Виолетта Орлова – Тернистый путь (страница 10)

Здешние мастера считались самыми лучшими в обрабатывании драгоценных камней; все свои изделия умельцы продавали армутам, испытывавшим слабость к подобным безделушкам. Несмотря на несметные сокровища, которые таила в себе гора, обитатели ее были весьма бедны, и уровень жизни у них был скорее ниже среднего. Люди рады были бы покинуть это негостеприимное место, но чаще всего такой возможности у них просто не существовало. Кагилу был единственным крупным городом после Беру и Гераклиона. Но до Гераклиона путь был неблизок, а в огромном Беру, и так страдающем от перенаселения, уже не имелось свободных веток.

Кагилу – это не просто город, составная часть Беруанского королевства. Он сам по себе был как маленькое царство подземного мира со своими обычаями, законами, властителями и даже языком. Город был выдолблен в шахтах, оставшихся после добычи драгоценных камней. Местные детишки играли не в чудесных садах на свежем воздухе, а, словно кроты, лазили по бесконечным колодцам города, измазанные черной пылью с ног до головы. Их игры показались бы дикостью изнеженным беруанским детям, но кагилуанцы не жаловались.

Гору, где располагался город, в народе прозвали Ортилиан, от слова «ортий» – крапива. Подобно тому, как беруанцы воспевали листья Ваах-лаба, местные жители курили крапивные сигары, а на особые празднества вместо винотеля предпочитали крепкую крапивную настоечку, которая использовалась и в качестве лекарства.

Под горой люди употребляли в пищу кротов и просперитей – личинки насекомых. Их разводили прямо в пещерах, так как огородами никто не располагал. Зажиточность кагилуанца определялась размерами его дома. Некоторые пещеры были поистине огромны, с несколькими уровнями, множеством спален и даже с погребами. Другие же напоминали проходной двор – сквозь них безнаказанно могли проходить граждане, которым надо было попасть в ту или иную часть города.

Проходных домов было много, и их обитатели постоянно сплетничали между собой. Их времяпрепровождение напоминало жизнь одной большой семьи, где родственники, вместо того чтобы с любовью и терпением относиться друг к другу, напротив, становятся непримиримыми врагами. Легко критиковать близкого, хорошо знакомого человека, чьи недостатки тебе прекрасно известны, а чужого, не маячащего ежедневно перед глазами, возводить на пьедестал.

В проходных домах люди критиковали постоянно. В непрекращавшихся сплетнях, подглядывании за соседями, обсуждениях чужих проблем и бултыхались «счастливые» обладатели этих жилищ, впрочем, вполне довольные своим положением. И, подобно короедам, которые, раз попав в главное блюдо, уже не осознают этого печального факта, они тоже не придавали значения тому, что, сплетничая и осуждая, они совсем не делают себе чести.

Тэнке же повезло – ее родители являлись счастливыми обладателями огромного дома-пещеры, состоящего из целых десяти отсеков. Отец Тэнки был весьма удачливым рудокопом, которому однажды неслыханно повезло: во время работ он случайно наткнулся на залежи драгоценных камней. Ему удалось выгодно продать их проезжим армутам и на полученные деньги приобрести славную пещеру, где он поселился с молодой красивой женой. У них было столько денег, что иногда они даже арендовали у армутов единорогов, чтобы отправлять младшую дочь в Ту-что-примыкает-к-лесу.

Когда Артур, Алан и Тэнка подошли к гигантскому холму, Алан остановился и сказал им:

– Есть несколько колодцев, по которым можно спуститься в город: на западе, на востоке и с южной стороны. К южному входу я идти не хочу, так как там постоянно околачиваются армуты. Сестренка, надеюсь, ты взяла с собой проходной лист?

– Конечно, я же ничего не забываю, в отличие от тебя, – огрызнулась Тэнка, все еще думая о предстоящей разлуке с Артуром. В ней боролись два чувства: с одной стороны, она страстно хотела увидеть свою семью, с другой – приходила в ужас от перспективы расставания с Артуром.

– Ну, школяр, что выбираешь: запад или восток? – поинтересовался Алан.

– А где находится Черное море?

– Откуда это у тебя такие познания в географии, школяр?

– Я бы хотел на него взглянуть, – уклончиво ответил Артур. Он вспомнил, как Диана рассказывала ему историю о том, что чуть не утонула в этом озере, которое жители Кагилу называли морем. Так, может, она жила где-то недалеко от озера? Впрочем, все это лишь мечты, и Артур это очень хорошо понимал. Найти сейчас Диану в Кагилу было предприятием настолько невероятным и малоосуществимым, словно, выражаясь на беруанский манер, искать короеда на гигантском древе.

– Тогда нам на восток, а дом Тэнки на юге. Так что без разницы, где заходить. – С этими словами Алан уверенно двинулся вдоль холма, ловко расчищая дорогу от крапивы. Вокруг стояла гробовая тишина, и Артуру плохо представлялось, что где-то под его ногами кипит жизнь. Люди работают, обрабатывают камни, учатся, едят. Конечно, живое воображение позволяло Артуру нарисовать себе различные картины жизни кагилуанцев, но все же он не мог не отметить, что его фантазии при этой тихой окружающей обстановке были слабо сопоставимы с реальностью.

– Мы вряд ли еще увидимся, да, Артур? – продираясь сквозь заросли жгучей крапивы, серьезно произнесла Тэнка. Она уже мучилась угрызениями совести оттого, что недавно так грубо разговаривала с объектом своих симпатий.

– Не знаю, – честно ответил Артур, не глядя на подругу.

– Я волнуюсь за тебя. Из-за моих капризов вам придется проделать сложный путь. Наверное, я была неправа, когда попросила взять меня с собой.

– Зато не было скучно, – ухмыльнулся Артур, вспомнив все проказы девочки-сорванца.

– Просто Алан… Он, конечно, отличный проводник… Но от Кагилу пешком ему приходилось идти лишь несколько раз, и он, вероятно, не так хорошо помнит путь. Вам нужно обязательно найти дорогу купцов, и она приведет вас прямиком в Беру.

– Думаю, мы ее найдем, – беспечно ответил Артур, глазея по сторонам. Они вот уже более часа обходили холм, но пока никаких колодцев не было видно и в помине. Артур уже с нетерпением ждал встречи с подземным городом, так как она несла в себе пусть даже небольшую, но все-таки надежду увидеть Диану.

– Тебе не терпится встретиться с ней, да? – пробормотала проницательная Тэнка, в два счета угадав его мысли. Артур не ответил, только посмотрел на нее, и этот взгляд красноречиво говорил о том, что подруга совсем недалека от истины.

Алан чуть отдалился от них: видимо, ему хотелось поскорее оставить взбалмошную сестру и идти дальше. Во время похода Артур заметил, что проводник как-то особенно торопится. Иногда он даже заставлял ребят идти до самой поздней ночи, ссылаясь на неотложные дела в Беру. Артура, в принципе, это устраивало, так как и он хотел поскорее оказаться в древесном городе.

Алан ушел совсем далеко, но, впрочем, через некоторое время вернулся с обеспокоенным выражением лица.

– Что-то не так? – поинтересовался Артур.

– Я не совсем понимаю… – в волнении пробормотал проводник. – Но колодца больше нет!

– Как нет? – удивилась Тэнка. – Может, ты просто проглядел его, братец?

– Нет, прохода действительно нет, я очень хорошо помню дорогу… Возможно, жители завалили его камнями, но зачем, я не знаю. Попробуем войти через западный вход… Я думаю, нам не следует возвращаться, давайте просто пройдем по холму. Но будьте аккуратны, камень хрупкий и может осыпаться. Тем более что под нами жилые пещеры.

Ребята забрались на пологий холм и теперь шли по нему. Земля действительно была очень мягкой, сыпучей, и порой, наступая на камни, Артур ощущал, что под ним, кроме тонкой прослойки земли с растениями, находятся пустота и, возможно, чей-то подземный дом. В такие моменты ему хотелось весить не более, чем растущая здесь повсеместно крапива. Тэнка тоже шла осторожно. Вероятно, им лучше было бы пройти вдоль подножия холма, но они предпочли более короткий путь, потому что и так потеряли много времени. Алан начинал волноваться, и на его загорелых щеках от беспокойства проступал кирпичный румянец.

Ребята шли около часа. Когда уже стало темнеть, они наконец оказались у второго колодца.

– В степи большие перепады температуры, – с беспокойством заметил Алан. – Днем в оюне температура может подниматься до сорока градусов, зато ночью снижается так, что на траве порой образовывается иней. Помимо этого, может начаться гроза с ветром. Очень славно, что мы нашли вход в город. Переночуем внизу.

С этими словами он приблизился к едва заметному колодцу, который был прикрыт плоским и совершенно гладким камнем. По бокам его росла высокая трава, удачно маскировавшая проход. Казалось, западным колодцем давно не пользовались, и он, заброшенный и покинутый людьми, от безысходности завел дружбу с полевыми растениями. Плита, закрывавшая проход, была темно-коричневого цвета, что делало ее практически неотличимой от песчаных островков, которыми изобиловал здешний ландшафт.

Тем временем Алан достал из сумы маленький рубин, по форме напоминающий ромб.

– Ты не думай, школяр, я не богач, – хмыкнул Алан, проследив за удивленным взглядом Артура. – Это ключ. – С этими словами он прислонил камень к еле заметному отверстию в плите. Послышался неприятный скрип, какой издают обычно несмазанные телеги, и плита стала гостеприимно отодвигаться в сторону. – Добро пожаловать в прекрасный град Кагилу, господа путешественники, – шутливым голосом провозгласил Алан, указывая рукой на открывавшийся проход.