Винсент Шоумент – Мешок – Гюрза (страница 40)

— Принят. Положи удостоверение.

Жигалин кивнул и достал карточку, уложив рядом с Войлой. Следом подошёл его товарищ, которого Нигилист резво потрепал по плечу, гыгыкая.

— Ворошилов Михаил Ефимович, ефрейтор. Организовывал и курировал группу охраны каравана, в мешке пять лет. Позывной Тесак.

— Вы все с одного пекла что ли?

— Ага. Все разом сюда попали. Впятером. На одном бусе ехали, и вот оказались здесь,— подтвердил Тесак, кивнув головой.

— Ну, принят. Разлучить я вас всех конечно не смогу, но спрашивать за распиздяйничество и пиздёж на рабочем месте буду по-официальному. Так что смотрите мне,— Войла записал данные и как бы слегка повернул журнал к Анзаи. Та быстро пробежалась взглядом по информации и тому, как её записывал Войла.

Девушка легонько кивнула.

Войла тоже кивнул. В его планах было передать на растерзание оставшихся четырёх неопознанных бойцов, а этих пятерых он оформит сам.

Тем временем к стойке подошёл третий боевой товарищ группы.

— Ермаков Изот Владимирович. Ефрейтор, заместитель куратора группы охраны. В мешке пять лет, позывного нет. Так и зовут — Изот.

Войла кивнул. Увидев протянутую Изотом карточку, отодвинул её к остальным.

За ведущей троицей подошли двое более хиленьких бойцов. По ним было видно, что они не на таком опыте, как эта троица.

— Кулаков Станислав Исаевич. Рядовой, стрелок, позывного нет. В мешке пять лет,— Кулаков протянул свою карточку, а за ним сразу же встрял пятый боец:

— Мошкин Архип Ильич, тоже рядовой-стрелок, позывной — Туша. Пять лет.

— Ну все как на подбор, орлы. Можете быть пока свободными. Сдайте всё личное оружие на переучёт, можете пока просто положить возле ящиков на брезент,— Войла махнул рукой к двум ящикам, где было припрятано вооружение каравана. Пятеро почти одновременно кивнули и, разговаривая, приступили к разоружению.

Войла облегчённо вздохнул.

Теперь выдалась свободная минутка, чтобы занести всех бойцов в терминал. И пока сталкер этим занимался, Мариа изучала записи в его журнале. Вернее то, как он вёл учёт бойцов. Конкретно в его случае он быстрым, почти филигранно ровным очерком начертил семь колонок.

И почти сразу же, в колонке «должность», из ёмкого рассказа бойцов о своём роде деятельности, он их назначал на конкретную должность.

Например, Нигилиста сразу же записал в водители, Тесака — в командира штурмовой группы, Изота — в командира резерва. Остальных двух закинул по двум отделениям. Тушу в первое, к Тесаку, Кулакова во второе, к Изоту.

Исходя из этого, Мариа сразу поняла, что вместе близко знакомых ставить не стоило. Да, было бы хорошо — слаженная работа, взаимопонимание, всё такое. Но если группа людей объединяется, она начинает толкать свои интересы. Если группа толкает свои интересы — это ведёт к разногласиям. Разногласия к конфликту, конфликт к рукоприкладству, рукоприкладство к порке, порка к… А впрочем, это уже совсем другая история, которая всё-таки больше относилась к ремеслу Анзаи. Смысл был в том, что допускать слишком близкого расположения знакомой друг другу группы людей нельзя, и Мариа сразу это подчеркнула.

К стойке вскоре подошёл паренёк из тех четырёх простачков.

Он быстро распространился о своих инициалах, роде деятельности, но… Даже пока Анзаи не начала записывать, Войла сразу же сказал ему дуть на выход. Ничем не примечательный типа «стрелок» ему не был нужен, у которого из обучения, как оказалось, были только страйкбольные курсы. Хотя ходил парень с довольно видным оружием. Возможно, стырил у старших, ну или просто совершил неоправданно дорогую покупку, которую не мог по науке применить.

Следующий кандидат был уже более внушающим доверие.

Хорошая физическая подготовка, вооружён хорошим стволом, с очень тактичным складом ума. Ну просто святой человек. И всё-таки с дерьмецом.

— А что по зарплате?,— вопросил боец, равнодушно нахмурив брови.

До настоящего момента никто не интересовался зарплатой каравана. Все и так понимали, что финансы здесь в ходу большие. Да, не суперогромные суммы, Дактир пока ещё мешки с камнями не ворочал. Но всё равно все были при деле, сыты и имели возможность ещё и по развлечениям разойтись в мирное время.

А если даже кто-то и интересовался, то уже сугубо после окончательного вступления, просто для общей картины финансовых доходов отряда.

И вот объявилось это чучело. Боец активно что-то пытался доказать Анзаи, в то время как она по возможности молчала и особо слов поперёк не вставляла. Больная привычка молчать, оставшаяся с публичного дома, явно обязана быть искоренённой. Но этим Войла займётся потом.

Сейчас же он оторвался от терминала, закончив с заполнением БД и сканированием удостоверений, глядя на всё больше наглеющего бойца.

— А тебя чё, торкает, сколько тебе бабок дадут? А вдруг голодный год, а работать надо?,— нахмурившись, прорычал Войла.

— Да? Голодный год? Здесь?,— с насмешкой вопросил парень.

— Ага. Вот так вот жрать нечего будет, а вкалывать надо. Что тогда? Из-под НЗ начнёшь деньги тащить?

— А может и начну! А потом, может, вообще в будущем денег никаких не будет!

— Да ты шо, и в будущем тоже? Пшёл-ка ты нахер отсюда, пока я тебя не выпинал.

— Ох-ох. Хоть бы не развалился,— боец закатил глаза и выставил вперёд руку, чуть ли не прямо в лицо показывая Гуляеву средний палец.

Если бы у Войлы были брови, то доходяга отчётливо бы увидел, как он скептически изогнул одну из них, прежде чем резко переклонившись через стойку, схватил его руку и выломал палец в обратную сторону. Как ни в чём не бывало, Гуляев уселся обратно, похлопав Анзаи по плечу.

Боец даже не сразу понял, что произошло, а вот когда в мозг стрельнула жгучая боль, заорал. Капля поспешил его выпнуть с территории стоянки, а подоспевшим дружинникам объяснил ситуацию, и те не стали лишний раз докапываться. И без них забот хватало. Да и к тому же те сами были не прочь поболтать с наглецом. Двое оставшихся бойцов переглянулись между собой. Один из них подошёл к стойке.

— Ходырев Соломон Леонович. Рядовой-стрелок, позывного нет, в мешке три года, всё это время занимался сопровождением продовольственного груза.

Анзаи посмотрела на Войлу. Тот махнул рукой и кивнул, мол, сойдёт. Пушечное мясо лишним не бывает.

Подошедший следом юноша тоже довольно быстро распространился о себе.

— Куршин Богдан Тимурович. Звания нет, позывного тоже, в одиночку раскапывал нычки последние года два. Так-то в мешке уже четвертый или третий год… В общем, стреляю вполне приемлемо, но готов учиться у старших.

— Учиться ты будешь в тире форта. У нас здесь сразу боевое крещение. Вон, она думала, что я её посажу и буду показывать, как накладные заполнять, а теперь, как видишь, сидит, вас оприходует в журнале,— Гуляев кивнул головой на Мариа.

— Я быстро учусь. Из подготовки… У меня отец в спецах служил, обучил меня много чему. Пропасть не пропаду и, по возможности, не подведу. Я думаю, вам пригодится лишняя огневая мощь.

Сталкер вздохнул. Он долго смотрел на Куршина, прежде чем махнул рукой и отвернулся.

Боец с улыбкой выудил удостоверение и положил на стойку, уходя к остальным бойцам, чтобы познакомиться поближе.

— Итак… Мы имеем весьма обширный список,— подвела итоги Анзаи, глядя на записи Войлы и свои.

— Почерк бы тебе подтянуть, цены бы тогда тебе не было,— Войла зевнул и покачал головой, вбивая в терминал данные новобранцев и сканируя их удостоверения.

— Я стараюсь,— девушка поправила волосы и выглянула из-за плеча Гуляева. Все новобранцы собрались в одном месте, выкладывая своё оружие и прочее учётное вооружение. А потом, где-то через полчаса, подтянулись и вчерашние новички. Все вместе они стояли на парковке, шумно разговаривая.

Войла, краем глаза наблюдавший за ними, был рад, что обновившийся личный состав быстро сдружился. Большое количество дружных и весёлых парней тянуло в дружественность и сплочённость и старичков, из-за чего с плеч Войлы падала тяжёлая ноша скрепления всех старших членов отряда.

Через пару часов, после завершения работы с численностью каравана, сталкер вместе с Анзаи провёл переучёт оружия. Сначала он переписал личное вооружение, возвращая его владельцам. Старики уже привыкли делать свои пометки на раме или прикладе, но с новичками пришлось повозиться, чтобы каждый нашел своё оружие. На будущее Войла дал указание обозначить своё оружие, и все сразу же начали это делать. Кто-то вырезал смешные иероглифы, кто-то писал свой позывной.

Капля, присутствующий при всех этих операциях, тоже был рад видеть, как новички быстро адаптируются, а план работ близится к завершению.

Через два часа всё оружие было уложено, неприкосновенный запас спрятан, а личное — роздано. Переучёт был закончен. Учитывая, что Дактир готов был выдвигаться в следующий город, Войла не собирался откладывать сборы.

Но сейчас, когда отряд ещё недостаточно сплотился, это было просто опасно. Выждать один-два денька, и можно было собираться в путь.

Когда Войла рассказал о таком своём доводе Капле, тот почти сразу же с ним согласился, прекрасно осознавая, что всему составу нужно дать немного времени на то, чтобы сработаться.

В экстремальных условиях, когда думать времени не было и нужно было просто нанять людей и ехать в горячую точку, такое сюсюканье было непозволительной роскошью. А сейчас лишнее время есть, и оно в избытке. И трата этого времени именно таким образом пойдёт на пользу всем. В том числе Войле, который порядком устал и толком не выспался.