Виолетта Потякина – Россия бунташного века: cкандалы, интриги, расследования (страница 2)

Часть I

Неслучившаяся династия

В этой части вы узнаете, почему Борис Годунов был не так плох, как может показаться, каким образом перуанский вулкан связан с Россией и как в Московском государстве могла появиться новая династия.

Глава 1. Выборный государь

О Годунове нужно сказать следующее: женой его была Мария Скуратова-Бельская, дочь Малюты Скуратова, фаворита Грозного. Партия, говоря языком классической литературы, составилась блестящая: племянник (впрочем, воспитывавшийся в семье Дмитрия Годунова как сын) одного приближенного женится на дочери другого фаворита.

Борис Годунов начинает свою карьеру еще при Грозном: сначала как опричник, потом как кравчий (еще одна чудесная должность – следить за работой стольников, которые подавали еду и напитки на пирах). Замужество сестры оказывается удачным для Годунова: Иван Грозный жалует его званием боярина.

Во время царствования Федора Иоанновича Годунов становится важной политической фигурой, но пока что не главной (он был ближним великим боярином и наместником Казанского и Астраханского царств). Страной фактически правит совет из четырех человек: Богдана Бельского (выбившегося в элиту при Иване Грозном), Никиты Романовича Юрьева (родоначальник будущих Романовых), Ивана Мстиславского и Ивана Шуйского. Это представители самых знатных и могучих боярских родов, и понятно, что каждый хочет править.

Разгорается борьба за власть: Бельский обвинен в измене и сослан, Мстиславский пострижен в монахи (отличная стратегия избавления от политических врагов, ее тоже можно запомнить: человек, постриженный в монахи, не мог больше участвовать в политической деятельности и всегда был «под присмотром»), Шуйский подвергся опале, а Никита Юрьев просто отошел от дел и умер.

Так, с 1585 г. Россией начинает управлять де-факто Годунов. Я не ставлю своей задачей доскональное описание проводимой Годуновым политики, поэтому отмечу несколько самых важных для нас моментов:

1. В 1589 г. благодаря Годунову был избран первый русский патриарх Иов – это значило, что в Москве сами церковные деятели решали, кто будет патриархом, и не ждали решения Собора, а русский патриарх признавался равным чином с другими патриархами православной церкви. Во время выборов в государи Иов скажет решающее слово в пользу кандидатуры Годунова. О, как удачно люди выбирают себе союзников!

2. В 1591 г. Годунов инициировал расследование обстоятельств смерти царевича Дмитрия.

3. Годунов начал сближение с Западом (не политикой Петра Великого единой!). В Москву приехали врачи, купцы, ученые и военные, а из России отправились первые студенты. Подробнее мы поговорим о первых эмигрантах по «студенческой визе» в следующих главах.

И вот в 1598 г. умирает царь Федор Иоаннович, и мужская линия династии пресекается. Естественно, иностранцы оставили свое мнение на этот счет. Голландский купец и дипломат Исаак Масса тонко намекает, что к смерти причастен Борис Годунов: «Я твердо убежден в том, что Борис ускорил его смерть при содействии и по просьбе его жены, желавшей скорее стать царицею, и многие московиты разделяли мое мнение». Учтем, что Ирина – сестра Бориса и жена царя – довольно быстро постриглась в монахини после смерти мужа, так что Масса ошибся. Также он отмечает еще один слух того времени: дескать, Федор Иоаннович при смерти вручил скипетр и корону Федору Никитичу Романову. Так что было с кем соревноваться Годунову в гонке за троном.

Другой иностранец, Конрад Буссов, писал, что жена Федора Иоанновича, когда тот умирал, попросила его передать скипетр своему брату, а он вместо этого протянул скипетр ближайшему из стоявших рядом сановников, но тот отказался и передал его следующему, а тот – еще одному, и так далее. Никто не стал брать прежде другого скипетр, хотя все очень хотели. Умиравшему царю надоело ждать вручения царского скипетра, и он сказал: «Ну, кто хочет, тот пусть и берет скипетр, а мне невмоготу больше держать его». Тут Годунов быстренько подсуетился, протянул руку и через голову всех персон, заставлявших упрашивать себя так долго, схватил атрибут царской власти. Так, по мнению Буссова, на Руси появился царь не по крови.

Понятно, что это явная выдумка о «варварах-московитах», но сам факт подобных придуманных историй и зафиксированных слухов свидетельствует о том, что порядок избрания на царство в этом случае был неизвестен сторонним наблюдателям.

Не менее язвительно о процессе избрания Годунова рассказывает Иван Тимофеев.

То Борис пытается сделать вид, что он удавится, если его не перестанут просить начать царствовать, то подсылает под окна монастыря кричащего мальчика: «…словно глашатая, посадили обманом его против келий царицы на крепостной стене, поставленной для защиты монастырских строений и для оной монахини смирения, и, подняв его высоко, до самых окон государыни, повелели тому отроку кричать, как будто бы по воле всего народа, почти в уши государыни. Этот крик отрока соответствовал мольбам просителей и покрывал собою все голоса из толпы; затворившейся в темных покоях он кричал по их воле одно и то же: чтобы повелела она брату своему быть царем, главою над всем народом; и все время кричал он одно и то же, не переставая. И чем дольше он кричал, тем больше разоблачал самого желающего, ибо многим уже было стыдно слушать такой нелепый и непрекращающийся вопль. И если столь непристойный вблизи неприступных келий неумолкаемый вопль не был бы приятен желающему и совершался не по его воле, то юноша не посмел бы и приблизиться к тому месту и видящие не терпели бы этого так долго, потому что и средние люди не терпят и не допускают такого, тем более когда видят, что совершается это без их повеления».

И все же невозможно отрицать, что юридически именно Земский собор избрал на царство Бориса Годунова в 1598 г. Случай удивительный, потому что Годунов не принадлежал династии, богом установленной на русской земле. Парадоксально, что авторы «Соборного определения об избрании на царство», прекрасно зная традицию передачи власти «природным» царям, внезапно пишут: «…не на благородство зрит Бог любящих его, но благоверия предъизбирает сохранением Божественных заповедей». То есть Бог смотрит не на принадлежность к царской династии, а на то, насколько человек будет исполнять божественные заповеди в данной ему во власть стране.

На что смотрит Бог, мы не знаем, а вот народ явно смотрел на принадлежность царскому роду.

С этого все и началось.

Глава 2. Великий голод

В 1601 г. начинается голод. Лето было таким холодным, каким оно не бывало на памяти старожилов никогда: морозы ударяли летом, а снег ложился в сентябре. Урожая не было, как и в следующем году. Цены на хлеб взлетели, начались разбои и грабежи, появились целые банды из беглых крестьян и холопов. Банды сжигали поместья и монастыри (sic!) (они владели крупнейшими запасами зерна), грабили проезжавших по крупным торговым маршрутам людей. Годунов, надо отдать ему должное, пытался как-то помочь: раздавал народу деньги из казны, открыл собственные амбары с хлебом, даже затеял строительство яруса колокольни Ивана Великого, чтобы обеспечить рабочими местами безработное население. В Москву ринулись люди со всей страны – кто работать, кто в надежде получить деньги от царя, а кто просто в поисках средств для пропитания.

Шествие высшего духовенства, царя Михаила Федоровича, бояр, дворян и горожан по территории Московского Кремля в Успенский собор 3 мая 1613 года. 1672–1673 гг.

В летописях того времени мы не найдем натуралистических подробностей этого голода; книжники очень тактично описывают постигшее людей бедствие и картины их падения, умалчивая о неприятных деталях. А иностранцы не скупились на грубый натурализм с преобладающей эстетикой безобразного. Например, Маржерет: «в сии три года случались злодейства, почти невероятныя…. Я сам видел ужасное дело: четыре женщины… быв оставлены мужьями, решились на следующий поступок: одна пошла на рынок и, сторговавши воз дров, зазвала крестьянина на свой двор, обещая отдать ему деньги, но, лишь только он сложил дрова и явился в избу для получения платы, женщины удавили его и спрятали тело в погреб, чтобы не повредилось: сперва хотели съесть лошадь убитого, а потом приняться за труп. Когда же преступление обнаружилось, они признались, что умерщвленный крестьянин был уже третьею жертвою».

Глава 3. А при чем тут Уайнапутина?

С удалением на временной оси становится возможным более комплексный взгляд на события XVII в., причем в пространстве не только русской истории, но и всего мирового сообщества. Некоторые ученые предполагают, что Смута в России стала началом в череде потрясений европейских государств (глобальные войны и экологические проблемы). И если первое связывают с усилением государств и расширением их экспансии, то второе – с глобальным похолоданием, которое также называют «малым ледниковым периодом» (например, в Италии выпадало аномальное количества снега, в Германии птицы замерзали в воздухе, Босфор замерз, а в России случился тот самый голод 1601–1603 гг.).

Так что же произошло?

В 1600 г. извергается перуанский вулкан Уайнапутина. Казалось бы, где Россия и где Анды, но американские геологи полагают, что сера, поднявшаяся после взрыва вулкана в высокие слои атмосферы, стала фактором, препятствующим солнечному излучению по всей Земле. Концепция, связывающая события европейских стран с экологическими условиями, остается дискуссионной, однако представление о том, что перуанский вулкан мог каким-то образом повлиять на события в России, вполне в духе современного переосмысления истории (привет, эффект бабочки!). Но в 1603 г. причина бедствий казалась народу очевидной: царь незаконный, богу неугодный. Нравственная норма в жестких условиях становилась все более расшатанной, а ситуация – взрывоопасной. И тут, кажется, собирают нормальный урожай, и все идет на лад, но появляется внезапно живой царевич Дмитрий.