Виктория Тарс – Тяжесть буднего дня (СИ) (страница 4)

Немного посидев в библиотеке, Рок со вздохом захлопнул книгу и кинул её в сумку — сосредоточиться не удавалось, новые проблемы требовали осмысления. Прикинув, что однокурсники, даже самые медлительные, должны были уже уйти, он направился в гардероб, и уже подошел к своей куртке, когда услышал за спиной голоса.

«Ну вот, Шед, ворона глупая, накаркал. Без сомнений» — с тяжелым вздохом подумал Рок, отходя чуть в сторону. Как назло, в гардеробной не было окон или запасного выхода, и привычное решение проблем — побег — оказалось невозможным.

— Кого я вижу! Старый друг, Рок, — громко и весело сказал первый вошедший. За ним следом зашли ещё четверо. Старший курс.

— Здравствуй, Игнис, — сарказма в голосе Рока хватало на всех, — какими судьбами в институте появился? Тут что, пивную открыли?

— Ты всегда такой весельчак, Рок. Мы тут с пары шли, разговаривали, уже выходили, глядь — ты в гардероб спешишь, не поздороваешься, — широко улыбнулся парень, подходя ближе, и с размаху ударил Рока в живот. Тот машинально напряг пресс, почти ничего и не почувствовав, но, на всякий случай, поморщился. Чтобы никто не думал, что ему не больно.

— Все ещё охота смеяться? — поймал его ледяной взгляд Игнис, — слышал, что тебя в пример ставят, как одного из самых прилежных учеников нашей академии? Не прогуливаешь, хорошо отвечаешь на парах?

— Спасибо, что просветил, — холодно ответил Рок, — я и не знал, что не прогуливаю.

— Да ты сегодня в ударе, я смотрю, — Игнис кивнул окружающим ребятам, — во всех смыслах.

Ребята, смеясь, окружившие Рока в два удара поставили его на колени перед всё также улыбающимся Игнисом. Один из них за волосы оттянул ему голову назад. Теперь Рок мог смотреть им в глаза.

Рука юноши рефлекторно дёрнулась к ножу. «Нет. Так нельзя», — отстраненно думал юноша, пока лидер шайки что-то там ему говорил — «Нельзя хвататься за нож. Нельзя убивать за то, что ты кому-то не нравишься, даже если они третируют тебя. Они меня не убьют. Но я убью их, если нож окажется у меня в руках». Юноша прекрасно понимал — врукопашную против пятерых старшекурсников во главе с Игнисом идти бесполезно. Но достать нож в мелкой стычке в Институте? Убить, потому что ты кому-то не нравишься?

Рок смотрел в глаза Игниса. И видел в нём живого человека.

Я не могу. Не из-за этого.

Но и дать себя покалечить тоже не выход

«Что же делать? Я же будущий управленец. Неужели я не смогу уболтать этих засранцев?»

— Ты меня слушаешь вообще!? — разъярился Игнис, хватая его за ворот рубашки.

— Прости, я думаю над тем…, - один из ребят пнул Рока в бок и тот запнулся, — …уф… над тем, что ты так бесишься… потому что на два года старше меня и ниже меня ростом. Да и зависть к моей успеваемости — плохое чувство…

«Так, уболтал, теперь меня точно прибьют» — оценив затянувшуюся паузу после его слов, подумал Рок — «И кто меня вечно за язык тянет? Надо было поговорить, пока они не расслабятся и бежать. Вот я дурак. Три года бегать и так попасться».

— Ах ты, демоново…, - занося над ним кулак, яростно зарычал Игнис. Рок дёрнулся, понимая, что теперь вряд ли уйдет отсюда без пары синяков, как минимум. Но план побега уже почти сформировался, надо только стерпеть первый удар и не дёрнуться за ножом…

«Терпи. Держись. Не трогай их, — проносились мысли, — они не самые хорошие люди, но за это нельзя убивать. Если ударить придурка справа локтем, а потом рвануть вперед и ударить плечом Игниса…».

— А я-то думаю — что тут происходит? — раздался ехидный голос от двери. Все дружно обернулись.

В дверях стояла одинокая фигурка Шеда, облокотившегося о косяк и скрестившего руки на груди. Его глаза были колюче холодны, а во вроде бы расслабленной фигуре сквозила властность.

— Ты? — удивился Игнис, — что ты здесь делаешь?

— Не поверишь — учусь, — от холодного тона голоса друга стало неуютно даже Року, уже прикидывающему, что делать теперь, когда надо ещё и друга спасать. Но, судя по всему, бить Шеда никто не собирался, — и не смей мне «тыкать», для тебя я — лорд Шеддар.

— Э… Да, конечно, лорд, — растерялся лидер шайки, — мы просто…

— Я вижу, что «вы просто», — перебил его Шед, — пошли вон.

— Ты думаешь, что я испугаюсь тебя? — а вот теперь Игнис в ярости смотрел на Шеда

— Если не боишься за себя…,- Шед подошёл ближе и холодно заглянул в его глаза, — побойся за свою семью.

Лицо Игниса исказилось. Гнев пропал, в глазах мелькнул страх. Это было странно — Рок и подумать не мог, что Игниса может запугать такая угроза — ясно же, что Шед не из тех людей, кто может причинить вред невиновным людям.

Или Игнис знает о Шеде больше Рока?

— И если ещё раз тронете Рока — попрошу отца сделать наследником ваших земель твоего младшего брата.

Игнис сощурился, сжав губы в тонкую линию и сверля взглядом зло нахмурившегося Шеда.

— Я понял. Простите, лорд, — отпустив Рока, Игнис едва поклонился. Вслед за ним потянулись и остальные.

— Вот гады, — после того, как старшекурсники скрылись за поворотом, сказал Шед. Рок молча встал и начал поправлять рубашку и отряхивать штаны, — ты бы сказал, что это Игнис тебя достаёт. Уж на него у меня управа есть. Эта сволочь — мой будущий вассал.

— С таким вассалом — береги спину. Так попросил бы отца сделать наследником младшего сына, кстати, чем не выход?

— Да у них вся семья такая — от этого я хоть знаю, чего ждать…,- пожал плечами Шед, — ты как вообще?

— Нормально. Спасибо за помощь, — Рок подошёл к своей куртке, встряхнул её и начал одеваться, незаметно запихнув вещи из полки в сумку, понимая, что полностью переодеться в присутствии друга не может, значит, придется выбираться из города прямо так, — а ты что тут до сих пор делаешь?

— А ты угадай, кого я решил подождать, и на минуту вышел до уборной, — Шед прошелся из одного угла в другой, — Я видел, как они ошивались около института. Я уже уходил, когда в их разговоре услышал твоё имя. Они ждали именно тебя, а ты сегодня весьма рассеян. Вот я и решил задержаться. После такой угрозы, они вряд ли решаться на тебя ещё раз напасть. Почему ты не хотел, чтобы я тебе помог?

— Просто не люблю быть должником.

— Каким к чёрту должником, с каких это пор дружба подразумевает должников и кредиторов? — внезапно разозлился Шед.

— Ты сейчас говоришь глупости.

— Я-то говорю. А вот ты их делаешь! — Шед зло ударил кулаком об стену.

— Да ладно, Шед, все в порядке, — примиряюще поднял руки Рок, — чего теперь злиться.

— Я злюсь, потому что ты мне вообще не доверяешь, — более спокойно ответил Шед.

— Шед… — Рок запнулся и виновато посмотрел на друга. Видимо у него было совсем несчастное лицо, Шед вздохнул, улыбнулся и хлопнул его по плечу.

— Ладно, я понял, забудь. Пошли уже. Но ответь хотя бы — почему ты не пользуешься именем своего рода? Семья Эусплахнос, конечно, не связана с родом Игниса, но как-то договориться может смогли бы. Или опять гордость не позволяет?

Рок молча отвел глаза и направился к выходу.

Когда ребята вышли из здания, ночную мглу разгонял холодный белый свет волшебных фонарей и круглой серебряной луны. Снегопада не было, как и сильного ветра, но Рок поёжился — стало ещё холоднее, чем утром. Снег скрипел под ногами, грязный, истоптанный сотней сапог и колёс проезжающих карет. Друзья дошли до перекрестка, хлопнули друг друга по руке и разошлись в разные стороны. Рок устало плелся к стене, поплотнее затянув шарф — у него был свитер, в котором он перелезал в город, но он остался в сумке, так что пришлось ускорить шаг. Осторожно забравшись на стену по каменной лесенке около башни, Рок огляделся: стражей так и не появилось. Сняв «кошку» и привязав веревку к зубцу стены, юноша спустился в пригород. Оказавшись внизу, он достал кремень, высек огонь и поджёг веревку. Огонёк быстро пополз вверх, уничтожая последние следы пребывания на той стороне. Проследив за процессом (на всякий случай — из-за угла дома) Рок быстро добрался до дома с красным фонарём, как всегда празднично горевшим и приглашающим клиентов. Зайдя в тёплое, сухое помещение, Рок облегчённо вздохнул и, откинув капюшон, снял шапку.

Ровно три года назад, в такую же студёную зимнюю пору, в дверь, над которой висел красный фонарь, зашёл мальчик с дрожащим щенком на руках и попросил вышедшую навстречу даму посмотреть за щеночком до вечера, протягивая несколько монеток. Красный фонарь его не смутил — малыш не знал, что это означает. Изумлённые женщины, перебивая друг друга, обсуждали смутившегося мальчика, слишком маленького для своего возраста, слишком серьёзного. Взлохмаченный, с раскрасневшегося с мороза личика смотрели на женщин серо-зелёные, с возрастом не утратившие своего цвета, глаза. На вопросы кто он и откуда мальчик тихо отвечал, что не знает и пришёл в пригород подзаработать денег, его как раз в конце лета взяли на работу. Женщины переглянулись и, забрав у него щенка, пообещали присмотреть за ним. А вечером того же дня вернувшийся Рок внезапно был обласкан, накормлен, поглажен по головке и, разомлевший, тихонько задремал в кресле у печи, прижав к себе совсем ещё маленького, полностью чёрного щенка — Сова.

— Рок? Малыш, ты очень вовремя, — подошедшая к нему женщина стряхнула с его плеч снег и улыбнулась. Её весьма открытое темно-синее платье свободно ниспадало с плеч и вообще, для Рока было абсолютно непонятно, как оно держалось на теле.