Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 159)
– Почему ты думаешь, что это она?
– Тут две зацепки. Во-первых, описание пещеры. Свет, исходивший от камней. Затем сам факт, что не все могли видеть ее. Почему не все? Значит, моряк обладал скрытыми способностями, недоступными другим?
– Может, это и вправду был мираж, – пожал плечами пессимистичный Даниел.
– Не думаю, слишком уж подробное описание для миража…
– Полагаешь, моряк был естествознателем? – вдруг спросил Инк.
– Я не знаю… Но это, по крайней мере, не исключено. Так что мне все-таки придется пройтись по маршруту Корнелия, хотя бы для того, чтобы убедиться… Что это та пещера. Или не та.
– Ты сказал «тебе придется»? – тихо произнесла Диана, с каким-то непередаваемым выражением глядя на Артура. Тот виновато опустил глаза.
– Я все решил, Ди. Вам теперь нельзя идти со мной. Завтра утром на оставшиеся деньги мы арендуем лодку до острова Черепаха. Оттуда доберетесь в Гераклион. А там возьмете себе единорогов до Троссард-Холла или до Беру.
– Мы не отказались от путешествия в Троссард-Холле, а потом в Мире чудес после жуткой встречи с Шафран, так почему ты думаешь, что сейчас мы вдруг станем тебя слушать? – холодным и чужим голосом поинтересовалась Диана.
От сильного волнения скулы на лице юноши покраснели, однако взгляд его был твердым, а голос ровным:
– Кое-что изменилось. За дневником явно охотятся, иначе не убили бы Рашмана Кремлека. Этой рукописью я подвергаю вас необоснованному риску. Помимо прочего, в истории Корнелия Саннерса замешаны Тени. Я не хочу вести вас к Желтому морю и лишний раз испытывать. Там может произойти кое-что похуже смерти. Смерть разлучает лишь на время, а Желтое море способно разлучить навсегда. Я слишком дорожу каждым из вас и страшусь потерять. Я и так эгоистично поступил, позволив вам идти со мной, теперь же я искренне жалею об этом. Слишком живы были воспоминания о том одиночестве, которое я ощутил, когда вернулся из пещеры в Троссард-Холл и не застал там вас. Мне не хотелось вновь переживать подобные чувства, и я не стал настаивать и склонять вас к тому, чтобы остаться в школе… Теперь я вижу, что происходит из-за моих непродуманных решений… Кирим… Тиллита… – Артур с грустью замолчал. Впервые он боялся поднять глаза на друзей. Он переживал, что не сможет отказать им, не проявит достаточной твердости. Но благородный юноша также отчетливо понимал, что дальше начинается только его путь, и он не вправе впутывать в беду своих любимых друзей.
– Подождете меня на острове Черепаха около двух недель… Денег должно хватить. Если не вернусь, то поплывете в Гераклион без меня.
– Отличный план! – с откровенной язвительностью фыркнул Инк. – Только я вообще не понимаю, зачем нам тебя ждать? Факт, что ты абсолютно точно не вернешься, даже не подвергается сомнению. Если хочешь знать, ты и двух дней не протянешь в пустыне без проводника и личного лекаря, который будет готов исцелять тебя каждую секунду, рискуя собой.
– Инк, я все равно не собирался спускаться в пещеру с вами. Я не смог бы подвергать вас подобной опасности. Ты просто не знаешь, кого там можно встретить.
– Извините, что прерываю, но кто-нибудь пояснит мне, кто такие Тени? – вдруг жалобным голосом спросила Лика, бесцеремонно вмешавшись в диалог друзей.
– Ты, кстати, не замечала в городе ничего странного? – вопросом на вопрос ответил Артур, пристально глядя на девушку. Та лишь рассеянно пожала плечами.
– Я мало с кем нашла здесь общий язык и не мне судить о странностях местных жителей. Раньше моим единственным собеседником была хозяйка, но потом, когда она исчезла…
– Интересно, что с ней стало…
– Теперь я общаюсь только с торговцами на рынке, когда покупаю еду. Мне сложно судить о странности кого бы то ни было… О музее я знала, но про организацию целительных походов услышала впервые… То есть вы полагаете, что люди, участвующие в так называемых «турах», стали Тенями? Но что значит быть Тенью?
– Это значит, – тихо ответил Артур, – потерять свою волю. Ты действуешь не по своему усмотрению, а следуя желаниям существа, которое поселяется внутри тебя. Если, конечно, я сам все правильно понимаю. Люди, зараженные Тенями, могут менять форму. Они перевоплощаются. Но я не знаю точно, все ли Тени обладают подобными способностями…
– Иногда я замечала нечто странное! – вдруг воскликнула Лика, переменившись в лице. – Один торговец, что на базаре жарит плов с саранчой… Мне чудилось, что у него каждый день какое-то новое выражение лица. Но я списывала все на свое плохое зрение. Неужели и впрямь существуют люди, способные менять внешность? Никогда бы не поверила в такое, если бы не встреча с вами!
– Мы не знаем, кто конкретно из жителей Тимпатру стал Тенями. Но понятно одно: чем быстрее мы уйдем, тем лучше.
– Но если в Тимпатру так много этих… Теней… Не боишься ли ты отпускать своих друзей одних? Не лучше ли в таком случае держаться вместе? Может, правильнее будет вернуться всем вместе на остров Черепаха?
– Ах, Лика, я не знаю… Мне кажется, я близок к своему отцу, как никогда… Мы так долго шли сюда, не могу же я просто взять и повернуть назад!
– В любом случае, разумнее будет держаться вместе. Если с нами что-то случится, ты первый же будешь обвинять и ругать себя. Поверь, я прекрасно понимаю, что такое чувствовать вину.
– Пока мы шли с Тодом, я все думал о том, какое решение принять. Я и правда не знаю, что лучше. Одно понятно: идти в пустыню по следам Саннерса крайне рискованно. Тем более, с дневниками. С другой стороны, ты права, нанимать здесь лодку, возможно, еще опаснее, так как неизвестно, кто из жителей является Тенями…
– Так или иначе, ребята, нужно срочно уходить из города. Никогда не думала, что мне придется это сказать, ведь я почти всю свою жизнь провела в Тимпатру. Но раньше у меня не было друзей, а теперь, наконец, обретя драгоценное, я поняла, что не могу вновь остаться одной. Вчера, когда мы сидели в кофейне, мне почудилось, будто за нами следят…
– Даже если мы все уйдем из города, то возникает вопрос: куда идти? Мы, конечно, можем следовать карте Саннерса. Но без проводника вряд ли получится найти что-то в пустыне… Опять-таки, где взять проводника? Оплатить услуги фуражира? Но как знать, не является ли он Тенью?
– Покажи мне карты, – предложила Лика. Артур с готовностью протянул ей помятую тетрадь.
– Как я понимаю, исходя из рукописи, ученые оставляют Тимпатру и идут на север. На карте отмечены три бархана, именуемые местными жителями «братьями-близнецами» за схожие размеры. Пожалуй, я знаю, как до них добраться. Вот дальше, конечно, уже сложнее. Но мы сегодня приобрели с Тином отличный компас, он называется «ведающий югом». Кажется, Даниел упоминал, что знает, как с ним обращаться.
– Такой прибор, признаюсь, я вижу впервые. Но в целом, думаю, проблем с ним не будет, – смущенно пробормотал Даниел Фук и достал из походной сумы любопытный предмет. Армутский компас имел вид ложки или ковша с тонким черенком. Ложка была изготовлена из магнетита и помещалась на отполированной деревянной пластине, изображавшей стороны света в виде кровожадных муравьев разной величины. Роль магнитной стрелки выполнял черенок ковша, который свободно вращался вокруг своей оси. Этот незатейливый компас всегда указывал на юг.
– Ну так что мы решили в итоге? – в нетерпении спросил Тин, преданно глядя на Артура. Он, в принципе, готов был принять любое решение, кроме разделения группы.
– Мы не собираемся никуда плыть без тебя, – с нажимом повторила Диана, в упор глядя на руководителя. – Мне хватило плавания на «Когте».
Артур задумчиво глянул на девушку; во взоре его светилась нежность и вместе с тем ужасное волнение.
– Хорошо. Тогда, как и было задумано, выходим на рассвете, – твердо сказал руководитель, поставив таким образом точку в их обсуждениях. – Я бы хотел покинуть пределы Тимпатру до того, как город начнет просыпаться. Лика, ты собрала свои вещи?
Девушка весело рассмеялась.
– У меня ничего нет, кроме денег, которые достались мне от хозяйки. Их я, пожалуй, возьму.
– Правильно продумай одежду, в пустыне жарко, – обеспокоенным голосом пробормотал Тод, с нежной заботой глядя на сестру. Однако та совсем развеселилась.
– Ах, Тод, я ведь живу в муравейнике и знаю о пустынях куда больше тебя. Тебе ли меня учить?
– Не отказывай мне в этой малости, – пошутил беруанец.
В этот вечер Артур и Диана почти не разговаривали. Не отдавая себе в этом отчета, девушка обиделась на своего избранника за кажущуюся легкость, с которой тот решил разделиться. Однако она лишь смутно догадывалась о том, что на самом деле подобное решение далось ему с огромным трудом. Безжизненное лицо Рашмана Кремлека, вмиг потерявшее все свои краски, долго еще стояло у юноши перед глазами, словно напоминая о неотвратимой опасности последующего пути. Руководитель просто не мог позволить, чтобы с его друзьями произошло нечто подобное.