Виктория Волкова – Только одна ночь. Ошибка прокурора (страница 5)

— Остановите, пожалуйста, — прошу водителя и первым вылетаю на тротуар. Задрав башку, разглядываю строгий белый фасад, украшенный скромной лепниной. Засматриваюсь на дикий виноград, вьющийся по каменному забору.

— Эта линия выходит к реке, — уточняет сзади Фей и усмехается довольно. — Ну что, Рыча, нравится?

— Хороший дом. Хозяев бы найти!

— Найдем, — совершенно спокойно заверяет меня Шанский мэр, и мы едем дальше.

А минут двадцать спустя представляет меня местным прокурорам.

В небольшом актовом зале их набивается штук двадцать. Рассматривают меня, как зверушку в зоопарке. Обвожу взглядом зал. Всматриваюсь в лица. С наскока понять невозможно, кто друг, а кто враг. Но чуйка мне подсказывает, что последних до фига, а вот первых днем с огнем не сыщешь. Служба покажет. Иногда и враги помогают, и друзья могут скурвиться. Плавали, знаем.

Толкаю речь о задачах службы, про раскрываемость и борьбу с коррупцией. Слушают внимательно, глядят преданно.

— На этом все, — закругляюсь по — быстрому. — Замов прошу ко мне в кабинет, — добавляю строго и до конца дня слушаю отчеты по ситуации в районе в целом и по каждому делу в отдельности.

И только когда темнеет, выхожу с работы. Нормально так заехал представиться!

В кармане тренькает сотовый. Морозов. Отвечаю сразу.

— Слушай, бро, ну я тебя не дождался, — вздыхает он в трубку. — Своих дел дуром. Ты там все порешал? Ужинать собираешься?

— Уже вышел на улицу и жрать хочу как собака, — признаюсь как на духу. Сунув портфель под мышку, верчу головой по сторонам в поисках хоть какой — нибудь забегаловки. Но никакого общепита поблизости нет.

— Подожди две минуту, сейчас я за тобой приеду, — велит мне Морозов.

— Поужинаем где — нибудь? — предлагаю устало. Голова раскалывается. А желудок от голода сводит. Когда я ел в последний раз? Утром в поезде завтракал.

Черный рэндж подруливает прямо к крыльцу.

— Феликс, — окликает меня Морозов, открыв дверцу рядом с водителем. Запрыгиваю запросто. В машине пахнет кожей и неуловимо женским парфюмом. А сзади виднеются два детских кресла. Семейная тачка, ясен пень.

— Где бы нам пожрать, бро? — спрашиваю в надежде. Шарю жадными глазами по мелькающим вывескам. Вроде какой — то кабак только что проехали.

— У нас поешь. Лера стол накрыла. А я ключи нашел… — косится Тимофей и на ближайшем светофоре, сворачивает в небольшой переулок вдоль домов сплошь засаженный клумбами.

— Какие еще ключи? — роняю отрывисто. Голова за день не соображает ничего.

— От дома, что мы утром смотрели. Хозяева предложили тебе пожить там. Понравится, купишь. Нет, за аренду заплатишь. Никто ни к чему не обязывает, — Морозов тормозит тачку около высоких кованных ворот. Родительский дом. Я помню. На первом курсе мы здесь отмечали Новый год. И понесла же нас нелегкая почти за сотню километров в Шанск!

Ворота медленно открываются, пропуская нас внутрь. Красивый двор с ландшафтным дизайном, перестроенный дом. Мне он другим запомнился.

Вместо сухонькой мамы Фея на крыльцо выходит длинноногая красотка. А вслед за ней из дома вылетают девчонки. Розовощекие, пухлые. С хвостиками на макушке. Быстренько спускаются по ступенькам вниз и бегут к отцу.

— Папа! Папа!

И только потом замечают меня. Обняв Фея за ноги, прячутся. Одна совсем не смотрит, а другая, выглядывает хитренько.

— Давайте знакомиться, — присаживаюсь на корточки. И сам себя ругаю последними словами. Знал же, что у Морозова двойня, и даже шоколадки купить не удосужился. — Как вас зовут?

— Анечка и Аленка! — сообщает та, что побойчее. И обе девчонки как маленькие обезьянки, карабкаются к отцу на руки.

Тимофей подхватывает обеих сразу. И тот час же маленькие ручку начинают борьбу за главный приз. Кто обнимет папу.

А меня внутри колпашет от зависти. Аж узел тугой завязывается.

«Тебя тоже когда — то жена встречала со службы. И дочка верещала от радости, — напоминаю самому себе. — А ты все похерил, дурак. Так и будешь жить до старости один и помрешь в доме престарелых».

— Проходи, дорогой. Чувствуй себя как дома, — счастливо смеется Морозов, вместе с дочками поднимаясь по ступенькам. — Покормишь нас? — спрашивает жену. И поставив обеих дочек на ноги, распахивает дверь. — Давай, Феликс, накатим за встречу и о делах перетрем.

Почти сразу же мы остаемся за накрытым столом одни. Лера с детьми уходит на второй этаж и время от времени сверху слышатся топот маленьких ножек и смех.

Тимофей разливает по пузатым бокалам коньяк и в подробностях рассказывает обстановку в городе.

— Короче, я понял, Шанск — идеальное место… — вгрызаюсь зубами в куриную ножку. И мне кажется, я ничего вкуснее не ел на свете.

— Издеваешься, что ли? — хмыкает Фей, натыкая на вилку тонкий ломтик мясной нарезки. — У нас все как у всех. Только в меньших масштабах. И преступность есть, и коррупция. И Дрозд, сука. Вечно на меня доносы пишет. Все не может успокоиться.

— Что так? — поднимаю глаза. — В чем обвиняет?

— Да у нас с ним с детства вражда. Поэтому прибадывается по любому поводу. Все никак простить не может, что я его ларьки снес.

— Ну такое не прощается, — фыркаю я и мы с Феем ржем в голос.

— Тима, — входит на кухню красавица Лера. — Ты про свалку расскажи, — напоминает, норовя выскользнуть с кухни.

— Спят? — осторожно интересуется Фей.

— Спят, — привычно кивает ему жена.

— Посиди с нами, Лера, — берет он ее за руку и усаживает рядом.

А мне на ум приходит девчонка, с которой тусил в Горной деревне. Вот ее бы найти и жениться. Запала мне она. Ох, запала!

— А — а! Это… — тянет Морозов, снова разливая коньяк. — Прикинь, ситуация, Феликс. Девчонка приехала за тысячу километров вступать в наследство. Решила сразу поселиться в доме, так как на эту хибару никто больше не претендует. А весь участок завален мусором. Даже во двор не зайдешь.

— Это кто ж такой умный? — цежу раздраженно. Не люблю я таких мудрецов. И с точки зрения закона не подкопаешься и крайнего не найдешь, а пострадавшие ходят к нам как на работу. Нужен тебе участок, выкупи и радуйся. А эти крысиные методы я терпеть не могу.

— Да Дрозд, кто же еще! — в сердцах роняет Морозов. — Это его схемы подлые. Нутром чую. Достань его до печенок, бро. Весь город тебе спасибо скажет.

— А пострадавшая эта где? Уехала? — спрашиваю в надежде. Нет заявления. Нет проблемы. Не хочется мне на новом месте со свалки начинать.

— Нет, здесь она. В Шанске, — торопливо сообщает Лера.

— Тогда пусть пишет заявление и на прием приходит, — пьяненько соглашаюсь я. — Порешаем.

Глава 5

Первую неделю в Шанске я только и делаю, что сплю и гуляю. Красивый городок, ничего не скажешь. И воздух свежий.

Знакомых у меня тут немного. Светлана Павловна и Лера. И если первая всегда в свободном доступе, то вторая постоянно занята. Оно и понятно. Дети, муж — большой начальник, и еще работа. Но мне с Лерой интереснее. А приходится общаться со Светланой.

— Ты бы к нам пришла чай попить, Лара, — тараторит она в трубку. — Я пирожков с картошкой нажарила.

Представляю золотистые лапти, истекающие маслом, и захлебываюсь слюной. Нельзя мне такую еду. Вредно это. И для малыша, и для меня. Доктор предупредила, когда я на учет вставала.

Еще заставила кучу анализов сдать. Но все ее направления я сложила на полочку и благополучно забыла. Так не хочется рано вставать и в поликлинике толкаться. Зато каждое утро, надев кроссовки и взяв с собой бутерброды с сыром, я иду через череду парков и скверов к реке. Сажусь там на лавку, прикрываю глаза, подставляя лицо теплому августовскому солнышку, и балдею. Или просто наблюдаю, как по реке вверх и вниз снуют моторные лодки. Слышу, как рыбаки перекликаются друг с другом.

— Клюет?

— Да сегодня вяло что-то!

И на обратном пути покупаю на местном рынке уже разделанную и почищенную рыбу, свежую зелень, домашний сыр и сметану. Обедаю и заваливаюсь спать. И даже помыслить не могу, как можно жить иначе. Вечером или поздно ночью настраиваю в интернете рекламу для постоянных клиентов и с чувством выполненного долга снова ложусь спать.

Два раза в неделю я хожу к Светлане Павловне. Учу ее двадцатилетнего сына Пашку основам таргетинга. А потом мы все вместе пьем чай на кухне, и я опять отказываюсь от пирожков.

— Так вкусные же, — непонимающе смотрит на меня Пашка. Высокий крепкий парень. С кудрявой шевелюрой по плечи и наивными детскими глазами. Очень умный и начитанный. Моментально схватывает все, что я ему объясняю, и пытается разобраться сам.

— Главное я тебе показала. Но есть нюансы, — поясняю я, открывая ссылки на разные платформы. — Вот курсы. Тебе по-любому потребуется сертификат. Выбери, какие понравятся.

— А деньги? Нам платить нечем, — вздыхает Светлана Павловна. И я прикусываю язык. Замкнутый круг получается. Чтобы работать, нужен сертификат. Нормальный клиент не пойдет к самоучке. А чтобы оплатить обучение, надо эти деньги где-то заработать.

А вот с работой в Шанске негусто.

— Хорошо, — решаю я. Из благодарности к Свете я готова на любой подвиг. — Будешь моим помощником. Поручу тебе вести пару моих клиентов. Зарплату буду перечислять сразу в счет обучения. Договорились?

— Конечно, — с готовностью кивает Пашка, и на лице появляется румянец, а в карих глазах зажигается интерес.

— Тогда поехали! — отправляю треть суммы на площадку и даю доступ парнишке.