Виолетта Гурина – В моем классе необычный ребенок (страница 1)
Виолетта Гурина
В моем классе необычный ребенок
О книге
Все ситуации и имена в книге вымышлены
Сложные дети никуда не деваются, а в школах все чаще вводится практика инклюзии детей с ОВЗ и другими отклонениями. В соответствии с действующим законодательством школы обязаны создать условия для обучения детей с особенностями, если готовы получить статус инклюзивной. Так, в п. 2 ст. 79 ФЗ №273 прописано, что «Общее образование обучающихся с ограниченными возможностями здоровья, инвалидов (детей-инвалидов) осуществляется в организациях, осуществляющих образовательную деятельность по адаптированным основным общеобразовательным программам, в соответствии с рекомендациями психолого-медико-педагогической комиссии. В таких организациях создаются специальные условия для получения образования указанными обучающимися». Однако, на практике чаще всего получается так, что преподаватель самостоятельно обнаруживает проблемного ребенка, и только после разговора с родителями узнает о диагнозе. Иногда родители отрицают явные проблемы ребенка, а его поведение указывает на определенные проблемы с коммуникацией и обучаемостью. Эта книга поможет учителю понять, что делать с таким ребенком, как его обучать и как помочь в общении со сверстниками. «В моем классе необычный ребенок» – это гайд по общению с особенными и сложными детьми. Это возможность включиться и не только отдавать, но и в дальнейшем получать ресурсы в виде обратной связи от сложных учеников.
Предыстория
Меня так не волновала эта тема, пока я не столкнулась с особенным ребенком вне школы. Недавно мы с сыном гуляли в парке развлечений. Был будний день, кроме нас и еще одного мальчика лет девяти с нами никого не было. Сразу хочу прояснить, на таких локациях обычно с ребенком до 5 лет должен быть сопровождающий. Однако, правила посещения площадки детьми с ОВЗ не установлены. Точнее, как я позже выяснила у администратора, такие правила в принципе не были предусмотрены.
На одной из локаций дети встретились, и у мальчика постарше возник интерес к моему сыну. Он стал вместе с ним играть, держаться за руки. Но скоро его действия перешли в агрессивные, он начал тянуть сына вниз, крепко держал за кисть руки, выкручивая руку. Я ничего не могла сделать, понимая, что придется в таком случае применять силу и «расцеплять» ладонь. Поэтому, когда сын уже сам попросил отпустить его, я несколько раз спокойно попросила не трогать ребенка. На что от мальчика не последовало никакой реакции. Он был полностью сконцентрирован на моем сыне, не смотрел мне в глаза при прямом обращении, что меня насторожило и испугало.
В конце концов я сильно закричала, мальчик резко бросил руки сына и свернулся в позу эмбриона, закрыл уши ладонями и начал что-то лепетать на совсем младенческом. Я поняла, что совершила большую ошибку. Это было РАС во всей красе. Держа сына в одной руке, я медленно подползла к мальчику, вытягиваясь вдоль пола, чтобы сравняться, протянула ему руку и монотонным ровным голосом начала говорить: «Все хорошо, я не причиню тебе вред. Ты в безопасности. Все хорошо. Извини, что накричала. Ты в безопасности. Понимаешь, ты старше. А мой сын младше. С ним нужно аккуратно обращаться. Я больше не буду кричать. Все хорошо. С маленькими надо быть аккуратнее. Спасибо тебе за понимание. Все хорошо. Ты в безопасности».
Через несколько минут после разговора он снова начал преследовать нас, но вплотную уже не подходил. В итоге мы ушли из центра.
Мне было очень стыдно, что я накричала на него, хотя и не знала, с кем имею дело. Но ведь на нем не написано, а сопровождающего рядом не было. Можно ли назвать это инклюзией? Со стопроцентной уверенностью скажу – нет! Мы привыкли верить в правило: если человека выкинуть посередине реки из лодки, то он научится плавать. Этот эффект называется ошибкой выжившего. Во внимании чаще всего остаются истории, в которых все закончилось хорошо, а негативные – нарочно забываются, им придают мало значения. Есть дети с ОВЗ, которые спокойно могут адаптироваться без помощи тьютора или любого другого сознательного взрослого. Но есть те дети, которым эту адаптацию необходимо проходить исключительно с наставником. А есть места, которые предполагают повышенную ответственность…
Я очень долго думала о случившемся и передо мной пронесся мой недолгий, но яркий опыт в педагогике. Одна из причин, почему я ушла из школы в частные занятия – отсутствие ресурса школ к обучению детей с особенностями. Я просто не могу не замечать слабослышащего ребенка, который бы хотел меня услышать, но не может. Я не могу упорно навязывать определенное положение рук на парте ребенку с СДВГ. Я не могу продолжить урок, если ребенок с аутоагрессией хочет снова «уйти».
Я пишу для тех, кто хочет и может помогать детям с подтвержденным ОВЗ или имеющим определенные сложности в коммуникации и обучении.
Что мы имеем на данный момент? Поскольку вопрос был вынесен на законодательном уровне, руководство школ вплотную подошло к этому вопросу, и вчерашние «надомники» стали массово посещать рядовые занятия вместе с обычными детьми. Однако между инклюзией и созданными для этого условиями в школах сегодня простирается огромная глубокая яма. Кроме того, родители детей с особенностями зачастую не хотят видеть и принимать отличие своего ребенка от других и отказываются проверить ребенка на предмет психических отклонений, тем самым подвергая ребенка полному неприятию как со стороны учеников, так и со стороны учителей. Нет диагноза – нет проблемы – именно так думает большинство родителей, однако, чем быстрее будет поставлен диагноз ребенку, тем быстрее вы и окружающие смогут понять, почему так, а не иначе, и что на самом деле скрывается за нежеланием ребенка отвечать или бесконтрольно жестикулировать руками.
В этой книге я бы хотела рассказать о правилах общения и обучения с некоторыми детьми с ОВЗ, а также нормиками с признаками девиантного поведения и особенностями темпераментов. Данный материал поможет:
– педагогам, ранее никогда не сталкивавшимся с особенными детьми, разобраться, как себя вести и как преподавать свой предмет без потери времени и смысла для остальных ребят;
– родителям особенных детей – принять особенности своего ребенка и помочь ему познать мир таким, какой он есть;
– родителям нормиков – понять, что все дети разные;
– детям, окружающим особенного ребенка – помочь ему.
Глава 1. ОВЗ, МКБ, ФЗ, ИОП и другие сокращения
Эта глава для тех, кто хочет углубиться в материал и понять, с чего нужно начать. Я опишу основные аспекты, касающиеся обучения и социализации детей с ОВЗ в современных школах. Здесь мы затронем законодательную и медицинскую базу, на которые будет опираться моя книга. Далее проведу краткий обзор тематики с основными обозначениями и понятиями.
Начнем с самого простого – ОВЗ. Данная аббревиатура названа по первым буквам состояния человека – Ограниченные Возможности Здоровья. Диагноз ОВЗ может быть врожденным или приобретенным, постоянным или временным, видимым для других или не видимым. Данное состояние может как поддаваться коррекции, так и не корректироваться со временем. Коррекция предполагает поведенческие изменения, прием определенных лекарств или хирургическое вмешательство. ОВЗ в современной терминологии принято разделять на три вида:
– физические отклонения. Обозначают определенные сбои в работе органов зрения, осязания или слуха, из-за чего возникают проблемы с получением и обработкой информации посредством этих источников.
– Психологические отклонения. Чаще всего не видимые с первого взгляда нарушения в работе ЦНС (центральной нервной системы), из-за которых нарушаются социальные связи ребенка с обществом.
– Сенсорные отклонения. Касаются искажения тактильных ощущений. Препятствуют нормальному ведению быта. Выражаются в беспричинной боязни определенных предметов и текстур.
Более тяжелая форма ОВЗ – комплексная, когда сочетаются несколько дефектов развития. Каждое отклонение имеет уникальный код МКБ.
Код МКБ – это код, который присваивается абсолютно каждому диагнозу из Международной Классификации Болезней. Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ) предусмотрены практически все существующие на данный момент отклонения в работе жизненно важных систем организма. По состоянию на 2025 год Россия придерживается 10-й классификации. В этом пособии мы постараемся отметить каждое из отклонений, зафиксированные в МКБ-10.
Как законодательство трактует статус детей с ОВЗ?
– ФЗ №273 «Об образовании в Российский Федерации», конкретнее – статьей 79 «Организация получения образования обучающимися с ограниченными возможностями здоровья, инвалидами (детьми-инвалидами)».
– Федеральная программа, прописанная в приказах Минпросвещения РФ об установлении федеральной адаптированной программы для обучающихся с ОВЗ.
– Положение о проведении в школах психолого-медико-педагогической комиссии для выявления проблем обучающихся и другие нормативные документы.
Так, согласно действующему законодательству, современные школы можно разделить на несколько видов по отношению к обучению детей с ОВЗ: