Вилли Энн Грей – Плохой коп и Заноза в жо… (страница 2)
– Тшшш… Спугнёшь вора, – шикнул я на него немного раздражённо.
Если честно, меня до жути бесило, что какой-то малолетка столько раз убегал от меня. То, что вор – совсем ещё мальчишка – стало понятно по силуэту: мелкий и худой, даже объёмный худи и темнота не меняли картины. Сегодня я чётко настроился на поимку преступника. Это уже стало делом принципа.
Провозившись с замком не больше минуты, мы беззвучно вошли в дом. Я жестом показал напарнику, чтобы осмотрел комнаты снизу, а сам направился наверх. Я был уверен, что преступник именно там, и хотел задержать его лично.
Вытащив пистолет и прижав его к груди, я медленно ступал по лестнице, всматриваясь в полумрак помещения. Хорошо, что ночь была ясная, а луна – полная. Если бы не это, то не видно было бы ни черта.
Коридор оказался ожидаемо пуст. Беззвучно проверив две ближайшие комнаты, я направился дальше. Медленно приоткрыв дверь спальни, я заметил вора, который стоял спиной, не более чем в двух шагах от меня, и сумбурно рылся в комоде.
Обрадовавшись, я резко влетел в комнату, направил пистолет на преступника и громко произнёс:
– Полиция Кёльна! Стоять! Руки вверх, не двигаться!
Вор поднял руки, прикладывая их к голове.
– Поворачивайся, но медленно. Руки не опускай, – следуя протоколу, скомандовал я.
Домушник повернулся – и в этот момент я обомлел. Это была девушка. Её лицо было полностью разукрашено, напоминая клоунскую маску. Видимо, кто-то пересмотрел фильмов про Джокера и Харли Квин. Но даже сквозь дурацкий грим было понятно, что она очень даже симпатичная. Правильные черты лица, аккуратный носик и безумно яркие голубые глаза, которые буквально светились в полумраке комнаты.
Пока я внимательно рассматривал преступницу и обдумывал, что мне теперь с ней делать, она решила не терять времени. В отличие от меня она совсем не растерялась – даже наоборот. Резко убрав руки из-за головы, она чётким движением перехватила мою руку и выбила из неё пистолет, подхватив его буквально на лету и направив мне в голову.
Её умения поражали. Конечно, сыграл эффект неожиданности, но, кажется, передо мной стояла самая настоящая профессионалка своего дела. Забрать пистолет у подготовленного офицера полиции со стажем, да ещё и так легко. Нет, это была не простая девчонка.
– Не делай глупости, – прошептал я. – Кража с проникновением – это статья § 244 StGB, от года до десяти лет, но можешь отделаться условкой. А убийство офицера при исполнении – это пожизненное.
В воздухе на секунду повисло молчание, а потом невероятно красивый, нежный голос произнёс:
– От года до десяти лет, говоришь? Это если меня поймают.
И в тот же момент она врезала мне рукояткой пистолета по виску. Голова раскололась на части, в глазах потемнело – и мир померк.
***
– Max! Max, wach auf! Verdammt, komm schon! (
– Ты только что сказал: «кошачье дерьмо»? – рассмеялся я.
Даже несмотря на то, что я чувствовал себя не лучше, чем это самое дерьмо, всё равно было очень смешно.
– О, ну раз ты ржёшь, то всё нормально. Как ты? Сколько пальцев видишь? – сунул мне Нико знак «peace» чуть ли не в нос.
– Фу, ты где ими ковырялся? Воняют, – отодвинул я его руку в сторону, откровенно издеваясь.
– Ну и прекрасно, – разразился он смехом в ответ. – Ты чего это решил поваляться? Неужели так сильно устал от ночной смены, что уснул прямо на полу?
– Очень смешно, – моё настроение резко сменилось на серьёзное. – Наша воровка вырубила меня. Надо её найти.
– Воровка? – лицо напарника вытянулось от удивления, а потом приняло ехидно-издевательское выражение. – Девчонка? Хочешь сказать, что тебя вырубила девчонка?! Ахаха! Её точно надо найти и вручить ей золотую медаль. Это надо же!
Крюгер хохотал, а вот мне было не смешно. Я обшаривал карманы, с паникой осознавая, что пистолет пропал. Эта чёртовка не просто обвела меня вокруг пальца и унизила – она ещё и своровала служебное оружие.
И если об этом кто-то узнает, то меня ждёт не только издевательство коллег, но и череда проверок с возможными дисциплинарными мерами наказания.
Verdammt. (
Глава 2. Макс
Эта малолетняя зараза подпакостила мне прилично. Весь следующий день я был как на иголках, переживая, не засветится ли мой пистолет в каком-нибудь нападении или убийстве. Я понимал риски, но надеялся на лучшее. Признаваться начальству не хотелось. У меня было идеальное резюме, и я уверенно шёл к очередному повышению, а подобный прокол откинул бы меня на несколько лет назад. Официально – я не виноват в потере оружия, а значит, и влиять это ни на что не должно было. Но фактически – это серьёзный прокол, и подобное в полиции не забывают.
Именно поэтому я подключил все свои связи, чтобы найти мелкую мерзавку. После обеда меня обрадовали: задержали девчонку, подходящую под описание. Она соответствовала всем параметрам, включая размер обуви, который можно было вычислить по отпечаткам, оставленным на месте преступления.
Ко мне в кабинет зашёл Нико. В руках у него была тонкая папка.
– Вот она, победительница Ангелов (
– Меньше шуток, Крюгер, а то я ведь могу и обидеться.
Нико сразу убрал дурацкую улыбку с лица.
– Рассказывай.
Тем временем я открыл папку и увидел фотографию преступницы. Это была точно она – даже маска, нарисованная на лице, не помешала мне её узнать. Она была и впрямь очень красива. Мне не показалось. Но эти глаза – настолько большие и яркие – западали прямо в душу. Я не мог оторвать от фотографии взгляда, внимательно слушая своего младшего по званию напарника.
– Главная подозреваемая – Александра Кастински. Девятнадцать лет.
Александра… Алекса, Лекси. Красивое имя. Дерзкое. Ей подходит.
– Ты сказал – девятнадцать? – в шоке переспросил я.
Нико кивнул.
– Совсем ещё ребёнок. Что ж её привело на эту скользкую дорожку?
– Не самая лучшая жизнь? – произнёс Крюгер, привлекая моё внимание. – Она сирота. Официальный опекун до тринадцати лет – Виктор Кастински. Разнорабочий, грузчик, строитель.
– Хм… русский, что ли?
– Судя по имени – поляк. Ну, или белорус. А по паспорту – немец. Но вообще, мутная личность. До 2007 года о нём нет никакой информации. А потом он внезапно появился в системе – да ещё и с ребёнком. Документы, вроде бы, подлинные, но всё равно странно всё это. Когда девчонке было тринадцать, его посадили на десять лет.
– За что?
– Нанесение тяжких телесных. Но, в общем-то, обычная драка. Просто оппоненту не повезло. Рука у этого Виктора тяжёлая.
– Понятно. Дальше?
– А что дальше. До этого времени Александра занималась спортивной гимнастикой профессионально. Подавала большие надежды. Несколько раз брала золотую медаль – по вольным упражнениям и федеративную. Её даже взяли в список для Олимпийских игр. Оставалось только дождаться – года два-три. Но Кастински посадили, и девочка попала в детский дом. Там заниматься ею было некому, и мечты о большом будущем пришлось забыть. Почти год она жила в приюте, а потом её удочерили.
– Неудивительно: красавица и умница, – прошептал я, всё ещё вглядываясь в фотографию.
– Вообще-то более чем удивительно, – перебил меня напарник. – В четырнадцать лет на воспитание берут лишь педофилы и извращенцы.
– С чего ты взял? – помрачнел я, переводя взгляд на друга.
– Собственные наблюдения. Ладно, забей, – махнул он рукой и продолжил: – В общем, через год она попала в базу из-за драки. Угадай, кому досталось? Приёмному отцу. Но тот быстро забрал заявление. Больше на радарах она не мелькала. В отличие от её сводного брата – Даниэля Хоффнера, который привлекался за хранение и употребление. Количество, правда, было слишком мелкое, так что его отпустили.
– Брата?
– Ну, братом он был недолго, – ухмыльнулся Нико. – Оба были приёмными в этой семье. Он её на два года старше. Как только парню исполнилось восемнадцать, он снял квартиру, а она свалила жить к нему. С тех пор и живут вместе.
– Подожди… ей было шестнадцать?
– Ну да. Родители обратились в полицию, хотели вернуть девчонку. Но потом неожиданно забрали заявление и позволили ей выбирать самой.
– Хрень какая-то, – протянул я.
– Согласен. Но, тем не менее, она подходит по всем параметрам под описанную тобой воровку. Благодаря спортивной гимнастике она вполне могла бы забираться по балкону на второй этаж дома.
– А боевые навыки? – недоверчиво спросил я. – Она была больше похожа на профессионала, а не на девчонку с тяжёлым прошлым.
– Тут соглашусь. Но, судя по всему, Виктор очень хорошо владеет техниками боя. В тюрьме его боятся и уважают. Возможно, он и обучил девочку.
– Понятно. Пусть её приведут.
– Макс, прямых доказательств нет. Ты уверен, что сможешь опознать её? Тогда ей не отмазаться. Ограбление и нападение на должностное лицо. Ей светит минимум пять лет.
– О да, я её точно узнаю. Не сомневайся, – с предвкушением улыбнувшись, ответил я напарнику.