Виктория Вестич – Чужая жена для главы мафии (страница 35)

Я безумно рада, что она госпожой меня перестала называть. От этого обращения мне действительно не по себе становилось.

— Доброе, — улыбаюсь в ответ, — кашу, если можно, пожалуйста. Только не накрывай в столовой, я здесь поем.

— Но…

— Мне тут удобнее, поэтому давай тут и останемся.

Девушка больше не спорит, а споро накладывает в тарелку ароматную овсяную кашу и украшает ее свежими ягодами. От кофе я отказываюсь и вместо него завариваю обычный зеленый чай. Камилла желает мне приятного аппетита и испаряется из кухни, чтобы не мешать. С аппетитом разделываюсь с завтраком и сама сгружаю тарелки в посудомойку.

На втором этаже слышны приглушенные голоса, и я сразу направляюсь наверх. Ожидаю встретить Севера или Амину (вдруг она все-таки снова окажется здесь!), но застываю на последней ступеньке, когда вижу возле своей комнаты Шрама. Тот оборачивается на скрип половиц, окатывает волной неприязни и отворачивается назад, к двум мужчинам в рабочей одежде.

Невольно ежусь, но все равно подхожу ближе, чтобы узнать, что происходит.

— Тебе что-то тут нужно? — интересуюсь сухо без приветствия.

— Я пришел проследить, чтобы тебе в комнату установили дверь, а не болтать с тобой, — отбривает мужчина.

Перевожу глаза на людей, снимающих мерки с двери, и киваю. Кусаю от неловкости губы, и все же нахожу в себе силы выдавить:

— Извини, что я… ну… нажаловалась на тебя Северу.

— По крайней мере ты ничего не приплела от себя, — ухмыляется он.

— Ты с самого начала меня невзлюбил, так что и придумывать ничего не пришлось, — фыркаю.

— Я с самого начала говорил Северу, что не стоит с тобой связываться. Но ему слишком хотелось братцу насолить, — хмыкает Шрам, — Так что строить из себя джентльмена не собираюсь.

— В любом случае, это не моя вина, что он со мной связался, так что не нужно на меня постоянно так зыркать. Может ты забыл, но это вы ввалились в гостиничный номер в мою первую брачную ночь и силой меня оттуда утащили, — не выдержав, отбриваю я.

Двое рабочих переглядываются между собой и Шрам, больно схватив под локоть, оттаскивает меня в сторону.

— Какая ты смелая стала после того, как в койке у босса побывала, зубки показываешь, — цедит мужчина сощурившись, с насмешкой. Не знаю, что бесит больше — этот тон или его вид.

— Почему именно через меня он решил Паше отомстить? — задаю я волнующий вопрос, не собираясь вступать в перепалку, — Его брат что, увел у Артура девушку?

Вчера Север так и не успел сказать мне, почему вдруг покушаться могли на меня, а не на него. Только упомянул, что такое возможно, потому что я до сих пор считаюсь его женой. Но Паша всегда был обычным мужчиной, я бывала у него на работе — его фирма занималась поставкой каких-то комплектующих на заводы, а еще он вроде бы хотел начать бизнес в строительной сфере. Ни о каких махинациях от него я не слышала, да и плохого никто не говорил о нем. Конечно, человеком он оказался, мягко говоря, так себе, но все же.

— Ты че, думаешь я тебе сейчас рассказывать все брошусь? — удивленно вскидывает брови Шрам, — С какой это стати?

— Я знаю, что ты меня не любишь… — не успеваю договорить, как мужчина перебивает:

— Это еще мягко сказано.

— …но все равно. Если хочешь, чтобы я исчезла, то, наверное, стоит рассказать, чем таким занимается Паша, что даже на меня покушение могли готовить.

— Если тебе интересно, спрашивай у Севера. Разнюхивать что-то за его спиной не выйдет. Если он не считает нужным тебе сказать, значит, ты этого не узнаешь.

— Я же не выспрашиваю какую-то тайну, черт возьми! Это ведь напрямую касается моей жизни! — восклицаю я.

— Мне наплевать, — пожимает Шрам равнодушно плечами и возвращается назад к рабочим.

Прикрываю на мгновение глаза, чтобы справиться со злостью. Хочется схватить что-нибудь острое и всадить прямо в руку этому самодовольному придурку, но, боюсь, что тогда мне точно не поздоровится. Что-то мне подсказывает, что Шрам вообще с женским полом не нянькается и скидок не делает. Меня-то терпит только из-за того, что Север приказал не трогать.

Резко развернувшись на пятках, спускаюсь вниз, кипя от злобы. Черт с ними всеми! Если до мужиков невозможно достучаться, то девушка меня точно понять должна. А так как в этом доме я ее только одну и видела, отправляюсь искать Камиллу. Отыскиваю ее все так же на кухне — она как раз составляет какой-то список.

— Камилла, скажи, ты давно тут работаешь? — спрашиваю в лоб, останавливаясь рядом с ней.

Девушка тут же вскидывает голову, откладывая лист бумаги и ручку, и с готовностью отзывается:

— Три с половиной лет.

— Подожди, давай присядем, — прошу я, и сама занимаю место за кухонным столом. Я очень надеюсь хоть немного ее разговорить наконец.

Камилла переводит на меня недоуменный взгляд, а я от нетерпения перехватываю ее руку и едва ли не силком усаживаю на стул напротив.

— Скажи, как тебе тут, нравится? — решаю начать издалека.

По лицу девушки пробегает неподдельный испуг. Она вытягивается в струну, складывает руки на коленях, как примерная школьница, а после за секунду вскакивает с места.

— Вы чем-то недовольны? — тараторит она, — Я все исправлю, только скажите! Извините, извините, пожалуйста, если что-то не так!

На мгновение меня берет оторопь, но я сразу же ободряюще улыбаюсь.

— Перестань, Камилла! Все в порядке, просто хочу узнать тебя получше. Ну и про хозяина спросить немного, — все же признаюсь честно, чтобы хоть немного успокоить.

— Да? — она даже теряется на мгновение.

— Да. Никаких претензий к тебе нет.

— Но… я ничего про хозяина не могу сказать плохо… он хороший человек, не обижать никого никогда.

Едва слышно хмыкаю, но вслух ничего не говорю. Вот уж во что я не поверю, так это в то, что Север никогда никого не обижал. Но Камилла смотрит на меня честным проникновенным взглядом. Вот уж кто-кто, а она точно уверена в своих словах.

— Скажи, а здесь когда-нибудь бывал его брат Паша? Или его родители?

— Я… я не знать, — девушка бледнеет и отводит глаза. Она выглядит сейчас еще более испуганной, чем когда подумала, что я ее увольнять собираюсь.

— Уверена? Ты ведь здесь три с половиной года работаешь, неужели ничего не слышала о них? У Артура Исаевича ведь есть семья?

Камилла бросает взгляд куда-то за мою спину. Меня так и тянет обернуться следом, но я уже примерно знаю, кого увижу, даже гадать не стоит.

— П-простите, Алина Степановна, м-мне работать нужно, — произносит она виновато, глядя в сторону.

Я киваю, подавляя тяжелый вздох. Да уж, прислуга у Севера намуштрована отлично — по большей части никого не видно. Но что-то мне подсказывает, что даже если я их и увижу, никто ничего лишнего про своего работодателя не скажет. Боятся. То ли работу потерять, то ли Северу дорогу перейти…

Весь день и вечер я не занимаюсь ничем полезным. Немного читала, немного гуляла по прилегающему к дому двору. Я помнила слова Артура, что за пределы лучше пока вообще не выходить, так что заняться было решительно нечем. Не знаю, как жены миллионеров от скуки не умирают в четырех стенах. Хотя они скорее развлекаются на полную, растрачивая деньги мужа. Я же ни приготовить толком ничего не могла, чтобы хоть как-то время скоротать.

К одиннадцати часам я не выдерживаю. Решаю переодеться к приезду Севера в милое платье с открытыми плечами и встретить его внизу. Подкрашиваюсь только слегка, прическу не делаю, лишь распускаю волосы, и направляюсь на улицу. Мне хочется перехватить его самой первой, пока никто снова не возник рядом с какими-нибудь делами и помешал нашему разговору.

Вот только у крыльца дома меня поджидает сюрприз в виде Шрама. Похоже, не я одна Севера жду. Делаю вид, что рядом со мной вообще никого нет, и останавливаюсь рядом. Но игнорировать его долго не получается, потому что с самого утра меня мучает еще один вопрос, который я не успела ему задать.

— Ты знаешь как там Амина? — спрашиваю, не глядя на Шрама.

— С чего это тебя волнует? — равнодушно уточняет амбал.

— Ты не можешь просто ответить на вопрос, не спрашивая ничего в ответ?

— Я перед тобой отчитываться не обязан.

— Я ведь просто спросила, как она! — восклицаю раздраженно, — Не прошу отчитаться, просто интересуюсь ее делами.

— Поинтересуешься у нее, если увидишь, — отбривает Шрам.

Боже, за что он меня так терпеть не может?! Но возмутиться я не успеваю.

— Иди оденься в нормальную одежду и не разгуливай перед чужими мужиками полуголая, — советует он, не оборачиваясь ко мне. Кивает в сторону пары охранников поодаль, что украдкой глазеют в нашу сторону.

— А ты что, теперь еще и следишь за тем, как мне ходить и перед кем? — интересуюсь сердито.

— Пока тебя трахает Север — да.

Сжимаю руки в кулаки. Ненавижу! Как же я ненавижу этого гада, просто до зубовного скрежета! Почему он даже разговаривает со мной, словно я не больше, чем грязь под ногтями, и мне делают великое одолжение просто отвечая на вопросы? Я никому плохого в жизни никогда не сделала и такого обращения точно не заслуживаю!

— Ну ты и придурок, Шрам, — не выдержав, произношу тихо.

— Что? — ведет он рассеченной бровью и окидывает меня жалостливо-презрительным взглядом.

— Что слышал. Ты со всеми женщинами так разговариваешь? Обиделся на весь наш род?