вам это не идет!

Никакой реакции не последовало.

— Вы же все равно собираетесь меня убить! — крикнула Деметра, не скрывая подступившей злости. — Могу я хотя бы узнать, из–за чего?! У меня должно быть предсмертное желание!

Плечи мужчины на секунду поднялись и опустились — он вздохнул. И повернулся к ней.

— Что ты знаешь о легенде про Людвига и Антуанетту? — спросил он.

— Всё! — выпалила Деми. — Какое это имеет значение? Я знаю всё! Знаю, что Антуанетта виновата в проклятии, знаю, что Воронов было два, и знаю, кто украл Первого!

— И кто же? — приподнял брови мужчина.

— Стефани Райнер!

Губы Винсента дернулись в едва заметной усмешке.

— Нет. Это был я.

— Вы–то здесь при чем? — не удержавшись, поинтересовалась Деметра. — Вы не имеете никакого отношения к этой истории, ведь иначе вам должно было быть около двухсот лет…

И осеклась, вспомнив. В дневнике Людвига, найденном в заброшенном замке, они прочитали, что Ларивьер был избран Магистром в 1890 году.

Перед ней стоял еще один человек из девятнадцатого века. Живший почти так же долго, как Ортруна.

— Значит, вы украли Ворона? А как же Стефани?

— Глупышка Райнер украла Ворона, чтобы стать сильнее. Он был готов к работе и снабжен топливом — мощными зельями. Три из них нужно было немного доработать, одно можно было употребить сразу. Но итог один — выпивший эти зелья получил бы невиданную силу.

— Мы читали об этом, — сообщила Деметра, догадавшись к чему он клонит. — Значит, это вы выследили Стефани, убили ее, забрали Ворона. А потом подкинули кинжал с гербом Далгартов, чтобы все подумали на Ортруну. Дальше вы выпили зелья, обрели всемогущество и стали Магистром. Но для чего мы сейчас здесь? Жить скучно стало? И что вы сделали с Вороном?

— Играть в детектива может быть интересно, не правда ли, Деметра? — спросил он. Знает ее имя. Ну конечно. Снова светлая выступила в роли пешки.

— Ворона я сохранил как символ своего бессмертия. Использовать его было ни к чему, а разрушать — жалко. Уильям Далгарт был мне как отец, — продолжил он, не дожидаясь ответа. — Мне нужны были только зелья и рецепты для них. Благодаря им я стал Магистром в девятнадцать лет. И повел магов на войну. Противоречия, накопленные к тому времени между темными и светлыми были велики, так что война была неизбежна. Все получилось просто, ведь волшебники ослабли от чар Второго Ворона.

— Вы собрались пересказывать мне всю историю магического мира? — ухмыльнулась Деметра. Ее связанные руки уже начали затекать.

— Я полагал, что ты хочешь знать правду. К тому же, пока я рассказываю — ты живешь. Предсмертное желание, — напомнил Ларивьер. Порывшись во внутреннем кармане, он достал трубку и запалил ее пламенем, возникшим на указательном пальце. Затянувшись, и выдохнув дым, он продолжил:

— Как Ортруна и Людвиг, я скоро сообразил, к чему это все привело. И начал искать решение. Я не собирался возвращать светлых на пьедестал, я хотел сделать темных еще сильнее. Но Нью–Авалон начал разрушаться, проклятие довлело над всеми нами. Ответ пришел ко мне из неожиданного источника. В своем кабинете — кабинете Магистра, я нашел записи Антуанетты, моей предшественницы. Она писала о том, что обнаружила портал в Эйрин. Но не только. Перед тем, как инсценировать свое самоубийство, она неоднократно перемещалась сюда, и написала о некоторых любопытных фактах.

— Антуанетта была здесь несколько раз и никому об этом не сказала? — удивилась Деметра.

— Вот именно. Великая светлая волшебница являлась еще и великой обманщицей. Но речь не о том. Оказалось, что уже в девятнадцатом веке «боги», населявшие Эйрин, были призраками. Но тогда они еще могли говорить.

— Я не понимаю, — перебила светлая. — Как боги стали призраками?

— Когда–то давно они уединились от людей, чтобы продолжать искать новые знания, проводить исследования, совершенствовать магию. Но они даже не предполагали, куда их это заведет. Впитывая все больше фактов, формул и заклинаний, они отдалялись от своей физической оболочки с ее страстями, потребностями и желаниями. В конце концов, настал день, когда они утратили материальность.

— И потом им стало даже не нужно разговаривать друг с другом, — тихо сказала Деметра.

— Все верно. Они начали общаться при помощи телепатии, став единым организмом. Так остров богов стал островом–призраком. И понятно, почему они перестали отвечать на молитвы в храмах. Но интереснее всего то, как именно «боги» переместили этот остров в другой мир. Я давно подозревал, что им помогло какое–то изобретение, способное видоизменять миры и открывать порталы. В записях Антуанетты я нашел подтверждение этому.