Виктория Вестич – Развод с миллиардером (страница 33)
- А сейчас, будь добр, уйди, пожалуйста. Я не особо горю желанием тебя сейчас видеть.
- Но…
- Уйди. Поговорим после.
Гордей медлит, но сталкивается с тяжелым исподлобья взглядом брата и все-таки подчиняется. Уже через пару десятков секунд хлопает входная дверь и мы остаемся с Демом наедине.
Я не знаю, куда себя девать. Кажется, что я лишняя и должна не просто уйти следом за Гором, а вообще испариться из чужой жизни. Ведь теперь, скорее всего, Демьян разорвет наш контракт и липовый брак тоже, чтобы жениться на Меседе. Ради семьи…
Мансуров не спешит заговаривать и в липкой тишине я чувствую себя неуютно. Настолько, что сама подаю голос:
- И… что теперь? – спрашиваю тихо.
Дем вздыхает и разворачивается ко мне. От его темного тяжелого взгляда по телу бежит ток. Кажется, будто я утопаю в нем и это нервирует еще больше.
- Это же все… конец? Мы разводимся? – бормочу, не в силах терпеть неизвестность и дальше.
Вот тебе и пошила платье, и торжество устроила… и зачем мы только соврали моим родным, если завтра наша ложь разобьется, как хрустальная ваза, и ничего нас больше не будет связывать?
- Если хочешь, я прямо сейчас уеду, - продолжаю говорить я, из-за нервозности торопясь и глотая некоторые звуки, - вызову такси и…
Договорить не успеваю. Демьян срывается с места и впечатывает меня в стену. Дыхание тонет в сдавленном стоне, когда он сминает мои губы в требовательном поцелуе. Его руки скользят ниже, забираются под футболку, и низ живота прошибает сладкая истома.
- Я никуда тебя не отпущу, - отстранившись, хрипло шепчет Демьян, глядя в мои глаза своими дикими, почти черными.
И целует снова, стаскивая с себя рубашку.
А я… я растекаюсь под его пальцами, его горячими поцелуями и понимаю: я и сама не хочу никуда уходить.
Глава 34
Мой стон тонет в губах Демьяна, когда он оттесняет меня к стене и вжимает в нее своим телом. Голый торс с крепкими накаченными мышцами жмется ко мне и даже через одежду я чувствую, какой он горячий. От этого ощущения меня будто током прошибает и внизу живота скручивает от сладкой истомы.
Он фиксирует мои руки над головой, стискивает всего одной ладонью, а второй забирается под мою одежду. Покрывает поцелуями шею и я, закусив губу, откидываю назад голову и зажмуриваюсь. Дрожь бьет все тело от одних только касаний и поцелуев.
Мгновение - и Дем подхватывает меня под бедра, вклинивается между ног пахом, притирается. Я чувствую его, чувствую его желание и с губ сам собой срывается всхлип.
Дем отстраняется, заглядывает в мои глаза. Дыхание тяжелое, сбитое у обоих.
- Все в порядке? - спрашивает севшим голосом.
Я киваю молча, оглаживая пальцами заросшую щетиной скулу. Она слегка колется при поцелуе и от этих ощущений еще больше мурашек по телу.
Демьян стискивает мои бедра пальцами, двигает пахом снова. От неожиданности я давлюсь воздухом и заливаюсь краской. А Мансуров, как маньяк, пожирает меня жадным взглядом. И мое смущение его будто еще больше распаляет.
Пытаюсь смотреть в сторону, потому что смотреть в глаза, когда об тебя вот так бессовестно трутся бугром - невыносимо.
Дем коротко недовольно рыкает. Склоняется к моему уху и обжигает его дыханием:
- Мне нравится, когда ты смотришь на меня.
- Я... я не могу, - впиваюсь пальцами в его плечи и звучу умоляюще и жалко одновременно.
Надеюсь, что он сжалится, что перестанет так пялиться, когда трется... нет, мне даже думать об этом стыдно!
Демьян разворачивает меня за подбородок к себе, заставляя смотреть в глаза.
- Доверься мне. Я помогу раскрыть такие секреты, о которых ты сама не подозревала. Если, конечно, ты готова, - шепчет искушающе в губы Дем. - Я не буду давить. Если захочешь - отступлю.
Сердце трепещет. Может быть для мужчин все просто в первые разы, но женщинам гораздо тяжелее решиться. Я могу все остановить сейчас и Демьян поймет и не станет принуждать. Вот только я знаю одно - с ним все иначе, не как с другими. И даже если потом все закончится, я хочу первый раз только с ним и ни с кем больше.
Вместо ответа вслух я подаюсь к нему сама и целую. Как умею, несмело, смущаясь. Дем понимает без слов. Отвечает пылко, со страстью, зажигая и меня. Сносит, как ураган, и все, что я могу - только слепо подчиниться, довериться так, как никогда и никому не доверялась.
Как мы оказываемся в спальне я даже не помню. Лишь в какой-то момент ощущаю под собой мягкую прохладную поверхность.
Демьян отстраняется и я, тихо хныкая, тянусь следом. Даже не отдаю себе отчета в этом, просто не хочу отпускать.
- Тише, тише, малыш, я здесь, - с губ Мансурова срывается тихий смешок, - Нам же надо избавиться от одежды...
И он избавляет. Я стыдливо пытаюсь прикрыться, натянуть на себя покрывало, но Дем неумолимо стягивает его и вообще сбрасывает на пол.
- Ты идеальна. Тебе нечего стесняться, - урчит довольно, проводя руками по талии.
Только хочу ответить, как Мансуров вдруг притягивает меня за ноги к себе и затыкает поцелуем. А потом...
Потом наступает блаженство. Боли почти нет, потому что Дем не торопится, хоть и видно по бьющейся на лбу жилке, как ему хочется сорваться. Такой близости я еще никогда и ни с кем не испытывала, потому что даже стыд ушел. Не то что на второй план, а вовсе исчез. Осталось только удовольствие. Одно на двоих. И каждое касание, каждый поцелуй и толчок ощущаются такими правильными, что я забываю обо всем и отдаюсь полностью чувствам.
Мы засыпаем в обнимку, а когда я просыпаюсь утром, Демьяна рядом уже нет. С одной стороны я рада этому факту, а с другой... вдруг он ушел, чтобы избежать неприятного разговора? Да и вообще, что теперь между нами? Все тот же контракт, а мы так, просто поразвлекались?
Кусая губы от противного мандража и тревоги, я быстро перебегаю в душ. Но даже когда освежаюсь и выхожу на кухню, Демьяна не обнаруживаю. На всякий случай обхожу весь дом, но его нигде нет. Хотя ключи от машины вроде лежат на обычном месте в прихожей. Странно...
Стараясь унять дрожь, я принимаюсь готовить завтрак. Отвлекусь заодно. Я так только больше себя накручу, если продолжу думать о том, что будет дальше.
Когда слышу, как щелкает замок входной двери, в полной мере осознаю, что не готова ко встрече с Мансуровым лицом к лицу. Он появляется на кухне в футболке, намокшей от пота. Она прилипает к телу, обрисовывая рельефные мышцы и я на несколько секунд зависаю, разглядывая его.
- О, ты уже проснулась? Еще и завтрак готовишь? А я по дороге с пробежки в кафе зашел, взял нам поесть и тебе десерт. Любишь тирамису? На всякий случай я тут еще чизкейк взял и наполеон, - болтает Демьян, потрясая бумажным пакетом и широко улыбаясь.
И я понимаю, что меня настиг жирненький такой северный зверек под названием песец. Потому что я, черт бы его побрал, втрескалась по уши.
- Ань, все в порядке? Ты побледнела как-то, - обеспокоенно спрашивает Демьян.
Он отставляет пакет и подходит ко мне. Вынимает деревянную лопатку из ослабевших пальцев и щупает лоб. А я пялюсь на него снизу вверх, как олененок на свет фар машины, что вот-вот его в лепешку раскатает.
Соберись, дура! Хватит на него глазеть так, будто перед тобой Аполлон во плоти стоит! Он же поймет всё и тогда...
Что будет, если Дем поймет, что я втрескалась не то что по уши, а по макушку самую, я не придумала. Но точно знала, что полный капец! Вот прямо женским чутьем каким-то осознала, что если мужик осознает, что всё, приз получен, то пиши пропало.
Нахмурившись, я резко выхватываю у Демьяна лопатку и шлепаю ей по его руке.
- Я вообще-то шакшуку жарю, - говорю, строго нахмурившись.
На секунду Дем подвисает от моей реакции.
- Ну... ладно... я, в принципе, люблю шакшуку. Уверен, она вкусная. Но пакет я все-таки разберу.
Он улыбается обезоруживающе, быстро выгружает контейнеры с едой на стол.
- Я в душ.
- Подожди, - выпаливаю я, не выдержав.
Нет, я с ума сойду, если не спрошу сразу.
Дем вопросительно вскидывает бровь, ожидая вопроса. Облизнув губы, я интересуюсь:
- А... а что ты со всей этой ситуацией решил делать? В смысле с Меседой, Гордеем?
Духу спросить напрямую о нас не хватает. Захожу окольными путями.
- Он решил жениться. Позвонил с утра. Честно сказать, я рад, что Гор наконец за ум решил взяться. Я таким серьезным его еще никогда не слышал. Сказал, что утром приедет в офис, хочет начать вливаться в дела фирмы, - хмыкает Демьян, - решил завязать с тусовками и остепениться.
Впервые в жизни я испытываю смесь радости и сожаления одновременно. Я так боялась, что наш контракт закончится и мы больше не увидимся, но в то же время Гора очень жаль. Он всего лишь хотел помочь брату, чтобы тот на ненавистной ему женщине не женился. Не подозревал, насколько все серьезно. А теперь сам вынужден оказаться на его месте...
Я вроде во всем этом не виновата и сама жертвой обстоятельств оказалась, но все равно чувствую себя паршиво.
- Нелегко ему далось это решение, наверное...
Дем разминает шею рукой, задумчиво глядя сквозь меня.