Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 111)

При этих ее несправедливых словах Тин жутко покраснел; на его счастье темнота ночи скрывала сей позорный факт.

– Я вовсе не то имел в виду! – с жаром возразил он. – Просто подумай, что бы он сказал, если бы узнал, что мы позволили тебе рисковать своей жизнью вместо того, чтобы уберечь! Этих тварей было так много, неужели ты думаешь, что они… Они…

– Да, я знаю, что они живы, – с непреклонной убежденностью ответила Диана. – Инк – естествознатель. Он сможет что-нибудь придумать. Вот только эта дрянная веревка… Я не могу перерезать ее! – отчаянно воскликнула она. Кирим попытался пошевелить онемевшими руками, но они столь же плохо слушались своего господина, как и стальной коготь в руке Дианы.

– Сюда кто-то идет! – вдруг воскликнул Даниел, слух которого был обострен до предела. Действительно, послышались вкрадчивые шаги. Девушка в страхе вскочила на ноги, быстро спрятав в карман стальной коготь. Неужели ее плану суждено провалиться?

Увы. Это был Киль. Низкорослый юноша развязной походкой подошел к девушке и нагло уставился на нее, явно ожидая объяснений. Диана смело встретила взгляд его темно-янтарных глаз.

– Подкармливаешь друзей, принцесса? – издевательским тоном заметил он, ногой небрежно отбросив рыбу, лежавшую на досках, прямо в лицо пленникам. Вечно трусливый, сейчас юнга вовсе не выглядел таковым. Напротив, в его манерах появилась какая-то властная черточка, словно единственно он был сейчас повелителем на судне.

– Отойди от нее! – прошипел Тод, однако Киль только расхохотался. Присев на корточки перед беруанцем и какое-то время созерцая его, юнга вымолвил:

– Сам небось не нарадуешься тому, как все вышло?

– Что ты имеешь в виду? – страшно бледнея, тихо проговорил Тод.

Киль издевательски хмыкнул.

– По-моему, мы все понимаем, о чем идет речь.

Беруанец в совершенной ярости дернулся на месте, но тут же беззвучно застонал, ибо жесткая веревка впилась ему в кожу.

Киль с чувством расхохотался.

– Сейчас я позову Грызуна, – пообещал он проникновенным голосом. – Думаю, ему небезынтересно будет узнать, что его дражайшая принцесса тратит общую еду на презренных пленников!

Диана гордо выпрямилась.

– Как думаешь, что он сделает тебе, принцесса? Кстати, я говорил, что хочу подбить Грызуна поколотить вас, как следует? Кроме Ка-ра-има, разумеется. Он ведь, несомненно, знает, где сокровища? – Киль нарочито растягивал слова, произнося имя армута. Таким образом, он имитировал выговор своего повелителя.

– Тебе ведь известно, что он ничего не знает! Чего ты добиваешься? – гневно прошипела Диана. Киль только улыбнулся и игриво подмигнул ей одним глазом. – Это ты узнаешь в Тимпатру, принцесса. Ну так что, мне звать Грызуна? Не обольщайся, в пьяном виде он еще злее, чем обычно. Или я могу рассчитывать на невинный поцелуй? Клянусь, в этом случае я буду нем, как рыба. Или как твой бедный дружок, который остался в Раторберге.

При этих его словах пленники окончательно взбесились, однако их смешные попытки освободиться не привели к желаемому результату. Диана задумчиво посмотрела на Киля, а на ее губах заиграла странная и немного отстраненная улыбка.

– Пожалуйста, ты же не собираешься целовать эту… крысу? – в отчаянии простонал Тод, для которого легче было бы видеть смерть Дианы, чем то, как она унижается перед этим мерзким человеком. Девушка резко отвернулась от друзей и Киля. Быстрым движением достав коготь, она полоснула себя по руке, порезав рубашку до самого плеча. В спешке она нечаянно до крови расцарапала кожу, которая тут же окрасила ткань темными пятнами. Но смелая девушка обратила на это ровно столько же внимания, сколько на пролетавшего мимо их мачты буревестника, а именно – нисколько. Затем она предусмотрительно выкинула оружие за борт.

– Что это ты там делаешь, принцесса? – с подозрением пробормотал Киль, который из-за темноты не мог в полной мере видеть всего происходящего.

– Грызун! – вдруг отчаянно воскликнула Диана дрожащим голосом, бросившись в сторону пьющей команды. – Грызун! – повторила она с щемящей душу мольбой, и жалобный крик ее пронесся над лодкой, устремляясь в бескрайнее звездное небо. Мышиный король, сколь бы ни был пьян, тем не менее услышал этот призыв слабого существа о помощи, и, слегка шатаясь из стороны в сторону, торопливо вскочил на ноги. Диана бросилась к своему защитнику, заливаясь горькими слезами.

С неприкрытым испугом Грызун посмотрел на подругу; впрочем, удовольствие от того, что девушка сама позвала его, все же превосходило какое бы то ни было волнение.

– Что произошло?

Захлебываясь слезами, Диана показала ему свою руку; порванный кусок ткани обнажал порезанную кожу, с которой стекала ровная струйка крови.

– Где ты так… – начал Грызун, совершенно протрезвев в данный момент. Диана перевела горящий праведным гневом взгляд на суетливо подбежавшего Киля.

– Он пытался… Пытался… Меня… – прерываясь от слез, душивших все ее существо, прошептала Диана. Девушка не договорила, но Грызун и так сразу же все понял, ибо в редких случаях он все-таки был способен на некоторую проницательность, обычно несвойственную его натуре. Как здоровенный разъяренный медведь, громадный юноша кинулся в сторону взвизгнувшего от страха Киля.

– Я убью тебя, мерзавец! – прорычал он, совершенно не помня себя.

– Она пыталась отдать нашу еду своим дружкам! – заголосил Киль в испуге. – Я могу это доказать, только прекрати!

Но разгоряченный устричной настойкой повелитель не внимал разумным доводам юнги. Одной рукой он схватил его за ворот матросской рубахи, а другой стал наносить страшные удары. Спустя какое-то время, Киль перестал что-либо объяснять, он только всхлипывал и стонал в такт жестоким ударам. Потом Грызун кинул провинившегося слугу на дощатый пол в ноги Диане. Лицо юнги заливала кровь, он слабо скулил и верещал, как побитый щенок.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал с ним, принцесса? – хриплым, не лишенным кровожадности голосом поинтересовался мышиный король. Диана какое-то время холодно смотрела на лежащего юнгу, который в страхе съежился на коленях. В стального цвета глазах ее читался приговор, и Грызун с занесенной рукой склонился над Килем, намереваясь, видно, довести дело до конца. Однако в последний момент девушка, словно нехотя, произнесла:

– Не убивай его, Грызун. Пусть все остальные смотрят на него и знают, что я только твоя!

Мышиный король победоносно улыбнулся. В иной раз, он бы вряд ли послушал девчонку в таком щекотливом деле, ибо всегда был скор на расправу. Но ему чрезвычайно понравилось, что Диана сама выразила свою безоговорочную принадлежность господину, и по этому случаю ему захотелось быть чуть более милосердным. Поэтому он встал, отряхнулся и небрежно пнул ногой поверженного слугу.

– Теперь ты не подойдешь к принцессе ни на единометр. Если нарушишь приказ, я убью тебя. А теперь проваливай!

Избитый Киль с огромным трудом поднялся на ноги под общий смех команды и, хромая, направился в самый темный угол лодки зализывать раны.

– Посиди со мной, – попросил Грызун подругу, однако та покачала головой.

– После всего, что произошло… Позволь мне немного побыть одной. Я так испугалась… Я посижу на корме, хорошо? – свой отказ Диана сопроводила мягкой ласковой улыбкой, и король не почувствовал подвоха. Однако у него хватило при этом здравого смысла на то, чтобы приказать своим людям:

– Ус, иди покарауль пленников. Что-то они больно тихо сидят. И глаз с них не спускай.

Юноша поспешно вскочил, с готовностью желая выполнить приказ. Он страстно любил своего господина. Грызун привлекал его исключительно силой, как физической, так и внутренней. Усу казалось, что король необычайно смел, что приводило его в неописуемое восхищение, ибо он сам отнюдь не мог похвастаться данной характеристикой.

Диана же медленно прошлась по лодке в сторону кормы. Ей хотелось находиться где угодно, только подальше от этого сборища. Увы, она уже не могла осуществить задуманное. Драгоценная возможность была безвозвратно упущена. «Коготь», подхваченный северными течениями, неумолимо плыл в неизвестные земли, пленники были по-прежнему связаны и обездвижены, а она не сделала решительно ничего существенного, чтобы выручить своего друга из беды. Подойдя к бортику, девушка с острой тоской посмотрела на воду.

Море снова выглядело черным и густым; тягучие волны чуть приподнимались на его поверхности и с тяжелым вздохом, подобно дряхлому старику, опускались вниз. Водная пустыня простиралась вперед на много единомиль, и не было никакой надежды, никакого спасения! Они уже так далеко от Раторберга! Эта темная тягостная ночь была поистине невыносимой, лодка буквально сотрясалась от устрашающего храпа команды, а Диана все не могла уснуть. Покрасневшими от усталости глазами она всматривалась в темные волны, словно боясь отпустить их на свободу. Всегда отважная и сильная духом, она с силой сжимала ладонями свои виски и глотала беззвучные слезы.

Вконец отчаявшаяся девушка не видела, да и не могла видеть черную тень, хищно рыскающую за ее спиной.

Глава 22 Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным

Черная копошащаяся масса устремилась к двоим несчастным, оставленным на растерзание.

– Бежим! – приказал Артур, который чувствовал себя по-прежнему ответственным за всех, хоть он и не являлся уже руководителем в полном смысле этого слова, ибо команда находилась в настоящий момент далеко от него. Инк с легкостью подчинился; бегал он быстро и ловко, несмотря на то, что не обладал спортивным телосложением.