Виктория Вестич – Жена по контракту (страница 20)

— Не советую, Софья Алексеевна. Садитесь, если не хотите, чтобы мои люди затолкали вас силой в машину.

Оглядываюсь назад и натыкаюсь взглядом на нескольких крупных молодых людей, делающих вид, что они просто курят недалеко от входа в больницу. Я не вижу, но незнакомец дает им какой-то знак, потому что они, словно по команде, направляются к нам.

— Кто вы такой? — сглотнув, оборачиваюсь к мужчине, пытаясь узнать хоть какие-то знакомые черты лица. Но нет. Я вижу его впервые. Неужели Клим обзавелся новым цепным псом вместо Егора?

— Садитесь. Поговорим позже, — бросает он и переводит глаза на дорогу, полностью теряя ко мне интерес.

Шаги мордоворотов за спиной становятся отчетливее и мне ничего не остается, кроме как сесть в салон дорогой машины. Все равно выбора у меня нет — они бы все равно усадили в нее силой. Вот только зачем?

Глава 14

Не могу унять нервную дрожь. Она поднимается из центра грудной клетки, так, что кажется, будто меня трясет прямо изнутри и вибрация расходится по всему телу. В салоне, кроме меня и водителя нет никого, и это хоть немного, но успокаивает. Украдкой оглянувшись, замечаю, что и машины с охраной тоже нет. На всякий случай осторожно проверяю, закрыты ли замки. Потянув на себя ручку, едва сдерживаю разочарованный выдох. Заперто. Какой же предусмотрительный…

Подтягиваю ближе к себе сумку и, стараясь не издать ни капли лишнего громкого звука, медленно тяну за язычок молнии. Может удастся найти телефон и отправить сообщение хоть кому-то. Или что-нибудь заостренное для обороны, те же маникюрные ножницы. Но либо звук слишком хорошо слышно, либо я неосторожно дергаю застежку, потому что незнакомец моментально реагирует:

— Сумку дайте сюда, — и протягивает руку назад.

Медлю, наоборот сильнее стискивая пальцы на ремешке.

— Давайте, — приказывает уже жестче он.

Мне ничего не остается, кроме как передать сумку мужчине. Откидываюсь на сиденье и обхватываю себя за плечи, растирая кожу через ткань черной блузки. Почему-то внезапно бросает в холод. В этой сумке телефон — последняя вызвать помощь. Если это не Клим такие странные выкрутасы выкидывает, то он мне как воздух нужен.

Радует, что мы хотя бы одни. И хорошо, чтобы это бы так и оставалось. Тогда будет шанс попытаться ударить его чем-то, когда мы выйдем, например. Но еще неизвестно, куда он меня везет… может нас там уже куча головорезов поджидают?

— Кто вы такой? — решаюсь задать вопрос.

Мужчина молча бросает на меня взгляд в зеркало заднего вида и снова переводит его на дорогу.

— Ответьте! — чуть повышаю голос, — Кто вы такой и куда меня везете?!

В ответ снова молчание, но на этот раз незнакомец даже глазом не ведет, сосредоточенно крутя руль.

— Да скажите уже хоть что-нибудь! — не выдерживаю я.

— Успокойтесь, — с вопросительной интонацией произносит он. Будто издеваясь спрашивает, достаточно ли он сказал «что-нибудь».

Сжимаю зубы, чтобы не надерзить. Я сейчас не в том положении. Вдруг разозлю этого мужика, а потом окажется, что от него моя жизнь зависит? Поэтому отворачиваюсь к окну, стараясь выхватить хоть какой-то знакомый пейзаж. Но строения кажутся однотипными, а затем вообще пропадают. Кажется, мы выезжаем за черту города, причем в незастроенную его часть, потому как даже одноэтажных домиков вблизи не видно.

Паниковать я начинаю в тот момент, когда понимаю, что машина движется прямо к виднеющейся впереди стройке. И действительно, мужчина заезжает на огороженную бетонным заграждением территорию, объезжает наполненный почти до половины котлован и останавливает авто возле заброшенного шестиэтажного недостроя. Замороженной выглядит вообще вся стройка — ни рабочих, ни строительной техники нет. Даже собак бродячих и тех нет.

— Выходите, — бросает седовласый незнакомец через плечо и сам выходит из салона.

— Зачем? — спрашиваю сдавленно и остаюсь сидеть в машине, на всякий случай отползая подальше от двери.

Но мужчина хоть и открывает дверь передо мной, не выволакивает силой, а просто красноречиво ведет бровью, давая понять, чтобы я выбиралась. Но я не дура. Понимаю, что если меня привезли в такое место, то это точно ничего хорошего не сулит.

— Если вы из-за денег, то у меня ничего с собой нет, — тараторю, — А если мужа шантажировать хотите из-за бизнеса, то он без сознания лежит в больнице.

— Выходите, — говорит он спокойно, — Софья Алексеевна, я бы очень не хотел применять силу.

Быстро моргаю, чтобы отогнать слезы, подкатывающие к глазам от испуга. Мы смотрим друг другу в глаза и его холодный льдистый взгляд остается все таким же равнодушным. Мужчину не трогает ни мой испуг, ни слезы — ничего.

Медленно выбираюсь из салона, как могу долго тяну время. Краем глаза замечаю, что у него в руках моя сумочка и черный пакет.

— Сюда, — жестом указывает незнакомец направление и поджидает, когда я войду внутрь недостроенного здания.

Мне так и хочется снова спросить, не привез ли он меня сюда убивать, но слова не идут из горла. Не стоит ему идеи подкидывать.

Стук каблуков гулко разносится по пустому бетонному помещению, я сама вытянута в струну. Напряженно вслушиваюсь в то, что происходит позади меня. Нужно успеть распознать быстрые тяжелые шаги, если вдруг незнакомец захочет ударить по голове. Но шаги мужчины вообще затихают, и я растерянно оглядываюсь назад. Он останавливается у входа, тогда как я стою в центре комнаты.

— Раздевайтесь, — требует мужчина холодно.

Между нами повисает тишина.

— Что? — переспрашиваю севшим голосом.

— Раздевайтесь, — повторяет он все так же безэмоционально, а потом хлопает себя по лбу, — Ой, извините, я должен отвернуться, наверное. Новая одежда, — он швыряет к моим ногам черный пакет.

— Зачем все это? — выдавливаю едва слышно.

Нет, это не Клим, точно не он. Ему бы в голову не пришло такое. Может это вообще какой-то маньяк? В моей голове вертятся самые ужасные мысли. Меня что, похитили и сейчас увезут куда-то в рабство? А в пакете я что, найду какой-нибудь хиджаб?

Наклоняюсь, не выпуская из поля зрения мужчину, и выхватываю пакет. Вопреки ожиданиям, из пакета я достаю обычное платье. Без сексуальных разрезов, ниже колена, светло-кремового цвета с широкой юбкой. Обычное, можно даже сказать, домашнее платье. Ошарашенно разглядываю одежду.

— Поторапливайтесь, — подгоняет незнакомец и, подумав, добавляет, — Пожалуйста.

Мужчина любезно отворачивается, чем окончательно вгоняет меня в ступор. Обвожу глазами помещение, пытаясь высмотреть хоть что-нибудь для защиты, и вздрагиваю от голоса похитителя:

— Софья Алексеевна, только давайте без глупостей. Я не собираюсь причинять вам вред.

— С какой стати мне вам верить?

— Придется, — он пожимает плечами, продолжая расслабленно стоять ко мне спиной.

Будь здесь хоть что-нибудь увесистое, можно было бы оглушить незнакомца ударом по голове. Но, как назло, в помещении ни кусочка доски, ни обломков строительного мусора — ничего нет. Голыми руками я с ним не справлюсь, только усугублю и без того несладкое положение. Поэтому решаю для начала выполнить его просьбу переодеться. Хотя бы узнаю, что дальше будет.

Быстро скидываю с себя одежду, не прекращая следить за мужчиной. Подсознательно жду какого-то подвоха, поэтому торопясь облачаюсь в платье. Ежусь от сквозняка — ткань совсем тонкая, а от бетонных стен веет холодом.

— Всё.

В ту же секунду похититель резко разворачивается и быстро подходит ко мне. Я испуганно шарахаюсь в сторону, но он даже и не думает нападать. Только выхватывает из моих рук одежду и швыряет ее в центр комнаты. Сумочка, которую он принес из машины, летит следом, и я на какое-то время даже забываю бояться, настолько озадачивают его действия.

Мужчина достает из кармана брюк зажигалку и чиркает ею.

— Гори-гори ясно, да? — ухмыляется он и швыряет ее в кучу моих вещей.

— Что вы делаете? — вскрикиваю я.

Бросаюсь к одежде, но похититель перехватывает меня за запястье и удерживает рядом.

— Там же мой телефон, документы… — выдыхаю со стоном.

Но мужчина только молча качает головой и мне ничего не остается, кроме как следить за тем, как языки пламени постепенно разгораются. Сумка начинает быстро тлеть, комната заполняется едким дымом, и лишь тогда он тянет меня за руку к выходу.

— Что, боже мой, происходит?! — не выдерживаю я, когда мы оказываемся снаружи.

Снова проигнорировав мой вопрос, похититель направляется к машине.

— Идите сюда, — кивает незнакомец, выуживая из багажника какое-то продолговатое устройство, похожее с виду на металлодетектор.

Не дождавшись, когда я подойду, он сам сокращает между нами расстояние и обводит меня этим устройством с головы до ног. Сначала спереди, а затем сзади, оставляя в совершенном недоумении. Если это маньяк, то какие-то странные у него предпочтения.

— Ну вот и отлично, — кивает он с удовлетворенной улыбкой, — Садитесь, Софья Алексеевна.

Мне уже даже интересно, что будет дальше. Деваться, конечно, некуда, поэтому под пристальным вниманием я сажусь назад на свое место. На этот раз машина едет уже по асфальтированной дороге, но теперь точно по направлению к одному из поселков.

— Что происходит? Куда мы опять едем?

— Сейчас все узнаете.

Клим. Чертов Клим снова устроил целый спектакль, чтобы меня запугать. Ему что, мало того, что он уже сотворил? Или он думает, что мне недостаточно постоянных угроз моему сыну или того, что муж в реанимации? Сколько это все будет продолжаться?