Виктория Вера – Магазинчик грешницы. Забудь меня… если сможешь (страница 40)
Он поднимается со мной на руках и шагает к моей «постели».
— Боги, этот диван короче тебя. Как ты здесь помещаешься? — продолжает держать меня.
— Он очень мягкий, — совершенно серьёзно. — После тюков с соломой на чердаке Ании спать здесь почти божественно прекрасно.
Он недоверчиво качает головой, но опускает меня на постель. Сбрасываю мягкие тапочки и прямо в домашнем платье забираюсь под одеяло, укладываясь на бок.
— Давай, я побуду рядом, пока ты не уснёшь, — садится на пол и кладёт подбородок на край дивана, совсем как в то утро, когда я проснулась на софе в его кабинете.
— Рэйн… расскажи мне древние легенды о чудищах. Ты знаешь их?
— Знаю. Расскажу, — невесомо касается моих губ. — Закрывай глазки.
Глава 30
Первый день Осеннего Благоденствия
— Сколько времени? — подскакиваю на постели, когда тусклые солнечные лучи впиваются в мои закрытые веки. Солнце слишком высоко… значит уже позднее утро?
Быстро озираюсь, с сожалением обнаруживая, что Рэйнхарта в комнате нет. Собственно его и не должно быть, так что сожаление абсолютно иррациональное и не поддаётся логике… но я ничего не могу с этим поделать.
Нащупываю домашние туфли.
Как объяснила леди Флюмберже, первый день празднования Осеннего Благоденствия — это лишь традиционные гуляния, которые длятся весь день. Официальная же часть праздника состоится в столице, в главном храме Варрлаты.
Я могу подъехать в загородный дворец в любое время, но было бы невежливо являться туда слишком поздно.
Закутываюсь толстым пледом и выхожу на балкон. Леди Флюмберже передала, что королева пришлёт для меня экипаж… который и обнаруживается аккурат под моим балконом.
Нда. Карета внизу, а леди Милс ещё даже не умылась. Цыкаю на себя и спешу в ванную.
— Где же оно?… А вот, — выбираю среди волшебных штучек от фиры Ом Хелии несколько склянок. — То, что нужно.
Леди Милс не может себе позволить появиться на этом празднике неподготовленной!
Почти уверена, что там будет весь выводок из курятника леди Маноли… включая Анриетту и ехидну. Сложно поверить, что эти знатные тусовщицы пропустят праздничные гуляния в загородном королевском дворце… это было бы слишком хорошо.
Задерживаю дыхание и опускаю лицо в медную пиалу с холодной водой.
Так. Главное, не волноваться.
Пузырьки выдыхаемого под водой воздуха щекочут щёки и поднимаются с характерным бульканьем.
Выныриваю. Растираю лицо отрезом грубой ткани, чтобы разогнать кровь.
Несколько раз приседаю и тянусь, чтобы размять напряжённое волнением тело.
Но ведь и леди Флюмберже там будет, и другие леди тоже. Значит, всё не так плохо…
Так ведь?
Так.
Растираю в ладонях каплю «чудодейственного» масла и пятернёй прохожусь по волосам, отмечая, как упругие локоны обретают глубокое шелковистое сияние.
Сбрасываю с себя домашнее платье.
Бельё… нужно выбрать бельё. Чёрное кружево и шёлк, зелёное со вставками бархата или нежно-голубой батист, расшитый мелким жемчугом?
Чёрное. Мне всегда нравился чёрный.
Из зеркала на меня смотрит молодая девушка с молочной, покрытой веснушками кожей, рассыпанными по плечам медно-золотистыми локонами, и талией, которая кажется слишком узкой для таких крутых бёдер и пышной груди.
Странно, что раньше меня такое сочетание во внешности раздражало…
Надеваю платье, которое подготовила специально для сегодняшнего дня. Плотная дорогая шерсть, выглядывающий из-под подола, фальшивый молочно-белый «низ сорочки» и ряд мелких аккуратных пуговок от горла до самого низа. Вместо воротничка… изящный шелковый бант.
Выдыхай Ева. Пора выбираться из тени и хотя бы побороться за своё место на этом празднике жизни. Ну а если совсем ничего не получится… то у тебя всегда остаётся запасной план.
Надо бы хоть узнать, что там за города в южной части нашего королевства… впрочем, нет, не надо. Не хочу сейчас об этом думать. Во всяком случае не раньше, чем разберусь со своими финансами и уверенно встану на ноги.
Складываю в потайной карман платья коробочку с карминовой помадой, гребешок, зеркальце и шпильки с «сюрпризом» от Ом Хелии.
Шаль. Нужно взять тёплую шаль, потому что осень уже вступила в свои права.
Всё. Я готова.
Сбегаю по лестнице и едва не налетаю на Сэлли возле задней двери особняка.
Сэлли вздрагивает, резко разворачивается и заливается краской. За её спиной обнаруживается фир Том.
— Праведного дня, миледи, — Том растягивает губы в добродушной улыбке.
— Праведного, фир Том! — Делаю вид, что не заметила растерянности Сэл. — Как удачно, что вы здесь. Загляните ко мне после праздников, я хочу в этом месяце выплатить ещё одну часть ссуды, но мне бы не помешала небольшая консультация.
— Госпожа… вы уже уезжаете?
— Да, Сэлли. Перед домом ожидает карета.
— Я видела, просто вы ещё не завтракали, а путь не близкий, — всплёскивает руками, начиная суетиться. — Погодите, пожалуйста!
Исчезает в кухне и возвращается с маленькой корзинкой.
— Госпожа, здесь кусок пирога, пара яблок и бутылочка ягодного отвара.
— Спасибо, Сэл, не знаю, что бы я без тебя делала, — широко улыбаюсь, чем только сильне смущаю Сэлли, и проскальзываю к выходу.
И как это я не подумала о том, чтобы прихватить с собой еды. Кто знает, какие там негласные правила кормления леди на этих праздниках? Может, так же как и на некоторых великосветских приёмах — «разрешается только смотреть».
Однотипные пейзажи пасмурных осенних полей постепенно сменяются видами гор и я прилипаю к окну, медленно дожёвывая последнее яблоко. Карета то едет вверх по холму, то вниз, то пересекает живописные рощи, ручьи и речушки.
— Скоро будем, миледи, — сообщает в открытое слуховое окошко кучер.
Капля кармина на губы и щёки, несколько взмахов гребнем, шпильки… одну втыкаю в причёску, вторую прячу в карман. На всякий случай.
Нужно выпустить у лица пару лёгких прядей. Вот так.
Дыши, Ева.
Дворец расположился среди холмов и невысоких горных склонов. Его стены скрыты среди высоких деревьев с толстыми стволами и пышной янтарной кроной.
К осени дни становятся короче, и солнце вот-вот начнёт устало катиться к закату, расплёскивая по облакам рыжеватые блики.
— Добро пожаловать, миледи, — лакей церемонно подаёт руку и помогает мне выйти.
Следую за ним, мысленно перебирая все уроки этикета леди Тайлин.
Спина, осанка, подбородок, плавный шаг.
Вокруг прогуливаются гости. Откуда-то доносятся звуки музыки. Меня провожает удивлённый взгляд белокурой леди… Кажется, я видела её на вечере в доме Маноли? Впрочем, это не имеет значения. Здесь наверняка будет достаточно тех, кто не ожидает увидеть возвращение леди Милс в «благородное и праведное» общество.
Широкая, украшенная поздними цветами дорога огибает центральный фасад дворца и выводит к просторной поляне, где среди многочисленных гостей снуют жонглёры и скоморохи.
По краям поляны расставлены алые шатры, а в центре горит высокий костёр, вокруг которого одетые в чудаковатые наряды девушки и мужчины танцуют не менее чудаковатые танцы.
Это вовсе не то, что ожидаешь увидеть на празднике во дворце, но все песни и танцы — это своего рода ритуалы, прославляющие дары осени. Так принято провожать лето и просить милости у грядущей зимы.
Рэйнхарт говорил, что традиции этого праздника очень древние, древнее, чем храмы Анхелии.