Винсент Шоумент – Мешок – Гюрза (страница 42)

Когда колонна въехала на территорию паркинга, Капля и Гуляев, действуя слаженно и профессионально, быстро занялись воротами.

Тем временем группа штурма начала тщательное обследование всего этажа парковки. Каждый уголок, каждая тень подвергались внимательному осмотру. К счастью, на этаже никого не оказалось — ни враждебных существ, ни нежелательных гостей.

Для дополнительной безопасности было принято решение усилить защиту. Бойцы собрали разбросанный по полу мусор, вытащили различные предметы из технических помещений и использовали их для блокировки дверей. Теперь территория была максимально безопасной, идеально подходящей для того, чтобы спокойно переждать опасное время до рассвета. Первым делом на отдых отправились водители — люди, чьи нервы были особенно напряжены после длительного времени за рулём. Среди них был и Войла, который, несмотря на все тревоги и волнения, нуждался в отдыхе не меньше остальных.

Именно поэтому группа штурма оперативно освободила пространство в «буханке», где сталкер смог наконец-то устроиться для долгожданного сна. Усталость брала своё, и даже тревожные мысли отступили на второй план, уступая место долгожданному отдыху.

И Войла уже бы погрузился в долгожданные объятия сна, если бы на пороге «буханки» вновь не появилась Анзаи. Её появление было тихим, почти незаметным, словно она боялась потревожить хрупкое равновесие между сном и явью.

— Спишь?,— прошептала уставшая японка, осторожно проскальзывая внутрь и бесшумно закрывая за собой дверь.

— Очень хочу уснуть,— устало произнёс Войла, с трудом поднимая отяжелевшие веки и встречаясь взглядом с девушкой. В его глазах читалась такая усталость, что казалось, будто он не спал уже несколько суток.

— Выглядишь… Не очень,— Анзаи достала второй спальник и аккуратно расстелила его рядом с Войлой, устраиваясь поудобнее.

— Ещё бы. Устал, как собака. Но ничего… Переждём этот день, и можно будет двигаться дальше,— сталкер поморщился, вытягиваясь во весь рост. Его тело, словно пружина, наконец-то получило возможность расслабиться. И тут же он почувствовал, как напряжение покинуло его мышцы, когда Анзаи начала нежно поглаживать его по голове.

— У тебя всегда всё получается так, как ты задумываешь.

— Только потому, что отряд работает слаженно. Не будь связи между людьми, мои планы бы рухнули.

— Хочешь сказать, спасение меня было в интересах отряда?

Войла на мгновение задумался, его лицо отразило внутреннюю борьбу, прежде чем он, тяжело вздохнув, кивнул:

— Да, у меня всё получается так, как я задумываю.

Анзаи тихо рассмеялась, приподнявшись и обхватив колени руками. Её подбородок уютно устроился на сгибе рук, а глаза прикрылись в лёгкой улыбке.

— Ты интересный. И с тобой безопасно,— произнесла она, наслаждаясь моментом близости.

— Работа у меня такая — обеспечивать всем безопасность.

— Кроме себя?,— неожиданно выпалила Анзаи, наклоняясь над Войлой, её голос звучал с ноткой вызова, — Если бы ты не договорился с комендантом, тебя бы уже убили на выезде из форта.

— Поэтому я и договорился, чтобы меня не убили. Что тут непонятного?,— Гуляев бросил на Мариа скептический взгляд,— Или ты намекаешь на что-то другое?

Девушка осторожно подняла руку, её пальцы невесомо скользнули вдоль ключицы Войлы, спускаясь к его плечу.

— Просто интересно, почему ты не боишься последствий, вот и всё.

Войла на мгновение замер, а затем его лицо омрачилось воспоминаниями.

— Там, откуда я пришёл, всё намного хуже. И то, что здесь у вас «последствия», у нас — технические несостыковки. И поверь, ты бы никогда не захотела оказаться в таких местах. Там нет борделей, нет организованной комендатуры, защиты, власти. А если защита и есть, то только для гражданских в городках федерального значения. Насиловать, убивать — в порядке вещей. И никто с тебя за это не спросит. Потому что нет ни карточек, ни удостоверений. И никто никого не накажет. Потому что некому.

Сталкер вздохнул и поморщился, махнув рукой в жесте бессилия.

Мариа, внимательно слушая рассказ Войлы, не могла оторвать от него взгляда. Её глаза бегали по его лицу, впитывая каждую эмоцию, каждое движение. Если всё было так, как он говорил, то она бы там не прожила и минуты, не то что попала бы в секс-рабство.

— И там нет понятия, что ночью безопасно, днём — нет. И наоборот,— голос Войлы становился всё более мрачным, словно он погружался в воспоминания, от которых хотел бы избавиться,— У мутантов и монстров нет времени бодрствования. Они везде. Всегда. Всюду. Могут пробраться даже на хорошо защищённую территорию, но не делают этого. Им невыгодно. Они знают, ждут и терпят, пока люди начнут выкарабкиваться из своих муравейников.

Его слова повисли в воздухе тяжёлым грузом, заставляя Анзаи невольно вздрогнуть.

— У них нет какого-то единого сознания,— продолжал сталкер,— ими движет только жажда крови. Есть и безопасные существа… Совсем добрые. Но их такое мизерное количество, что скорее тебя проглотит болотная шушера, чем ты встретишь какую-нибудь Цинк-Фею.

Он сделал паузу, словно давая время осознать масштаб происходящего.

— Если здесь у всех есть хотя бы возможность мирно существовать в фортах, даже без крова над головой… То там нужно выживать. Каждый день. Каждый час и минуту. Каждый день ты не знаешь, проснёшься ли утром, и не умрёшь ли на вылазке.

Войла на мгновение замолчал, собираясь с мыслями.

— И это я ещё не рассказал про огромное количество бандитских и террористических формирований, с которыми никто не может справиться. Постоянные розни, группировки, смерть, кишки, кровь. И самое главное, что даже сама земля не на твоей стороне. Смертоносные выбросы, кислотные дожди, радиационные пятна, аномалии. Везде смерть. Если бы не мутанты, то весь лес был бы забрызган кишками и мёртвыми телами, но они очень быстро подчищают всё мясо и трупы, прямо так, вместе с костями и экипировкой.

Сталкер глубоко вздохнул и покачал головой, поворачиваясь на бок. Его лицо выражало такую усталость, будто он только что заново пережил все эти ужасы.

— Для меня Мешок — это просто долгосрочный отпуск,— произнёс он, стараясь придать своим словам лёгкость,— Отпуск с маленькими трудностями. И препятствие на пути к главной цели, которую я стремлюсь выполнить. Вот и всё.

— Странный у тебя метод отдыха,— Анзаи опустилась на спальник, прикрыв глаза, но в её голосе слышалось искреннее любопытство.

— Какой есть… Не я его выбрал,— пробормотал Войла, уткнувшись носом в спальник.

Лёгкая дрёма почти сразу же его настигла. С удивительной лёгкостью он погрузился в невесомое состояние спокойствия, словно только сейчас его тело и разум смогли наконец-то расслабиться.

Иногда его сон прерывался тихим сопением Мариа и начинающимся на поверхности шумом. Твари пытались вскрыть ворота паркинга, как консервную банку. Их когти скребли по металлу, зубы пытались найти слабые места, но все их попытки были тщетны.

Их рёв и копошение слышались только первые минут тридцать, а потом всё утихло. Казалось, что сам день затаил дыхание, ожидая, когда же эти существа найдут новую жертву.

Через несколько часов штурмовая группа, измотанная дежурством, нуждалась в отдыхе. Войле с Анзаи пришлось освободить «буханку», где теперь могли разместиться трое людей в горизонтальном положении.

Когда пришла очередь смены, Гуляев в компании с Каплей отправился сторожить закрытый въезд на паркинг. Их шаги эхом отдавались в полутёмном пространстве, пока они поднимались к воротам. Опершись на холодные стены, они стояли, прислушиваясь к тому, что происходило снаружи.

В основном стояла тишина. Лишь изредка доносились далёкие звуки, но твари уже потеряли интерес к паркингу, отправившись искать других непутёвых путешественников, которые могли стать их следующей жертвой.

Войла и Капля периодически переговаривались между собой. В основном разговор шёл про язвительных заказчиков и безопасность этого места.

Но дальше перекидывания несколькими фразами не зашло. Гуляев бы и дальше так болтал с Каплей, если бы к нему не подбежал Провод. Полушёпотом он подозвал сталкера, отвлекая от охраны ворот.

— Короче, у нас тут маленько форс-мажор… Замечена тепловая сигнатура снаружи, и она принадлежит человеку…

Гуляев кивнул, как бы уже втянувшись в разговор, но тут внезапно за воротами раздался жуткий крик.

Человек просил о помощи. Не то что просил, умолял, в полуистерике бившись в ворота. Капля и Гуляев переглянулись. Провод, едва сделав шаг вперёд, был остановлен Войлой.

Спустя мгновение крик резко сменился хрустом костей и бульканьем разорванного на части тела. Твари, не стесняясь, обедали прямо у ворот.

— Уже не принадлежит,— резюмировал Войла и снова посмотрел на Провода,— Что-то ещё?

— Ну… Это всё ещё не та сигнатура. Вернее… Тьфу. Короче, не он это. Тот человек внутри здания, над нами. И, судя по движениям, он активно простукивает нашу связь.

Войла прищурился.

— Как понять, простукивает связь?

— Ставит глушилки. Устанавливает аппаратуру на верхних этажах, которая стреляет на дорогу и близлежащую территорию вокруг себя. Я попробовал выйти на более широкие частоты с Светляком, и у меня ничего не вышло. Да и от него самого давно весточек не было, хотя он часто обзванивает каждого в это время,— шептал Провод, прежде чем Войла остановил бессвязный для него поток теории из уст связиста.