Виктория Вестич – Развод с миллиардером (страница 8)

- Да, конечно. Вот, посмотрите, - Инга отходит к напольной вешалке и снимает с нее два платья, висящие на плечиках.

И мне плакать хочется. Демьян решил меня на посмешище выставить? Что это за варианты? Одно коричневое, наглухо закрытое, словно я монашка из монастыря.

Второе же – светлое, то ли в цветах, то ли в яблоках, с широким белым воротом.

Оба платья тоже свободные и их можно носить, я не привереда. Но ведь не когда идешь знакомиться с родственниками миллиардера! Я их не знаю, конечно, и никогда очень богатых людей не встречала. Но что-то мне подсказывает, что в таких нарядах я буду на ужине, как белая ворона. Причем в самом плохом смысле слова.

Я, может, и из небогатой семьи, но развлечением для людей, которым скучно из-за тучи денег, не стану. У меня гордость, между прочим, есть!

- Так как? Вы определились с выбором? – невинно уточняет Инга и напоминает: – Эти платья подобраны в соответствии с требованиями матери Демьяна Борисовича. Понимаю, вы, наверное, привыкли к более открытым и вульгарным, но вот такие в его семье строгие нравы.

В ее улыбке мелькает едкая насмешка, но лишь на мгновение. Практически сразу она мило хлопает глазками. Ну точно стерва. Понимает же, как я буду выглядеть и внутренне злорадствует. Стилист огородных чучел, блин.

- Мне еще нужно подумать.

- Лучше поспешите, через полчаса за вами машина приедет.

- Непременно. Только мне надо в одиночестве подумать.

- Конечно-конечно! Я пока схожу куплю кофе. Вам взять? – и снова любезно улыбается, вешая плечики с одеждой назад.

- Нет, спасибо. Не люблю кофе, - тоже улыбаюсь в ответ.

Не доверяю я людям, которые в глаза такие милые и невинные, а про себя насмехаются. Еще подсыплет какого-нибудь слабительного.

Провожаю Ингу напряженным взглядом и снова смотрю на себя в зеркало. Вот же… ну держись, Демьян, я тебе устрою деревенскую дурочку, из народа вышедшую!

Что там эта горе-стилистка говорила о моей свекрови? Строгих нравов? Консервативная? Расконсервируем! Причем разом и по-народному, как они и хотят!

Выглядываю сквозь приоткрытую дверь. Инга спускается на эскалаторе вниз, оживленно с кем-то болтая по телефону. И у меня мелькает мысль – а вдруг она какая-нибудь любовница Мансурова? Или ее подружка. Вот и решила так отомстить.

В любом случае, посмешищем я становиться не собираюсь. Телефон у меня с собой, поэтому я перевожу себе на счет со сберегательного немного денег и бегу в соседний отдел вечерней одежды. Он совсем рядом и, влетев в него, я, отдуваясь, выпаливаю:

- Мне самое развратное платье, что у вас есть!

Две консультантки за стойкой от неожиданности пугаются.

- Девушка, у нас салон вечерних платьев, - отмирает одна, - Вы тут такое не найдете.

- Мне для знакомства с будущей свекровью. Надо чтобы она при моем появлении в обморок от шока грохнулась. Ее сын… точнее, мой муж… будущий… сказал, что мне в этом нужно идти, - обвожу рукой платье, которое на мне надето.

Продавщицы переглядываются и улыбаются хитро.

- Заходите. Есть у нас тут кое-что в загашнике. Отправим вашу будущую свекровь в нокаут.

Глава 9

Мы находим идеальное платье. А еще девочки, которых зовут Юля и Надя, помогают мне с макияжем. Я им безумно благодарна, ведь с собой даже не взяла ничего из косметики. Поэтому они помогают мне нарисовать стрелки и подкрасить губы. Даже с таким минималистичным макияжем я выгляжу нарядно. Уж точно незачем было из меня Марфушеньку делать.

Вместо того, чтобы открыто скандалить с Ингой, я надеваю поверх нового платья то, что подобрала мне она. Вдруг еще доложит Демьяну или пассии его? А я сюрприз хочу сделать своему новоиспеченному муженьку. И его матери, конечно.

Расплачиваюсь за платье и, поблагодарив от всей души девчонок, тороплюсь назад в салон.

- Ой, а я думала, что ты уже уехала, - удивляется Инга, - уже хотела закрывать все.

- Я просто вещи забыла, - улыбаюсь вежливо и подхватываю свою сумочку.

- Подожди, у тебя что-то с макияжем не то. Ты что, его смыла?!

- Просто немного поправила. Мне пора бежать, пока! – выпаливаю я и, схватив пакет со своими вещами, сбегаю из салона.

Хорошо, что этот серо-буро-малиновый балахон все скрывает. Он еще и широкий такой, что не догадаешься, что под ним еще одно платье надето.

Как раз в момент, когда я спускаюсь по эскалатору, звонит телефон. Шалтай сообщает, что уже ждет меня на парковке.

Устроившись на заднем сиденье, я дожидаюсь, когда мы уедем подальше от торгового центра и принимаюсь стягивать с себя надоевшее бабушкино платье.

- Э-э! Ты что творишь?! – в панике восклицает Шалтай.

Машина вихляет резко и я больно ударяюсь плечом о дверь.

- Да тише ты! – шиплю, - Не видишь что ли? Тряпку эту с себя снимаю!

- Ты сбрендила? Я с тобой спать не буду! – неизвестно чего испугавшись, тараторит Шалтай. В зеркале заднего вида отражаются его вытаращенные от шока глаза, - Да с меня Демьян башку снимет!

- На дорогу смотри! Не собирается никто с тобой спать. Раскатал губу уже, - фыркаю я.

Отбросив от себя дизайнерское и наверняка очень “модное” платье, я поправляю рукава-фонарики. Они смялись немного, но это ничего. Думаю, никто на них особо не обратит внимание, потому что платье все перетянет на себя.

Оно – полная противоположность барахлу, которое на меня нацепила крутой стилист. Первое платье было свободное, наглухо закрытое и чуть ли не до пола. Новое же – коротенькое, с открытым декольте и сидит так плотно по фигуре, что мне даже боязно лишний раз повернуться. Темно-бордовый цвет мне неожиданно очень идет.

Вообще я такие платья не ношу обычно, предпочитаю более практичные. Да и длина точно не для меня. Но в этот раз не могу упустить возможность позлить Демьяна. Раз уж я вынуждена изображать его невесту, значит, ему придется учесть и мои требования! А не пытаться сделать из меня огородное пугало, чтобы на моем фоне еще выгоднее смотреться.

Кстати, этот пункт надо внести в наше соглашение. Я его утром очень внимательно изучила и там точно не хватает парочки моментов. Вот и обговорю их.

- Ну нифига себе, - присвистывает Шалтай, увидев мой новый наряд, - а под этим платьем что, еще одно платье есть? Еще меньше этого?

- Размечтался!

- Тебе такое Инга подобрала что ли?

- Не-а. Сама! – улыбаюсь гордо.

- О-о… смело, смело, - хмыкает Шалтай и даже смотрит на меня как-то… добрее что ли. Прям разительно отличается от человека, который меня в торговый центр вез!

Машина въезжает на закрытую территорию: внутрь ее пропускает охрана. После ограждения мы еще около пяти минут едем по обычной дороге. Вокруг одни деревья, но потом они расступаются и впереди вырастает огромнейший особняк!

Я даже рот раскрываю от такой роскоши. Огромный зеленый газон опоясывает трехэтажное здание. Оно стоит на небольшом возвышении, к которому ведет мраморная лестница с перилами, украшенными небольшими статуями. Машина останавливается возле фонтана, пока я потрясенно разглядываю все вокруг.

Так значит Мансуров и правда миллиардер… не то чтобы я сомневалась, просто до конца в это как-то не верилось. Где я и где миллиардеры! Я как будто в другую жизнь попала, которую раньше только на картинках видела.

- Рот закрой, ворона залетит, - подтрунивает Шалтай.

Смутившись, я тут же смыкаю губы и, схватив свои вещи, открываю дверь.

- Оставь их тут. Поверь, лучше тебе с собой ничего не брать.

- Ага… спасибо, - бормочу растерянно.

- Аня, - зовет вдруг Шалтай, увидев, как по ступенькам к машине спускается Демьян.

- М?

- Ты себя в обиду не давай. Держи в голове, что ты ничем не хуже них. Что бы тебе ни говорили.

Озадаченно хмурюсь и киваю. Семейка не из простых, выходит. Неожиданно поддержку получить от человека, который вроде как негативно к тебе настроен был. Неужели все так плохо?

Выбравшись из машины, я делаю шаг к Мансурову. А вот он спотыкается на ровном, казалось бы, месте, и потрясенно застывает.

- Это… что? – выдавливает Демьян, окидывая меня нечитаемым взглядом. – Это Инга тебе подобрала?!

Понимая, что сейчас получу по самое не балуй, я бессовестно скидываю все на стилистку. А что?? Нечего было из меня матрешку делать!

- Да. Нравится? – улыбаюсь невинно и прокручиваюсь на месте.

Потом, правда, приходится одернуть платье пониже. Постоянно оно норовит задраться выше приличного!

- Нет, - обрубает жестоко Мансуров, - снимай немедленно.