Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 195)

Он еще не успел договорить свою фразу, как Даниел уже сорвался с места и убежал. Тод же с огромной досадой и огорчением смотрел другу вслед. Ему было тоскливо и одиноко.

Спустя тридцать минут Даниел уже был в полицейском участке и вежливо объяснял господину Дорфбенкту о том, что произошла невероятная ошибка. К счастью, жандармы не стали особенно придираться. Они лишь вкратце поведали о немыслимом нападении проходимца на уважаемого всеми господина Треймли, а также о том, что Артура два дня назад отправили к государственному коронеру для выяснения обстоятельств дела.

– А девушку вы, конечно, можете забрать. Тем более что на нее выписан пропуск. Честно говоря, ее состояние меня очень тревожит, ибо бедняжка почти ничего не ест, – сказал добродушный господин Дорфбенкт и проводил Даниела к Диане. Когда тщедушный юноша увидел подругу, то ужаснулся, так как та действительно выглядела не самым лучшим образом. Бледная, осунувшаяся, как будто уже неделю сидевшая без еды и воды, смертельно уставшая, грустная, поникшая, с темными синяками под глазами и совершенно расстроенная. Правда, увидев Даниела, девушка слегка оживилась, понурое лицо ее осветилось слабой улыбкой, а на щеках даже заиграл болезненный румянец. Когда господин Дорфбенкт оставил их вдвоем, девушка кинулась к другу и горько заплакала на его плече.

– Ах, Дан, Дан! Зачем мы только вернулись в Беру! Лучше бы мы оставались в Тимпатру! Какой кошмар! Артура забрал этот садист, коронер, я боюсь, что он может с ним сделать что-то ужасное!

– Да нет же, нет… Он не должен причинить ему зла, иначе сам будет отвечать перед законом… – рассеянно успокаивал девушку Даниел, но та была поистине безутешна.

– О каком законе ты говоришь! Не о том ли, по которому невинного человека хотят приговорить к трудовой колонии и сослать в Полидексу? Закон что дышло, куда повернул, туда и вышло! Главное, кто им манипулирует в данный момент. Этот предатель, Дорон, и есть самый настоящий преступник, вот он кто! Мало того, что сына своего хочет погубить, еще и других людей в придачу! Артур не заслужил подобного обращения, Дан! Ты хоть понимаешь, как это все несправедливо?! Он же ни в чем не виноват! – Диана вновь залилась слезами, а Даниел совсем смутился, ибо в первый раз видел эту храбрую и стойкую девушку в столь жалком состоянии.

– Ну-ну, тише, – уговаривал он ее. – Я пришел забрать тебя в свой гнездим, родители выписали вам с Артуром приглашение. Давай дома решим, что делать. Я попрошу отца, чтобы он наведался к коронеру и забрал Артура. Это же какое-то недоразумение, скорее всего, не будет никакого суда… Все выясним по порядку, но сперва надо помочь Тину.

Разговаривая подобным образом, они поспешно вышли из жандармерии. Их никто не останавливал, ибо все уже давно потеряли к парочке интерес. Друзья без приключений добрались до двухэтажного гнездима семейства Фуков, а там на пороге их уже ждали сами хозяева. Стоило ли говорить о том, что прелестная девушка, попавшая в беду, сразу же очаровала как отца, так и мать? Эти добрые люди с поистине сердечным гостеприимством приняли гостью; каждый старался чем-нибудь услужить ей, сказать доброе слово, обласкать, угостить вкусными деликатесами. Элоджий Фук внимательно выслушал всю историю; Даниелу пришлось напомнить основные вехи их путешествия, а Диана подробно рассказала о том, что произошло у Дорона.

Господин Элоджий, будучи весьма деликатным и вежливым человеком, не мог в момент чрезвычайного огорчения позволить себе употребить крепкие словечки. Но эмоции все же требовали выхода, поэтому этот достопочтенный академик, когда был особенно чем-то возмущен, громко и отрывисто произносил:

– Варваризм! Исключительный варваризм!

Когда Даниел в сотый раз объяснял родителям произошедшее, Диана, не сдерживаясь, плакала, ибо была слишком уж расстроена и подавлена. Последний факт сыграл свою решительную роль в том, что родители захотели тотчас же действовать. Элоджий встал из-за стола и пошел к господину коронеру, Плазмодия захотела переговорить с Дороном Треймли и объяснить ему, что Артур ни в чем не виноват, а Тин действительно серьезно болен.

Родители поверили каждому слову Даниела; они знали, что их мальчик ни при каких обстоятельствах не станет врать. Конечно, они многое не поняли во всей этой загадочной истории. Например, слова о Тенях вообще никак не отложились в их сознании. Но, несмотря на это, достопочтенные ученые сумели сделать основные выводы: друг сына попал в беду и ему нужна срочная помощь. Вооруженные благородными помыслами, они пошли каждый на свою битву, намереваясь возвратиться с хорошими новостями. Даниел же принялся угощать Диану завтраком, так как та со вчерашнего вечера ничего не ела. Настроение девушки немного поднялось; она искренне верила в то, что все образуется, и родители Даниела, занимавшие далеко не последнее место в Королевстве, смогут разрешить данную проблему.

Так же думал и сам Даниел. Но в реальности все сложилось не так прекрасно. Сначала вернулся Элоджий. Худощавый мужчина медленно вошел на кухню и с грустью посмотрел на гостью.

– Диана, я знаю, вы ждали, что я приведу вашего друга. Но, увы, я здесь бессилен. Коронер был в отъезде и еще не вернулся. Я говорил с его помощниками. К моему великому сожалению, дело слишком серьезно. Молодого человека обвиняют в вооруженном нападении на беззащитного государственного советника, а также в умышленном оставлении школы, причинении вреда своим друзьям, обмане и даже воровстве. Говорят, год назад он украл какого-то там единорога…

– Это все неправда! – с жаром воскликнула Диана. – Дорон специально все так подстроил, Артур никогда ни на кого не нападал, а уж тем более не крал! Гнусная ложь, и я повторю это на суде, если меня станет хоть кто-нибудь слушать!

Отец Даниела тяжело вздохнул.

– Дело это темное и очень сомнительное. Могу сказать лишь то, что ваш друг действительно оказался в беде.

– Скажите, но вы ведь не поверили всей этой лжи?

– Разумеется, нет. Кем мне приходится коронер со своими помощниками? Или тот же Дорон? Чужие люди, я их совершенно не знаю. А вы мне родные, поэтому я искренне и от всей души вам верю.

– Спасибо, – дрожащим голосом выговорила бедняжка, и ее тело вновь заколотилось от озноба.

– Дани, почему дама дрожит от холода? Где ваше гостеприимство, хотелось бы знать? Покажите ей, где удобства, пусть приведет себя в порядок после долгого пути! – полушутливо сказал отец сыну, желая как-то разрядить обстановку.

Между тем все и впрямь складывалось не очень хорошо. Оставалось только надеяться, что жене повезет больше, чем ему.

Но, увы, и здесь их постигла неудача. Дорон не захотел даже впустить госпожу Плазмодию на порог, проявив тем самым удивительную неучтивость.

– Захлопнул дверь перед моим носом, будто я какая-нибудь попрошайка! – обиженным голосом возмущалась добрая женщина, пересказывая свою историю мужу.

– Мерзавец, я вызову его на дуэль! – запальчиво воскликнул достопочтенный академик, а женщина, чрезвычайно польщенная столь ярым заступничеством мужа, кокетливо отвечала:

– Дорогой, ты должен вспомнить, что академические дуэли уже давно отменили на дереве!

– Это ужасно несправедливо; поверь, дорогая, по теме «ботаника» я бы разбил его в пух и прах!

– Разумеется, мой милый, ты ведь такой умный!

А потом разговор влюбленных супругов перерос в нечто совсем невразумительное, и тогда Даниел понял, что придется все брать в свои руки. Полный решимости действовать, он поднялся на второй этаж к Диане; девушка уже закончила приводить себя в порядок. Она тщательно вымыла душистым мылом длинные волосы, слегка почистила походную одежду и выглядела уже намного лучше, чем когда юноша застал ее в жандармерии.

– Послушай, Диана, у меня есть неплохая идея, как можно помочь Тину! – оживленно воскликнул Даниел.

– Что ты придумал?

– Я расскажу, но сперва наведаюсь к Дорону Треймли.

– Ах, Дан, он и видеть тебя не захочет, неужели ты не понимаешь?

– А мне вовсе и не нужно его видеть, – загадочно ответил Даниел. – Подожди меня здесь, поспи, если хочешь, или побудь в саду. Погода прекрасная.

– Возвращайся скорее, – тихо попросила Диана.

– Будем шустры, как ящерицы! – бодро ответил тщедушный юноша и покосился на рептилию, которая спокойно раскачивалась на его рубашке, как на удобном гамаке. Очевидно, Рикки вполне доверял Даниелу и считал его достаточно сообразительным для того, чтобы помочь хозяину. Поэтому ящерица беспечно дремала, покуда тот направлялся по Ученой ветке в сторону Тенистой улицы, где располагался гнездим семейства Треймли. Перед предприимчивым юношей стояла важная задача, но он еще не совсем понимал, как ее осуществить.

Семья Треймли обосновалась достаточно далеко от центра, на самой окраине. Здесь было не так оживленно, люди почти не встречались, участки с гнездимами становились все более редким явлением, а тонкие ветки, уходившие в сторону от Тенистой улицы, заканчивались пустотой или тупиками. Юноша глубоко задумался о том, что рассказала Диана. Ему с трудом верилось, что Дорон способен на такую подлость, чтобы навешать на Артура дел, которые тот не совершал.

Конечно, с одной стороны любящего отца можно было понять: сын исчезает почти на целый год, а потом возвращается в совершенно плачевном состоянии. Тут любой родитель бы на месте Дорона переполошился. Отец с матерью, конечно, тоже переживали. Но Даниел еще в Мире чудес отправил родителям весточку голубиной почтой; в письме он предупреждал их о том, что хочет сделать перерыв в учебе, дабы получше узнать самого себя и свои истинные желания перед тем, как определяться с будущей карьерой. Так же сын клятвенно заверял родителей, что непременно продолжит учебу по возвращению, если, конечно, Дейра Миноуг соизволит принять его обратно в школу.