Виолетта Орлова – Последнее слово единорогов (страница 110)
– Сын. Я доверяю тебе более, чем кому бы то ни было. Выражусь яснее: я
Инку стало ужасно приятно. С детства лишенный отцовской ласки, он мечтал услышать нечто подобное от бездушного Норогана, и вот заветный момент настал.
– Надеюсь оправдать твое доверие, – смущенно отвечал Инк.
– Я должен рассказать тебе кое-что важное. Признаюсь, я счастлив был узнать, что ты жив. Впрочем, я всегда верил, что ты не умер тогда в походе. Я волосы себе на голове рвал: ведь это я тебя туда отправил! Именно я надоумил следить за Артуром, искать вместе с ним свиток! Я совсем забыл, что ты с мамой – самое важное, что есть в моей жизни. Но сейчас не об этом. Помнишь, мы ищем свиток для того, чтобы уничтожить? Это очень важно: ведь он наделяет невероятным могуществом. Нельзя допустить, чтобы свиток попал в дурные руки. И тут мне в голову пришла любопытная мысль… С чем, собственно, мы боремся?
– С Тенями? – рассеянно отвечал Инк.
– А что, если не с ними? Кто развязал войну между естествознателями – разве Тени? Нет, фактически это сделали единороги. Они преподнесли нам отвратный дар – короед раздора, из-за чего в итоге погибло столько людей! Естествознатели – истинные борцы света, как же поступили они? Как самые темные, мерзкие существа, разве нет? Получается, дар единорогов не защищает от зла… А что тогда защищает, подумай!
Инкард в недоумении уставился на отчима.
– Я… Не знаю.
– Тени. Если люди станут Тенями, то зло исчезнет, ибо все будет одинаковое. Хорошее и плохое постигается лишь в сравнении друг с другом, уйдет одно, исчезнет и другое! И эта наша благородная цель, которую можно достичь, но… Для этого нужно очень много сил.
– Но Тени ведь и есть само зло! Неужели ты предполагаешь, будто став на их сторону, получится сделать мир лучше?
– Конечно, разумеется! Тени поселятся в нас, что нам дает многие преимущества! Долгую жизнь… Отсутствие этого сложного и мучительного выбора… Никаких войн, распрей, дележки территории, словом, всего такого, ради чего люди враждуют. Но это все в будущем. Сейчас же надо не допустить, чтобы свиток попал в чьи-то недобросовестные руки. И более всего я переживаю за избранного всадника.
– Артура?
– Я узнал кое-что про него. Оказывается, он нашел «Последнее слово», а потом утратил его. Знаешь, что это значит? Свиток уходит из чьих-то рук только тогда, когда человек становится недостойным. Артур совершил нечто дурное, и значит… Никак нельзя допустить, чтобы в его руках находился столь важный для всего мира артефакт.
– Откуда ты узнал это? Я не верю, чтобы Артур оступился, он всегда поступал по чести…
– Напрасно. Люди часто ошибаются и совершают дурное. Это у нас в порядке вещей. А узнал я от Тода… Он сейчас гостит в лагере полидексян.
– Нет-нет, Тод – предатель!
– Что за юношеский максимализм? И к чему вешать ярлыки? Ты можешь сам побывать со мной в лагере и переговорить с ним; он все тебе расскажет. Смысла врать ему нет, вот увидишь. Что насчет Артура… Он с друзьями должен прилететь в лагерь на единорогах, которых я за ними послал, но по дороге… Что-то случилось. Я не знаю, где сейчас Артур. Тебе нужно отыскать его и привести ко мне. Со свитком. Ты отберешь артефакт и уничтожишь при мне.
– А что будет с Артуром?
– Ничего. Просто он перестанет быть избранным всадником, вот и все. Им станешь ты. Только не единороги тебя изберут, а я, ибо ты мой сын, пусть не по крови, но по духу. Я знаю, что ты достоин этого куда больше. Инк, рассуди сам: ты такой ответственный, заботишься и любишь всех, жизнь готов отдать за дело, разве ты недостоин? Подумай хорошенько.
– Единороги так не считали…
– Значит, этим тварям недостает мозгов. Инк, я должен признаться тебе еще кое в чем… На самом деле я… Тень.
Инк в немом ужасе отшатнулся от Норогана: однако тот спокойно стоял перед ним, склонив голову, словно раскаявшийся преступник, отдавший себя на милость правосудия. Обличить его? Артур убеждал, что Тени есть само зло, от которого надо бежать. Но у Инкарда с детства не имелось никаких моральных ориентиров, кроме странного поступка отца – жертвы во имя любви. Как мог он знать, что хорошо, а что плохо? Впрочем, он чувствовал истину в глубине души, но вот следовать ли этому чувству или поддаться другому влечению?
– Я знал, что ты испугаешься меня, – с небывалой горечью произнес Нороган. – Поэтому так долго молчал, боясь открыться.
– Но когда ты стал Тенью?
– Когда убил напарника Корнелия Саннерса во время той самой пресловутой экспедиции. Буду предельно честным с тобой, Инк, обелять себя не стану. Скажу лишь, что убил я его по ошибке.
Инк крепко задумался тогда над словами отчима. А что если, действительно, Нороган прав, и в Тенях нет ничего такого ужасного? Подумаешь, другая сущность соседствует в твоем сердце, и что с того? В каждом из нас и так уживается много личностей, характеров, настроений… С другой стороны, Инк сомневался по поводу истинности постулата, выдвинутого отчимом в конце своей речи. Принимать себя таким, какие мы есть… Заманчиво? Еще как. Но какие мы есть, в сущности? Ленивые, безалаберные, эгоистичные… Неужели эти качества надо пестовать в себе? Сей принцип негласно провозглашал вечную статику, отсутствие любого усилия над собой, труда, воли… Между тем разве красив необработанный алмаз? Это просто обычный мутный камень. Но только после некоторого воздействия он начинает блестеть. Разве можно научиться чему-то хорошему, если не прилагать усилий? «Я буду таким, какой я есть», – говорит врач, откладывая в сторону учебники по медицине. «Я тоже», – вторит ему атлет, забросивший тренировки. Мир перестанет развиваться, люди деградируют и погрязнут в своих страстях и лени, количество насилия увеличится, ведь и садист однажды решит жить по принципу «принимать себя таким, какой он есть». Что тогда будет ограничивать их – закон? Все уже давно плевать хотели на законы. Эти глубокие размышления вихрем пронеслись в голове Инкарда; по натуре своей он был слишком серьезен для того, чтобы быстро давать ответ на столь важные вопросы. Ему было необходимо подумать и понять: насколько вообще Тени желают людям зла.
– Это все очень неожиданно, – отвечал Инк отчиму. – Я не знаю, что сказать.
– Ты на моей стороне, сын?
– Я должен подумать.
– Но ты согласен, что свиток надо уничтожить? Если он попадет в руки типу вроде Вингардио – что будет тогда, новая война?
– Вингардио не так уж и плох, он давно раскаялся…
– Его раскаяние не вернет убитых.
И в тот момент Инк все же решил, что свиток надобно уничтожить. Он и раньше так думал, ибо не до конца доверял единорогам. Их решение выбрать Артура он тоже всегда ставил под сомнение: зависть и желание оказаться на месте счастливого всадника мешали ему согласиться с их волей.
С того самого ключевого разговора с Нороганом Инк многое передумал: наверное, еще никогда в своей жизни ему не приходилось решать столь сложных вопросов. На невидимых глазу весах он взвешивал по очереди действия Норогана, Доланда, Артура, пытаясь понять, кто из них прав. Да и был ли вообще правый? Инк задумывался о своей дружбе и любви к Артуру – она существовала, несомненно, но что важнее: долг или дружба? Благая цель или отдельно взятый человек? Разумеется, Инк так и не узнал всех нелицеприятных подробностей о Норогане: его соперничестве с Доландом и желании убить лучшего друга, о подлом предательстве в хижине, многочисленных изменах, о том, что ему, в сущности, на всех наплевать, кроме себя. В противном случае Инк никогда не решил бы в его пользу. Впрочем, он так до конца и не определился, ибо хотел сперва поговорить с Артуром.
Инкард подошел к делу серьезно. Он многое выяснял про самого Артура, его путь, суд в Беру и прочие подробности, которые со временем обросли поистине неприятными деталями. Затем он наведался в лагерь, встретился с Тодом, который тоже довольно подробно (хоть и без особой охоты) поведал о недавнем путешествии к Арио Клинчу и о том, как Артур по дороге неожиданно лишился свитка. Только после выяснения всех обстоятельств, Инк попытался найти Артура. Случай не замедлил представиться: Артур и сам объявился недалеко от лагеря. Они встретились. Инк, следуя воле Норогана, привел Артура со свитком. Только вот потом что-то пошло не так. Глядя в честное благородное лицо приятеля, выслушав подробно его историю, Инк вдруг отчего-то ощутил себя подлецом. Вроде все продумал, взвесил, узнал. И решил впервые в жизни пойти наперекор отчиму. Еще больше его уверенность возросла, когда Нороган в обличье Артура спустился к нему и попытался обмануть, разжечь зависть и ненависть. Эта грубая лживая игра окончательно сделала перевес в сторону друга. Дождавшись, пока Нороган уйдет, Инк пробрался в комнату Артура и все ему рассказал. Вместе с ним они придумали план, как оказалось, весьма удачный…