Вилли Энн Грей – Плохой коп и Заноза в жо… (страница 3)
Сердце стучало как бешеное, пока я бежала домой, постоянно оглядываясь, нет ли за мной погони. Как же так? На чём я спалилась? Даже думать не хотелось, в какое дерьмо я влезла. Если меня всё-таки найдут, то плакали все мои мечты и планы.
Ввязываться в кражи я не хотела до последнего, но иногда жизнь не предоставляет выбора. Мы с Даней едва сводили концы с концами, тех копеек, что нам платил Югендамт, не хватало в принципе ни на что. Даня подрабатывал в баре, но там его подсадили на наркоту, и практически вся его зарплата уходила на то, чтобы достать новую дозу. Он даже начал барыжить, чтобы оплатить свои увлечения.
Это мне совершенно не нравилось. Я была категорически против наркотиков и пыталась заставить его бросить, но все мои попытки были безуспешными. Тем не менее, я не теряла надежды. Когда-то он вытащил меня из очень глубокой ямы, а теперь я должна была ему помочь.
Конечно, ограбление чужих вилл – не самое лучшее занятие. Но, с другой стороны, у этих жлобов денег дофига, они даже порой не замечали, что кто-то обнёс их дом. Можно было бы устроиться на работу, но тогда бы нам срезали всю социалку, и за квартиру пришлось бы платить самой, так что я бы ушла ещё и в минус при подобном альтруизме. Поэтому официальная работа никак не входила в мои планы. А за неофициальную платили слишком мало.
У меня были мечты. Я хотела вырваться из этой жизни, уехать куда-нибудь в Америку и стать певицей, кататься по гастролям. Но для этого нужны были деньги, много денег, которые я сейчас и доставала. В борьбе все средства хороши, как говорится. А ещё я очень надеялась, что Даня поедет со мной. Я стану знаменитой, заработаю миллионы, мы купим домик на берегу моря и будем жить там вместе, долго и счастливо.
И на всё про всё у меня было всего четыре года. Потому что именно столько осталось ждать, когда отпустят Вита. А если он узнает, каким именно образом я зарабатывала деньги – то точно свернёт мне шею. Десять лет, десять грёбаных лет ему дали за драку, за то, что он избил того козла, что пытался приставать ко мне. Недавно я смотрела новости, в которых передавали, что какому-то придурку дали всего пять за попытку изнасилования. Но у него явно был богатый папочка. А Вит – всего лишь простой строитель, некому было за него вступаться. Да и денег на нормального адвоката не хватило. А ведь он даже не убил того урода – так, немного зубы прорядил, да нос поломал. Несправедливо. Вот совсем несправедливо.
Вит, конечно, не оценит идею переезда в США. Он вообще переезды не рассматривал. Всё ещё ждал моих фантомных родителей, которые когда-нибудь вернутся. Да вот только я их уже давно не ждала. Так что либо он поедет со мной, либо… он поедет со мной. В Германии ему всё равно делать больше нечего. Наладить жизнь после 10 лет тюрьмы вряд ли получится. А там мы оба начнём сначала. Там мы станем людьми, а не отбросами общества.
Домой я вернулась под утро. Парня моего не было – смена в клубе ещё не закончилась. Спрятав весь свой улов, включая ствол, в свой личный тайник, я отправилась в постель. Спалось мне из ряда вон плохо. Сначала снился тот самый офицер, выносящий мне приговор на суде. А потом всё стало ещё хуже – мне привиделось, что Даниэль нашёл мой тайник, забрал пистолет и убил кого-то им.
В общем, когда прозвенел дверной звонок, мне совершенно не хотелось вставать с кровати. Но человек за дверью был чересчур настойчивый. Пришлось выползти из-под одеяла и всё же направиться в сторону выхода из квартиры. Судя по солнцу за окном, было уже позднее утро. Странно, что мой парень всё ещё не вернулся.
– Что надо?! – недовольно рявкнула я, распахивая дверь.
На пороге стояли два парня в чёрных футболках и бронежилетах с надписью Polizei (
– Фрау Кастински, вас подозревают в причастности к серии ограблений в Ханвальде (
– Мне можно переодеться? – спросила я, мысленно себя успокаивая. Да, я попалась, но если они вежливо спрашивают, а не скручивают меня, то значит, всё не так плохо. У них нет доказательств.
– Да, конечно. Можно пройти внутрь? – попытал удачу один из парней в форме.
– У вас есть ордер? – ответила ему наигранно равнодушно. Мужчина покачал головой. – В таком случае нет, нельзя.
– Вам есть что скрывать? – сразу же напрягся его более взрослый коллега, медленно протягивая руки к пистолету на поясе.
– Всем есть что скрывать, – ответила спокойно. – Но при этом я прекрасно знаю свои права. И без ордера вы не имеете права досматривать мою квартиру. А сейчас прошу прощения, я пойду быстро соберусь. Зубы хотя бы почищу.
– У вас есть десять минут. Иначе мы начнём вас подозревать в побеге и взломаем дверь.
– Прекрасно, постараюсь уложиться.
Признаться честно, мысли о побеге у меня были. Но я их быстро отмела. Бежать мне было особо некуда, скрываться негде. А бегать от полиции до конца жизни – сомнительное удовольствие. Ещё был шанс, что всё обойдётся. Я была в маске и перчатках, у них наверняка против меня ничего нет.
Собиралась я трясущимися руками. Времени практически не было. Всё, что я успела – умыться, расчёсывать волосы, которые после сна торчали в разные стороны, натянуть джинсы, майку и косуху. Первая мысль была – надеть худи. Практически весь мой гардероб состоял из этих удобных безразмерных кофт, но я вовремя вспомнила вчерашний вечер и решила не подкидывать знакомому менту лишний повод к подозрению.
Вышла я минут через восемь, не хотела провоцировать полицаев. Естественно, ни о каком макияже речи даже не шло. Но это и не важно – я ведь не на свидание собралась.
Ехали мы достаточно долго, минут 25 по кёльнским пробкам, пока не прибыли прямо в центр – в Polizeipräsidium Köln (
Mist (
Увидев в окно машины огромное здание Кёльнер-дома, я грустно подумала, что если выберусь из этой передряги, то обязательно схожу в церковь, поставлю свечку. Если выберусь…
Глава 4. Алекса
Чем дальше вглубь здания мы продвигались, тем хуже становилось моё настроение. Несмотря на то, что было до жути страшно, всё же мне удалось не показать этого. В кабинет с табличкой «Kriminalhauptkommissar» я зашла со скучающим выражением лица. Заняв предложенное мне место, я мило улыбнулась молодому брюнету, который сидел напротив, и уставилась в стол.
– Добрый день, фрау Кастински. Вас подозревают в краже со взломом. Это статьи § 244 Abs. 1 Nr. 3 и § 244a StGB, предусматривающие лишение свободы от одного до десяти лет. Также – статья § 114 StGB: нападение на полицейского при исполнении. Если вы к этому причастны, советую сознаться – это уменьшит срок.
– В чём меня обвиняют, я и так уже слышала. Лучше расскажите, какие у вас есть доказательства. Пустыми угрозами сыпать не надо.
– Кажется, мы не с того начали, – произнёс до боли знакомый мне голос.
Я только сейчас заметила, что в кабинете есть ещё кто-то. Тот самый полицейский, которого я вчера обокрала и ударила. Подняв на него взгляд, я в первую очередь убедилась, что он жив, цел и здоров. По крайней мере убийство на меня не повесят.
Вчера, в полутьме, рассмотреть его практически не удалось, поэтому сегодня я заворожённо уставилась на мужчину. Он был красив. Очень даже. Лет тридцать пять, тёмно-русые волосы, правильные черты лица и глаза цвета хмурого неба – серые с голубым отливом. Но всё это были мелочи по сравнению с тем, какой эффект на меня произвела его сексуальная, накачанная фигура. Сразу захотелось отправить Даню на спорт – а то мой задохлик уже давно перестал производить на меня подобный эффект. Его чаще хотелось покормить, а не трахнуть.
Признаться честно, таких красивых мужчин я избегала. Обычно у них было раздутое эго. А я этого терпеть не могла. От них всегда ждешь беды. Правда это не мешало мне на него пялиться. Как говорится, смотреть можно, трогать нельзя.
Не зная, куда деть взгляд, чтобы не казаться озабоченной извращенкой, я начала рассматривать татуировку на его шее. Там были изображены крылья ангела. Вроде бы ничем не примечательная тату, но сделана очень качественно – она притягивала взгляд. Я вообще фанатка нательных рисунков, у самой их несколько. Были бы деньги – покрыла бы всё тело. И плевать, кто и что об этом думает.
– Фрау Кастински, вы меня слышите? – вновь спросил тот самый голос, вырывая меня из транса.
– А? Что?.. – растерялась я и мигом покраснела. На что коп ухмыльнулся.
– Где вы были сегодня ночью, я вас спрашиваю?
– Явно не там, где хотела бы быть, – протянула я задумчиво, всё ещё разглядывая детали татуировки. – А разве ментам можно делать тату на видных местах?
– Во-первых, не ментам, а полицейским, – улыбнулся мужчина. – А во-вторых, с 2021 года земля Северный Рейн – Вестфалия разрешила, если тату не содержат экстремистских, сексистских или дискриминационных символов.