Виктория Вестич – Жена по контракту (страница 12)

Лютый сверлит его долгим тяжелым взглядом. Лишь спустя минуту рывком поднимается с места и бросает на ходу:

— Мне нужно позвонить.

Не дожидаясь ответа Клима, он выходит в гостиную, подальше от посторонних. Набирает попутно номер Алексея. На той стороне трубку поднимают спустя несколько гудков — быстро, но недостаточно.

— Бритый, — тут же произносит Костя отрывисто, без приветствия, — Хоть в лепешку расшибись, но завтра же мне нужен тест ДНК на ребенка мелкой.

— На кого? — опешив, переспрашивает мужчина.

— У Сони и Демида есть сын. Мне нужен его тест ДНК, — терпеливо поясняет Лютый.

— Э-э-э… но зачем?

— Заткнись и сделай.

— Да, но где мне его слюну брать?? Она же вроде нужна там.

Лютый слышит приближающийся стук трости и оборачивается ко входу.

— У меня в их доме есть свой человек. Если нужно, она достанет волосок этого ребенка, — словно услышав разговор, произносит Клим, останавливаясь в паре шагов от него.

Лютый молчит некоторое время, а потом все же хмыкает:

— Откуда мне знать, что это будет его волос?

Корнеев деланно закатывает глаза.

— Ладно, пусть твой человек сам возьмет. Я скажу завтра вывести пацана на прогулку, как раз и будет подходящий момент.

— Все слышал, Бритый? Остальное обсудим позже.

— Да, но…

Лютый сбрасывает вызов и впивается взглядом в Корнеева. Молчаливая игра в гляделки затягивается, и Костя наконец склоняет голову набок:

— Я давно не верю в людскую доброту и благородство. Что тебе нужно, Клим?

— Ничего. Поверь, ничего. Просто хочу помочь сыну обрести отца, а отцу сына. Что может быть священнее родственных уз, семьи и бла-бла-бла. Элла бы одобрила такое.

— Ты плевать на меня хотел, а теперь вдруг стал проявлять такое участие? Ты даже Леську не навещал все это время, так что не рассказывай мне сказки, что тебе ничего не нужно и все это по доброте душевной.

— Поверь, это так. Что по поводу внучки… меня не было в России, ты же знаешь. А подарки я всегда присылал. Да и приехать я могу, но откуда мне знать, пустишь ли ты меня к ней? — сокрушенно вздыхает Клим.

— Для нее ты уже чужой человек.

— Значит, познакомлюсь заново.

Лютый не отвечает ничего на это.

— Результаты теста я заберу.

— Бери, — пожимает плечами Клим, — Все равно Демиду они уже вряд ли понадобятся.

— Вот и отлично. Мне пора ехать. Спасибо за ужин. И… остальное.

— Не за что, — усмехается Корнеев, наблюдая за бывшим зятем с хитрым прищуром, — Поверь мне, Костя, ты еще вспомнишь мою доброту и поймешь, что все это я делал только из лучших побуждений.

Глава 9

Я не знала, что делать. От Демида не было вестей уже второй день, телефон его так и оставался выключенным. Раз за разом я названивала на выученный наизусть номер, но никакого толка от этого не было, я лишь нервничала сильнее. Все это уже ни черта не смешно. Рокотов бы никогда не уехал в командировку, не предупредив меня. Тем более в такой обстановке. И хоть я старалась надеяться, что на самом деле просто случился какой-то аврал на работе, но сердце подсказывало, что это не так.

Останавливаюсь как вкопанная посреди гостиной. А что если… хм… если люди Корнеева так быстро нашли Татьяну Сергеевну и Тимура не из-за звонка няни? Вдруг прослушка находилась и в спальне тоже? Конечно, Рокотов наверняка был уверен, что это не так и, скорее всего, нашел жучки, иначе не завел бы разговор. Но вдруг все же нас подслушали?

Раздраженно хмурюсь и снова начинаю мерить гостиную шагами. Какая к черту разница, где Клим взял эту информацию? Главное, что Демид вполне мог пострадать после этого, если вдруг Корнеев решил его проучить… И что мне делать дальше? Как найти Рокотова, как разузнать, где он? Звонить в полицию? Но помогут ли мне там?

Входная дверь хлопает, и я оборачиваюсь. Наверное, Тимуру надоело гулять в саду, и он вернулся в дом. И это действительно оказывается Тим. Вот только возвращается он не с Леной — горничной, которая повела его на прогулку. Внутри холодеет, когда вижу, что домой сына заводит совсем не она, а Егор. Лена плетется следом за ними и бросает на меня виноватый взгляд.

Еще не осознав толком ничего, бросаюсь разъяренной кошкой к мужчине.

— Отойди от моего ребенка! — шиплю едва слышно, настойчиво, но осторожно вырывая ладошку Тимы из его хватки.

— Мам! Фмотли! Дядя мне дал, — радостно хвалится мой малыш, демонстрируя киндер-сюрприз.

Бросаю на него перепуганный взгляд и присаживаюсь рядом.

— Тима, солнышко, отдай маме, пожалуйста. Помнишь, что я говорила тебе? Про то, что делать, когда чужой дядя угощает чем-нибудь?

— Нельзя блать, — поникнув головой, расстроенно тянет сын.

— Да, точно, — киваю, — И никуда с ними не ходить. Поэтому отдай маме, пожалуйста. А я куплю тебе два таких.

— Перестань, — закатывает глаза Егор, все это время насмешливо наблюдающий за нашим разговором, — Это просто шоколадка, из обычного магазина. Ничего в ней нет.

— Откуда мне знать? — огрызаюсь я.

— Зачем мне травить пацана, если он еще нужен?

Резко поднимаюсь на ноги и, полоснув по Егору уничтожающим взглядом, разворачиваюсь к горничной.

— Лена, возьми Тимура и свози его в зоопарк. Прямо сейчас, пожалуйста, — прошу я. Забираю у ребенка киндер-сюрприз и отдаю ей, — А это выброси.

— Х-хорошо, — запнувшись, отвечает девушка, бросая на Егора затравленный взгляд.

А я делаю вывод, что если Лена Егора и знает, то сама дико боится. А это уже о многом говорит. Я, как и прежде, не доверяю ей, но сейчас действительно Тиму лучше куда-нибудь подальше отсюда увезти. Неизвестно, что нужно опять цепному псу Клима здесь и что он выкинет. Не хочу, чтобы он вообще находился рядом с таким человеком, как он.

— В зоопалк?? — услышав заветное слово, едва ли не подпрыгивает Тим и смотрит на меня своими большими глазенками.

— Да. Но только пообещай, что будешь хорошо себя вести и слушаться тетю Лену.

— Да! Да! А ты поедешь?

— Потом. Потом мы с тобой сходим еще раз туда вдвоем, ладно?

— И папа? — спрашивает Тимур. И снова этот проникновенный детский взгляд, от которого сердце переворачивается.

— И папа, — выдыхаю тихо.

Лена уводит Тиму на улицу, и Егор, дождавшись, когда за ними закроется дверь, с показным осуждением качает головой.

— Ай-яй, как не стыдно врать ребенку про отца.

Сжимаю руки в кулаки, чтобы хоть как-то унять снова всколыхнувшееся внутри желание вцепиться ногтями в его лицо. Не знаю, действительно ли этот человек кого-то калечил или убивал, но Егор казался хладнокровным отморозком. Это сквозило в его чертах, повадках, даже интонации. Он вел себя вроде бы спокойно, но, когда он рядом, тело поневоле постоянно находится в напряжении. Словно подсознательно ты постоянно ожидаешь, что он внезапно нападет.

Эта безнаказанность, наглость, беспринципность делали из него идеальную машину для Клима. Безжалостную, не сострадающую, не чувствующую за собой вины. Даже Лютый, хоть и был всегда подчеркнуто холоден и суров, никогда не казался таким… бездушным. И уж точно не стал бы никогда использовать ребенка для своих целей.

— Что тебе нужно? — спрашиваю сурово, когда Лена выходит с Тимуром на улицу.

— Ну, во-первых, поболтать пришел, — хмыкает Егор лениво.

— О чем?

— Напомнить хочу, вдруг забыла. Если попробуешь хотя бы намекнуть кому-то о том, что происходит, тем более Лютому — горько пожалеешь.

— Я слышала все эти угрозы тысячу раз. Думаешь, я дура и не понимаю, что в таком случае будет? Или ты переживаешь за свою шкуру, если я проболтаюсь?

Егор ухмыляется.

— Мне ничего не угрожает, в отличие от тебя.