Виктория Вера – Служанка для прокаженного лорда (страница 35)
Изабелла уехала и хватит о ней думать!
Злюсь на то, что снова вспомнила эту дамочку. Вот сдалась она мне на ночь глядя?
***
Следующие дни мы делаем вид, что между нами ничего не было.
Я слежу за тем, чтобы Кейн Кордэйн принимал отвары из трав и кореньев, уговариваю его пить побольше воды, иногда заставляю его делать ванночки для ног с горчицей… и ещё зарядку.
Да-да, необременительная лёгкая зарядка утром и вечером в проветренной комнате важна для улучшения кровообращения и лимфотока, а это, в свою очередь, помогает выводить из организма вредные вещества.
Во время зарядки Кейн Кордэйн смотрит на меня с большим сомнением, но терпеливо делает то, что я прошу. И если в первый день он то и дело бледнеет, из-за чего ему приходится несколько раз остановиться и отдышаться, то уже через неделю зарядка перестаёт вызывать у него трудности, а я начинаю понемногу увеличивать количество упражнений.
— Нет, Фарие. Это никуда не годится, — качаю головой. — К этому времени ты должна была почистить и выпотрошить рыбу!
Приходится заставлять её делать то, чего бы ей делать не хотелось.
На мои замечания Фарие раздражённо закатывает глаза, но принимается за дело. Думаю, она прекрасно понимает, что в любом другом месте её за такое отношение к работе уже бы действительно выпороли. Тут Изабелла не соврала. Так что Фарие приходится, хоть и нехотя, но подчиниться.
И да, мне повезло — в рыбью ловушку попала уже третья крупная рыба, поэтому сегодня у нас, помимо прочего, будет наваристая уха.
— У тебя продукты заканчиваются, — как бы между делом бурчит Фарие. — Я бы могла помочь с этим.
Пополнить запасы?
Задумываюсь, глядя на мешок с овощами. Да, их ещё хватит на несколько дней, но не мешало бы добавить в рацион разнообразия. Вот только сделать это за счёт поставщика Фарие я не собираюсь. Уже видела результаты её сомнительных сделок. Так что придётся выбраться в одну из соседних деревень да посмотреть, что там есть у тётушки Марты.
Марта живёт не в моей деревне, а в той, что по пути от замка к Мшистому Причалу. У неё восемь уже взрослых детей, которые ведут довольно большое общее хозяйство и даже продают часть продуктов в портовой деревушке.
Пожалуй, стоило бы к ней заехать.
— Завтра мне нужно съездить до одной деревни, чтобы пополнить запасы еды, — говорю лорду Кордэйну, когда вечером приношу ему ужин. — Я бы могла запрячь Ойта в те сани, что стоят в углу конюшни. Могу я их взять?
Стараюсь не встречаться с ним взглядом, потому что в его присутствии у меня теперь начинает жечь губы, и немного потеют ладони.
— Тайли, мне бы не хотелось, чтобы ты выезжала из замка, — отвечает после некоторого молчания. — Снаружи небезопасно.
Что это? Забота? Или желание поберечь “ценные кадры”?
В последние дни Кейн Кордэйн словно выстроил между нами стену, закрылся... но его последние слова заставляют моё сердце отбивать ускоренный ритм.
Богиня, как бы мне хотелось забраться к нему в голову и понять, что он на самом деле обо мне думает!
— Вы о тех людях, что присматривают за замком? О людях герцога? Думаю, их интересуете вы, а не какая-то служанка, — отворачиваюсь, делая вид, что очень занята, наливая в пиалу отвар, который Кейну нужно будет выпить утром.
— Ты права… со мной дорога может стать опаснее, — он явно злится. — Хоть я и не думаю, что они осмелятся напасть.
— И всё же, господин, будет лучше, если ваши враги не будут знать, в каком вы состоянии. Пусть считают, будто вы слишком слабы, чтобы выходить из замка.
Чувствую на себе пристальный взгляд, но так и не решаюсь посмотреть ему в глаза.
— Ладно, пусть едет Фарие.
— Нет, — качаю головой. — Простите, господин, но я больше не хочу доверять Фарие выбор продуктов. К тому же она не знает дорогу, а Марта не знает саму Фарие. Зато ко мне Марта с детства относится хорошо и предложит лучшие условия.
В комнате снова повисает тишина, которую нарушает лишь ветер за окном, да потрескивание в камине поленьев.
— Я всего лишь съезжу до деревни и обратно, — первой нарушаю молчание, когда тишина начинает на меня давить. — Нам нужна еда, дрова, масло для лампад и другие мелочи. Достаточно одной поездки, а потом уже Марта сама будет отправлять в замок кого-то с доставкой всего необходимого.
— Хорошо, — неохотно соглашается. — Но Фарие и Тень отправятся с тобой.
— Спасибо… господин.
Мне хочется, чтобы он продолжал говорить со мной. Чтобы рассказал, о чём думал в ту ночь, когда целовал меня. Но Кейн Кордэйн продолжает делать вид, что между нами ничего не было, а я не нахожу в себе смелости первой начать подобный разговор.
Глава 34. Поездочка
Когда за окном рассыпаются звёзды, я снова прихожу в его комнату.
— Милорд, вам придётся надеть их на ночь… — в моих руках всего лишь пара мягких шерстяных носков, которые я показываю Кейну Кордэйну, но он смотрит на них с явным недоверием.
— Это глупо, Тайли. В комнате достаточно тепло.
— Дело не в тепле, а в том, что в носки вложены нагретые половинки луковиц, которые должны помочь очистить кровь…
— Лук, который чистит кровь через ноги?
— Да, — киваю, стараясь не встречаться с ним взглядом.
Я понимаю, что звучит по-дурацки, но что поделать?
Когда я в детстве болела, бабушка заставляла меня спать в носках, с вложенными половинками лука. Я тоже капризничала, но бабушка была непреклонна. Позже я читала, что лук не только помогает бороться с простудой, но и очищает кровь, благодаря содержащимся в нём фитонцидам и сере.
Трудно сказать, насколько это эффективно, и, наверное, будь у меня выбор, я бы не стала использовать столь неромантичный метод… но прошлые компрессы не особо помогли и честно говоря, я уже с трудом заставляю себя не отчаиваться. Самое болезненное для меня, что и Кейн Кордэйн не особо верит в успех моих затей. Во всяком случае, мне начинает так казаться.
— Тайли, — тяжело вздыхает. — Я ценю то, что ты делаешь, но, знаешь, спать с луком в носках… это слишком.
— Не только в носках, господин… сегодняшний компресс тоже будет из лука.
— Нет, — отрицательно качает головой.
— Лорд Кордэйн, вы обещали довериться мне, даже если лечение покажется вам странным! — приходится нарушить все мыслимые и немыслимые правила и повысить на него голос.
Брови лорда ползут вверх, а моя голова неосознанно вжимается в плечи.
— Простите… но это действительно нужно, — шепотом.
— Хорошо, Тайли, — его взгляд смягчается, а ответ отчего-то тоже звучит шепотом.
Кейн Кордэйн с тяжёлым вздохом забирает у меня носки, с половинками нагретых луковиц и натягивает на свои ступни.
— Спасибо, господин, — не знаю, за что благодарю, наверное, за то, что мне не приходится больше спорить. — А теперь компресс.
Накладываю кольца лука на поражённую часть его лица и фиксирую всё бинтами.
— Мне не нравится этот запах, — Кейн Кордэйн недовольно фыркает, и в этот момент отчего-то напоминает мне мальчишку, которого строгая мама заставляет надеть рубашку, брюки и бабочку для поездки в гости… а он боится, что его в таком виде заметят дворовые пацаны.
Пытаюсь спрятать улыбку, но…
— Рад, что тебе смешно, Тайли.
— Простите, господин, — смущаюсь.
***
Мы выезжаем в деревню сразу после того, как заканчиваем с утренними делами.
Фарие молчит. Ойт нервничает, чувствуя незримое присутствие Тени, но уверенно тянет сани по свежевыпавшему искристому снегу. Хрустальный зимний воздух пощипывает нос, превращая в тающее облачко каждый выдох.
Вдали, словно исполинские стены, вздымаются горные склоны, и я любуюсь ими до тех пор, пока сани снова не сворачивают на лесную дорогу.