Виктория Свободина – Брачный сезон. Сирота (СИ) (страница 29)

Ансона встает первой.

С удивлением наблюдаю за походкой девушки. Нет прежней легкости. Ансона идет, словно ей что-то мешает или болит, чуть ли не прихрамывая. Еще и попу на ходу потирает. Да и прическа кажется излишне растрепанной, хотя ветер…

— Кхм, Ансона, подожди.

— Что?

— У тебя шнуровка на корсете не совсем правильно завязана.

— Ой, можешь правильно сделать?

— Ладно.

Повезло, кажется, никто не обратил внимания на мое и кузины отсутствие, но лично для меня последствия все же случились — от долгого сидения на холоде я приболела. И следующие несколько дней сидела дома, наблюдая за буднями Ольтонов стороны.

Болезнь меня расстроила. Не потому что болезнь, а потому что я вновь остро осознала свое одиночество. Ольтонам и прислуге плевать на мое самочувствие, книг в доме нет вообще никаких, кроме парочки бухгалтерских и хозяйственных талмудов, да нескольких еще не выброшенных утренних газет. Остальные книги остались в поместье. Обычно, отгонять тоску и грусть мне позволяли дела, необходимость выживания. А здесь лежишь, плохо себя чувствуешь, делать что-либо сил нет, тело ломит, мучают воспоминания и тоска по родным. Никто не пожалеет, не обнимет, никому не нужна.

У Тенера дела, да и дом Ольтонов ему не по статусу посещать, он шлет мне записки с теплыми словами и стихами. Тоже, конечно, приятно, но не совсем то, что мне сейчас нужно, хотя и поднимает настроение, таких вот записок очень жду, да и большего мне не требуется от его высочества.

Единственное существо. кто действительно скрашивает мое существование, наполняя его теплом и смыслом, оказалась Белла. По моей просьбе собаку очень хорошо отмыли, и теперь она все время со мной, засыпаю с собакой в обнимку, словно с плюшевой игрушкой. Именно от собаки получаю любовь и тепло, которая мне нужны. Белла невероятно ласковая, добрая, с таким обожанием и преданностью заглядывает мне в глаза, что это прямо-таки придает мне стимула к жизни, заставляя верить, что все еще у нас с Беллой будет хорошо.

И вот я уже иду на поправку, а сегодня встала рано утром и прогулялась с Белой, и, наверное, посещу, наконец, бал, где увижусь с Тенером. Зато Ансона неожиданно приболела. Все утро кузину тошнило, говорит, голова кружится, да и как-то нездорово выглядит.

Баронесса всполошилась, уже хотела было вызывать доктора, но к обеду кузине стало лучше, и даже более того, она стала настойчиво требовать взять и ее на бал. Все дни, кстати, что я болела, Ансона сияла и бабочкой порхала по дому, пусть кобылка белая так и не появилась у дома, но цветы от “тайного поклонника” стали приходить регулярно.

Тому, что я вновь среди людей и на балу, радуюсь невероятно, наслаждаюсь общением и танцами. Сегодня еще и мой принц должен появиться, только сможет попозже, и то, как я прочла в утренней записке, исключительно ради того чтобы увидеться и потанцевать со мной.

— Ах, посмотри, что он делает? — Ансона буквально оттащила меня от одной пожилой маркизы. Я не понимаю, у кузины что, подружек нет, чтобы пообщаться и поделиться переживаниями? Вроде есть, и не мало. Меня зачем привлекать?

Смотрю туда, куда мне показывает родственница.

Шенар Рикаро Венселот долго и со вкусом лобызает руку какой-то нимфетки, явно смущающейся, но довольной таким вниманием.

— И что теперь?

— Я с ним поговорю! Что это такое? Как он может?

Ох, опять.

— Ансона, я с тобой никуда не пойду, глубокая ночь на дворе, холодно. Я еще от болезни не до конца отошла.

— Не надо. Если вдруг кто спросит — я отлучилась в дамскую комнату.

Кузина тут же удалилась выяснять отношения со своим Рикаро, а мой вечер продолжился.

Где-то спустя полчаса ко мне подошла хмурая баронесса.

— Эльриа, ты не видела Ансону?

— Она, кажется, в дамской комнате.

— Я только что оттуда, ее там нет.

— Возможно, вы разминулись?

— Не уверена.

Баронесса отправилась дальше искать кузину. Плохо дело.

Кстати, о дамской комнате. Было бы неплохо ее посетить, пока большой перерыв между танцами. Собственно, туда и направилась. Осуществив свои намерения, выхожу в коридор, и уже было собиралась вернуться на бал, как услышала приглушенный голос Ансоны, голос кузины я теперь вообще хорошо отличаю от других.

Вспомнив о том, что родственницу ищет мама, решилась все-таки дойти до кузины и предупредить ее. Наверное зря, потому что Ансону я встретила, и она как раз шла по направлению к бальной зале. Получилась неудобная ситуация, поскольку кузина шла не одна, и даже не только в сопровождении Рикаро.

Под руки Ансону держат двое — Венселот и шенар, чье имя я не запомнила, но, кажется, пару-тройку раз за время брачного сезона приходилось с ним танцевать.

Шенары ведут кузину, плотно зажав ее между собой. Шенар, чьего имени я не припомню, этак по-хозяйски приобнимает спутницу за талию. Оба молодых человека выглядят довольными и буквально лучаться довольными ухмылками.

У самой кузины взгляд какой-то шальной, растерянный, она еле идет, явно нуждаясь в поддержке своих спутников.

Завидев меня, мужчины тут же рассыпались в приветствиях, сухо им кивнув, произнесла:

— Ансона, тебя мама искала.

— Да, я уже иду.

— У тебя все в порядке?

— Да-да.

Поспешила удалиться от компании. Уж очень неприятно на меня поглядывали шенары. Масляно.

Вернувшись в зал, поначалу невероятно обрадовалась. Тенер появился!

Вот только радость быстро поблекла.

В зале уже заиграла музыка, и я наблюдаю, как принц выводит на паркет свою пару. Ею оказалась уже знакомая мне и Ансоне нимфетка, по молодости своей наверняка еще формально в брачном сезоне не участвующая, но в следующем году наверняка будет.

Ко мне подошел мой кавалер, и вот я уже тоже танцую, вместе с остальными.

Понимаю, что это все ерунда, но уже как-то привыкла, что всегда принц для своего первого танца выбирает исключительно меня. Конечно, я отходила, но, кажется, все равно испытываю чувство, на которое, по сути, не имею право — ревность.

Музыка стихла, кавалер отводит меня к опекунам, а я нет-нет, да смотрю в сторону принца и шены, они не торопятся расстаться. Нимфеточка буквально повисла на руке Тенера, преданно заглядывает ему в глаза, лучась восхищением и обожанием к персоне его высочества, что-то говорит и будь у нее хвостик, сейчас бы отчаянно им виляла.

Принц смотрит на девушку вполне благосклонно.

— Ха, а я так и думала, что ты в фаворитках долго не задержишься, — злорадно произносит баронесса. — Видишь, стоило заболеть и исчезнуть с глаз с принца и твое место тут же занимают другие.

Хм, что мне подсказывает, что моей личной жизни Луандра Ольтон уделяет куда больше времени, чем жизни своих детей. А зря.

Поспешила удалиться подальше от опекунов, да и в принципе от людей.

Глава 28

Конечно, с верандами мне не очень везет, но я все-таки вновь рискнула туда выйти. Там прохладно, тихо, спокойно, можно успокоить беспокойно стучащее сердце.

Само собой, вся магическая защита была тут же активирована и всего через несколько минут сработала, как только кто-то обнял меня сзади за талию.

— Эй!

С ужасом узнаю голос Тенера и тут же оборачиваюсь, провернувшись в кольце мужских рук. К счастью, защита не сработала, принца не отбросило от меня, и вообще  никак не покалечило, хотя должно бы.

— Как хорошо, что моя магия не сработала.

— Благо, моя защита сильнее. В твоем исполнении бросание туфли куда более эффективно и эффектно. Конечно, остается еще кинжал… ты носишь его с собой?

— На балы нет, но на любой прогулке он со мной.

— Это хорошо. Я не сразу понял, для чего тебе кинжал, но теперь практически уверен, что такой девушке, как ты он точно пригодится.

Похвала или насмешка?

Пытаюсь отстраниться, но Тенер не дает.

— Ри, ты опять холодная. Мерзнешь ведь, зачем на веранду вышла.

Принц без спроса прижимает меня к себе все крепче, и вот я уже уткнулась лбом в плечо Тенера, а он сам растирает мне руки и спину согревая. Тепло, приятно, непозволительно. Восхитительно.

— Ваше высочество, перестаньте, — очень строго произношу я.