Виктория Волкова – Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (страница 27)
– К твоему бывшему козла поселим и… скунса! – ржет Илья.
И я улыбаюсь дурацким шуткам. Легким, без двойного дна и контекста. Поболтать, постебаться и забыть. Никого не обидеть, а просто посмеяться.
– А к тебе в студию енотов запустим… с тазиками, – продолжает Дараганов и задумывается. Снова макает клубнику в сливки и отдает мне. Ем послушно. А его несет дальше.
– Нет, козла лучше к Марине запустить… А к Беляеву козу с козлятами, – веселится он.
А я отмахиваюсь, жуя.
– Она сама коза, и козлята не за горами… Мне Лида вечером звонила. Все новости рассказала…
– Да бог с ними! – морщит нос Илья. Делает бутерброд с ломтиками запеченной индейки и маринованным огурчиком и снова протягивает мне. – Ешь, Милка! А о козлах не думай. Не поедем мы к ним…
«Козел… Марина наверняка своего приведет», – всплывает мыслеобраз тощего лохматого парня, в которого уже год влюблена моя дочь.
Я изо всех сил противилась. Не пара он ей. Зато теперь вольница наступит. Беляев точно мне назло разрешит старшей дочери жить с… козлом!
– О чем задумалась? – хмурится Илья. И я спохватываюсь. Мужик старается, завлекает. А я…
О всяких козлах думаю!
– Прости. Иногда накрывает, – развожу руками в бессилии.
– Понимаю. Сразу такая рана не затянется. Но я вылечу. Обещаю, – обнимает он меня.
– Ходячий обезбол, – утыкаюсь носом в сильное плечо.
Вдыхаю парфюм с древесной отдушкой, смешанный с ароматом чистого тела. И успокаиваюсь. Просто гоню прочь все тревожные мысли. Завтра будет день… Завтра решим…
А сейчас…
В голове туман. Видимо этого и добивается Дараганов. Протягивает мне еще один бокал шампанского.
– За нас, Мила, – одаривает меня серьезным взглядом. – Я хочу на тебе жениться, – добавляет совершенно спокойно. – Это пока не предложение, а заявление о намерениях.
– Ты настоящий адвокат, Илька, – смеюсь я, укладывая голову на плечо Дараганову.
– Я – настоящий дурак, Мила, – вздыхает он насмешливо. – Вместо того чтобы сразу тебе признаться, ждал, когда ты заметишь…
– А я…
– Ушла к другому. Нахрапистому и нахальному, – целует меня в висок. – Но теперь я тебя так просто не отпущу, слышишь?
– Ммм… – мычу что-то нечленораздельное. И тут же оказываюсь прижатой к спинке дивана.
– Я люблю тебя, – хрипло признается Илья. Целует меня крепенько и, подхватив на руки, несет в спальню.
А там…
Глава 33
Глава 33
С другом детства в постели? Нет! К этому судьба меня не готовила.
«И друга потеряешь, и любимого», – так, кажется, предупреждают психологи. А еще твердят об ошибке – нельзя вступать сразу в другие отношения. Нужно дать себе время одуматься. Этому и я учила своих девчонок на вебинарах и курсах.
Вы должны уважать себя. До свадьбы ни-ни. И лучше сохранить дружбу, чем заняться любовью с другом.
Все верно! Только все это не для меня!
Кладу голову на плечо Илье, обвиваю накачанную шею обеими руками. И ни о чем не думаю. Просто плыву по течению. Илья всегда прикроет мою спину. Надежный мужчина. Ждал меня. А я…
Ну, дура! Что сказать? Дальше носа не видела.
Дараганов ногой распахивает дверь в библиотечную спальню, а там уже и постель застелена, и огромные корзины цветов стоят вдоль кровати.
– Только подушечек с орденами не хватает, – не удержавшись, шепчу на ухо.
– Блин, – ругается еле слышно Илья. – Хотел как лучше. Но все спонтанно, Мила. Вот и получилось… Колонный зал, мать его. Хочешь, цветы за дверь выставлю? – укладывает меня на постель, смотрит смущенно. Даже нервничает.
– Пусть будут, – смеюсь я. – Мы медленно и печально, Илька!
– Коза, – фыркает довольно. – Ну, погоди у меня! – нависает надо мной грозовым облаком. Снова сминает губы в требовательном и властном поцелуе и выдыхает порывисто. – Сколько же я ждал, девочка моя.
Нежно убирает волосы с моего лица и снова целует. Теперь уже нежно и осторожно, будто боится спугнуть.
– Мила, родная, – шепчет хрипло. – Давай разденем тебя.
– И тебя, – тянусь к тонким штанам на кулиске. То ли треники, то ли пижама.
– Погоди, я первый, – как в детстве, убирает мои руки Илья. Аккуратно снимает с меня тунику. Не церемонясь, стягивает мою майку и выдыхает восторженно. – Какая же ты красивая, Мила.
Следом с меня слетают пижамные штаны. Отлетает в сторону одежда Дараганова.
– Иди ко мне, – просит он хрипло. Встает на колени рядом. И я поднимаюсь к нему.
Так и стоим на коленях друг перед другом. Илья приходит в себя первый. Хватает меня, прижимает к себе и теряет равновесие.
Заваливаемся с ним на постель. Хохочем, целуемся. Лапаем друг друга без стеснения и церемоний. И снова целуемся, будто ждали сто лет и дорвались.
Илья ждал.
– Я чокнусь с тобой, – признается он, вдавливая меня в матрас. Гладит мои бедра, целует грудь. Чуть прикусывает сосок, заставляя меня ерзать под ним.
– Илья, – прошу хрипло. Пробегаюсь пальчиками по стоящему на вытяжку члену.
«Хмм… у Беляева определенно меньше», – улыбаюсь плотоядно. Мне повезло. А Ирке – нет. Кроме пустых карманов, у моего бывшего проблемы с эрекцией и с сердцем. Часто нельзя. А за час Х нужно принять таблетки.
«Теперь это не моя забота», – веду ноготками по спине Дараганова.
– Шутки кончились, Мила, – отстранившись, окидывает меня Илья жарким взглядом, будто собирается запомнить каждую клеточку, каждую родинку.
А затем технично становится между бедер.
– Ты и там красивая, – улыбается довольно. А я изнываю под ним.
– Илья, не надо, – успеваю схватить за руку, когда он наклоняется к моей звезде.
– Это еще почему? – фыркает он возмущенно. – Ты себе не представляешь, какая ты там обалденная, Мила. Все розы мира отдыхают, – целует, возбуждая.
Хватаюсь руками за простыню. Прикрываю глаза. И неожиданно вспоминаю слова Беляева.
– Ты что-то поправилась, Милешенька. Лишние килограммы на бочках и на животике…
Бррр! Почему меня раньше не коробило от его словечек? А сейчас, как вспомню, с души воротит.
– Иди ко мне, – зарываюсь пальцами в короткие Илькины волосы. Хочу прекратить безумство, но не могу.
– Тебе неприятно? – поднимает он голову.
– Мне хорошо, но я хочу чувствовать тебя в себе, – приподнимаюсь навстречу.
– Ну, тогда держись, – победно заявляет Илья, раздвигая мне бедра и толкаясь внутрь. Ойкаю, принимая внутрь мощное орудие, подходящее мне идеально. И пытаюсь понять, что это?
Природа постаралась, сделав нас парой. А мы и не поняли поначалу. Вернее, Илья все прочувствовал сразу. А я…
Улетаю, не успев додумать. Дрожу, царапаюсь, выгибаюсь навстречу. Схватившись за Илькины плечи, несусь вместе с ним в диком ритме. Обвиваю его торс ногами и теряю последние остатки разума, становясь единым целым. Наши пальцы переплетаются инстинктивно, добавляя больше чувственности и остроты в нашу гонку. Как опытный любовник, Илья сначала доводит до пика меня, а потом и сам падает рядом.