Вилен Иванов – Идеология: pro et contra (История и современность) (страница 2)
Рождённое в годы перестройки так называемое «новое мышление» оказалось на практике оправданием капитулянтства (и не только идеологического) перед Западом. Объявленная на весь мир перестройка привела, при активной «поддержке» извне, к развалу Советского Союза. О причинах политической несостоятельности КПСС как руководящей силы общества сказано немало, и не только отечественными исследователями. Хочу привести удачное, на мой взгляд, высказывание известного израильского государственного и общественного деятеля Якова Кедми (взгляд со стороны): «Трагедия советской России – это вырождение и деградация элиты в рамках правящей партии. Партия заменила собой нравственность и веру, как церковь заменила религию во многих странах мира. Государственная партийная чиновничья бюрократия заняла место помещиков старой России. А высшая номенклатура советской власти превратилась в бояр предпетровского периода. Партия не захотела и не смогла развиваться и изменяться»[12].
Ещё на одно обстоятельство следует обратить внимание, говоря о судьбе идеологии в советское время, – соотношение идеологии и менталитета. Последний – фундаментальный элемент культуры общества, к тому же и наиболее консервативный. Он питает идеологию, и идеология в свою очередь в какой-то мере способна воздействовать на него. Возникают коллизии, требующие к себе повышенного внимания. Идеология созвучна менталитету в той или иной мере. Идеология противоречит менталитету, но это несовпадение порой не является достаточно явным. Более того, идеология может на каком-то этапе подчинить себе менталитет, одержать над ним «победу». Но это будет пиррова победа. Но о чём говорит реальный ход отечественной истории? В
качестве убедительного примера можно привести оценку ситуации в бывшей советской республике Таджикистан, сделанную учёным и писателем, к тому же её уроженцем: «Зайдя в интернет, я нашёл статью „Почему таджикские женщины предпочитают самоубийство через самосожжение?“, из которой узнал, что в 2016 году в Таджикистане 596 женщин совершили самоубийство.
Основными причинами суицида специалисты считают „психическое состояние и проблемы в семье“. Невольно напрашивается вывод о том, что советская власть за 70 лет не сумела избавить Таджикистан от средневековых традиций в брачно-семейной сфере, несмотря на колоссальные усилия в сфере образования, права, культуры, экономики и других сферах. И на всё это были затрачены значительные ресурсы, шедшие в основном из Центральной России. Но ныне средневековье торжествует в Таджикистане и в других бывших среднеазиатских республиках распавшегося СССР». И автор делает вывод: «Следовательно, нельзя игнорировать этапы эволюционного развития того или иного народа, навязывая ему „культурную модернизацию“ и „права человека“, если он сам не желает этого»[13]. Если на том или ином этапе своей истории, добавим, он ещё не готов в достаточной мере к восприятию социалистических ценностей, навязываемых ему господствующей идеологией (марксистско-ленинской в нашем случае). Её фиаско оказалось слишком явным.
Социалистическая идеология, пропагандировавшаяся (а иногда и насаждавшаяся) в Советском Союзе, восторжествовала, но, как оказалось, в исторических масштабах ненадолго. В годы так называемой перестройки её ущербность благодаря стараниям её «архитекторов» становилась всё более очевидной.
Социально-экономический кризис 90-х годов затронул и сферу духовной жизни общества, идеологию в том числе. Пришедшие к власти «демократы» провозглашали лозунги и политические установки, типа «вернуться в европейскую цивилизацию», войти в «европейский дом», интегрироваться в мировой рынок и т. п. Вошли в моду идеи Д. Белла и К. Маннгейма о «деидеологизации», смысл которых для российских условий заключался в том, чтобы не только «разделаться» с советской идеологией, но и не допустить доминирования любой другой, альтернативной набирающему силу олигархическому либерализму. Известный общественный и театральный деятель, последний министр культуры СССР Н. Губенко в одном из своих выступлений в 90-е годы, оценивая произошедшее, отметил: «Деидеологизация, которую провозгласили в „новой“ России, – не просто ошибка, а страшный вирус, который погубил единство и солидарность нации»[14].
Кому это было выгодно? Вопрос риторический.
На какое-то время в стране возникла ситуация идеологического вакуума, в условиях которого расцвели пышным цветом астрология, хиромантия, нумерология, ясновидение разных мастей и другие проявления мракобесия[15]. Не остались в стороне СМИ и ряд представителей «творческой интеллигенции», создавшие, активно постигая рыночные отношения, атмосферу идейно-нравственной вседозволенности.
Характеризуя сложившуюся в результате осуществлённых «демократами» трансформаций ситуацию, доктор юридических наук А.Д. Керимов, в частности, отметил, что «демократия дозволяет, санкционирует и оправдывает всё. Порой создаётся впечатление, что при ней приемлемо и потому действительно возможно практически всё: любые, даже самые жестокие и аморальные, правители, глубоко безнравственные аксиологические установки (а то и полнейшее отсутствие каких бы то ни было ценностных ориентиров), противоестественные и уродливые формы поведения и общения, беспрецедентно порочные и извращённые нравы и т. п.»[16].
Принятая в 1993 году Конституция РФ закрепила идейный плюрализм и идеологическое многообразие как норму. На практике это позволило отказаться от марксистской идеологии и насаждать идеологию компрадорского типа, позволяющую осуществлять разорение страны, ограбление большинства населения и ломку национального менталитета, что привело к эрозии единой страновой идентичности и подрыву традиционных механизмов социализации и развития.
В условиях происшедших в ХХI веке в жизни страны перемен либеральная идеология была существенным образом потеснена. Её органичная связь с различными элементами социальной структуры, переживающими заметные трансформации, получила отражение и в содержании, и в статусе идеологии.
Социальная структура общества (её различные элементы) стала более подвижной, что привело и к некоторому «смешению» идеологий, к своего рода «переливанию» популярных в массах идеологем. Однако это не слишком повлияло на конкуренцию идеологий и их противоборство.
2. Идеологическое многообразие: status quo
В соответствии с Конституцией РФ, принятой в 1993 году и обновленной в 2020-м, в российском государстве признаётся идеологическое многообразие (статья 13 Конституции РФ).
И вместе с тем утверждается положение о том, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной» (статья «уцелела» даже после внесения в 2020 году поправок в Конституцию РФ).
Исходя из понимания сущности идеологии как специфического социального явления возникает вопрос: есть ли в российском государстве система идей, выражающих интересы общества в целом, представления о желаемом будущем и способах его достижения, общепринятое толкование исторического прошлого страны и его настоящего? Эти сомнения нашли свое отражение в научных трудах и выступлениях в средствах массовой информации многих видных учёных и общественных деятелей, представителей творческой интеллигенции. «По моему глубокому убеждению, – отметил В.И. Добреньков, – все нынешние проблемы нашей страны связаны с отсутствием у нас национальной идеологии, чёткого осознания и понимания необходимой стратегии развития. Одной из самых неотложных мер по оздоровлению и возрождению России должно стать формирование национальной идеологии. России сейчас нужна такая идеология, которая отражала бы высшие национальные ценности, чётко определяла бы общую цель, задачи развития общества на длительную историческую перспективу. Это значит, что мы можем, во-первых, признать необходимость идеологии для общества, а во-вторых, определить, какой она должна быть по содержанию и направленности»[17].
Выступая в мае 2019 года на научно-практической конференции в Конституционном суде, академик РАН Т.Я. Хабриева отметила: «В России именно государство должно формулировать положительное и блокировать негативное. Чтобы это происходило, нужна единая идеология, а у нас её пока нет. И она должна быть указана в Конституции… Пока у нас нет стратегии развития России, которая отвечала бы ожиданиям российского общества и была бы им востребована». По мнению академика, если в будущем придётся вносить изменения в Конституцию, то именно мировоззренческого характера. «Но пока ценностные маркеры не будут расставлены, нет смысла в конституционной реформе»[18].
В этом же ключе высказались учёные экономического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, издавшие в 2020 году коллективную монографию «Россия и идеология (Опыт практического философско-хозяйственного концептуализма)» под. ред. Ю.М. Осипова, Е.С. Зотовой, Н.П. Недзвецкой).
В предисловии Ю.М. Осипов, в частности, отметил: «Без органичной стране идеологии, пусть чётко и целостно не сформулированной, нет и не может быть никакой страны, никакой цивилизации, никакого государства и никакой животворящей экзистенции» (указ. соч., с. 5).