Виктория Свободина – БЕСстрашная помощница для Дьявола (страница 46)
– Как вы быстро нашли общий язык с Анечкой, – удивленно произносит Мария. – Честно сказать, не ожидала, вы ведь помощница Давида и мне казалось, подобная должность… предусматривает другую сферу интересов.
Угу, еще как предусматривает.
– У меня есть сестра младшая, чуть старше вашей Ани, сейчас в Китае вместе с родителями живет, очень по ней скучаю. А у вас девочка просто очаровательна.
Вернулась Аня вместе с охапкой игрушек, у нас завязалась интересная ролевая игра, к которой присоединилась и Мария. И вот сидим мы с Машей уже на полу, я за куклу Лялю, которая постоянно теряет своих шаловливых разбегающихся и прячущихся питомцев. Аня хохочет, пряча плюшевую кошку за диваном, ее мама фыркает, пряча другую плюшевую кошку за ножкой стола, Ляля демонстративно охает и плачет. Чем громче Ляля охает, тем задорнее смеется Анечка.
За игрой успеваем еще и поболтать с Марией. Оказывается, у нас не так мало общего. Она уже больше двух лет живет в Китае вместе с семьей, мы поговорили о забавных китайских традициях и менталитете, затем перешли на тему работы, оказалось Мария работала как раз в той компании, куда я так и не дошла на собеседование, там и с мужем своим познакомилась. Я в свою очередь поделилась историей своего не самого обычного трудоустройства к Камеру и некоторым впечатлениями о работе.
– Девушки, а что это вы тут делаете?
На спинку дивана облокотились Владимир и Давид, и теперь заинтересованно на нас взирают. Ну да, сидим на полу, вокруг навалены игрушки, которые Аня через некоторое время принесла еще. Мы с Машей без обуви, вольготно вытянули ноги, неспешно потягиваем коктейли, где, как я чувствую, есть немного составляющей, запрещенной мне шефом в рабочее время. Аня сидит у меня род боком, пряча род ногу машинку.
– Играем, – довольно ответила за всех Анечка. – Уходит.
Угу, да, пришли тут, видите ли, мешают играть мужчины.
ГЛАВА 28
– Почему это уходить? Мы тоже хоти играть, – на полном серьезе произнес Васильев.
Из-за дивана с двух его сторон выбежали Матвей и собака породы лабрадор, если не путаю.
Пес, бешено виляя хвостом, тут же оказался возле Марии, и почти тут же под другой Машин бок уселся Матвей и крепко ее обнял.
– Ну, как, понравился самолет? – поинтересовалась Маша сына. Надо же, Матвей копия отца, и по идее ничего общего во внешнем плане у него с Марией быть не может, а нет, есть общего. Мамина улыбка и доброта во взгляде.
– Вова, не хочу тебя надолго отрывать от семейства, но у меня к тебе есть деловой разговор, по поводу бизнеса. Ты не против пообщаться тет-а-тет?
– Хорошо, – отвечает Владимир, и я с неохотой начинаю подниматься. Работа не ждет.
– Василиса, вы мне не нужны, – останавливает меня шеф. – Отдыхайте.
С удивлением смотрю за тем, как мужчины уходят. Как это не нужна? Всегда нужна была во время деловых встреч, даже в клубах, а тут на тебе.
Да и ладно. С Марией и ее семейством мы отлично провели время, даже успели сходить на пляж. Матвей со своей собакой развился в воде, а девичья часть коллектива предпочла спокойные посиделки у берега. Втроем с Машей и Аней с увлечением лепили песочные замки. Точнее мы с Машей едва успевали лепить песочные горки, а Анечка их с увлечением рушила лопаточкой или пятками.
– Я сначала испугалась, что Крамер приехал, а теперь даже рада, – призналась мне Маша. – На острове хоть и хорошо, но скучновато, а тут живая компания.
– Чего испугалась, если не секрет?
– В прошлом я с Давидом не ладила. Он не самый хороший человек, хотя и не совсем плохой.
Немного странная характеристика, но да ладно.
Попозже подошли мужчины и мы все вместе отправились ужинать. Мне выделили место за столом рядом с шефом, и он весьма галантно за мной ухаживал во время трапезы, только что вино отказался наливать, зато вод и сок без проблем.
Покинули остров мы с боссом только поздно вечером, когда дети четы Васильевых уже давно спали, с Машей я попрощалась тепло. Мы даже обменялись сетевыми контактами.
Шеф, чтобы помочь мне погрузиться в лодку, сначала забрался в нее сам, а потом взял за талию и аккуратно перетащил к себе, а на сидение усадил рядом с собой, и все так привычно и естественно, что я вновь вспомнила о стратегии Крамера с постепенным сближением.
Уже будучи на яхте начальника, к себе не иду, плетусь вслед за начальником в его каюту. Дурацкий массаж никто не отменял.
Каюта у Крамера соответствует его статусу. Настоящие императорские апартаменты.
– Василиса, подождите меня немного, я сейчас приму душ, после этого сделаете мне массаж, и можете быть свободны, – весьма вежливым тоном произнес шеф, и скрылся за одной из дверей своей каюты.
Умостилась в широком массивном кресле. Сначала сидела на нем в строгой позе, но время тянется медленно, поэтому не выдержав, забралась в кресло с ногами.
Босса все нет, ванну с пенной он там что ли принимает.
Кажется, немного перегорела на солнце, так как мерзну.
Стянула со спинке кресла плед, и обернулась им.
Сижу, жду.
Минуты через три бортик кресла показался мне невероятно мягким и заманчивым. Свернувшись калачиком, прилегла на бортик кресла. Да, действительно мягкий.
Жду шефа.
Одна минута, вторая, третья…
В глаза бьет солнечный свет. М-м, не хочу просыпаться.
Переворачиваюсь на другой бок и с головой накрываюсь одеялом. В мягкой теплой постели так хорошо.
Неожиданно перемещаюсь в пространстве, чувство, словно меня взяли и тащат по кровати, а затем небольшое ощущение удушья от крепких объятий.
Приснится же такое. Очень реалистичные ощущения.
Сплю дальше, но сон все не прекращается объятия только крепнут, и, кажется, сон медленно, но верно становится эротическим. По моему телу словно ползет змея, гладя грудь, затем ниже живот. И опять мое тело сжимают еще крепче, что-то приятно щекочет шею, а змея все ползет и ползет вниз, уверенно протискиваясь между моих ног, и двигается там, двигается, трется бессовестная, сладко так.
Извиваюсь в такт движениям змеи. Дыхание учащается.
Вдруг меня переворачивают на живот. Змея исчезает, но дышать становится совсем трудно из-за навалившейся сверху тяжести. И вновь какие-то поступательные ритмичные движения, только сверху, и уже две змеи ласково гладят мне бока. Нечто сверху вклинивается между моих ног, широко их разводя.
Так. Стоп. Поступательные движения. Кто-то пристроился сзади.
Буквально заставляю себя выплыть из вязкой дремы, открыть глаза и оглядеться.
Ля-я-я!
– Давид Матве-е-евич! – ору я раненным бизоном и активно вырываюсь из схватки шефа. – Пустите немедленно!
Крамер с явной неохотой медленно с меня скатывается.
– И зачем так кричать? – со вздохом спрашивает мужчина, в то время как я панически себя ощупываю. Белье на мне, ничего подозрительного не ощущаю. Как же я испугалась!
Давид лежит на боку, подперев голову ладонью. Улыбается победно-противно.
Рука сама дернулась дать шефу оплеуху.
Оплеухи или пощечины не вышло. У Крамера оказалась отличная реакция – руку поймал, вновь на живот перевернул, и вот лежу я с завернутой за спину рукой, босс сверху нависает, кажется, опять, голый.
– Василиса, самое глупое, что вы могли сделать, это попробовать поднять на меня руку, – вкрадчиво произносит Давид.
Мне бы только встать, я бы и ногу подняла.
– Это уже слишком, Давид Матвеевич! – извиваюсь, в попытке вырваться, но Крамер выворачивает мне руку сильнее и я выгибаюсь в приглашающей позе зю. Мне на попу по-хозяйски ложится рука Давида.
– Дкржите себя в руках, Василиса Андреевна, – строго приказывает начальник.
– Зачем мне держать себя в руках, если это делаете вы вместо меня? – цежу я сквозь зубы.
– Василиса, учтите, грубой силой или истериками от меня никогда ничего не добиться. Дальше думайте сами.
Наступила тишина. Намек я поняла правильно, надо успокоиться, попросить меня отпустить, одеться и быстро уйти, а уж дальше разбираться, что и как. Но как же трудно унять клокочущее в груди возмущение, особо чувствуя, как рука Давида продолжает находиться у меня на попе, а потом еще начинает поглаживать мою филейную зону и ногу.
– Вы же говорили, что без моего выраженного желания к интиму…
– Вы вчера уснули в моей каюте, и это было так выразительно-интимно с вашей стороны.
– Не смешно, Давид Матвеевич. Будьте любезны, отпустить меня.
– Я чувствую, вам нужно ещен немного успокоиться, – следует наглый ответ, а вслед за ним обжигающий поцелуй в плечо.
Внутри меня пронеслась волна тепла. Даже затихла на секунду, прислушиваясь к ощущения. Затишьм Крамер конечно же воспользовался в свою пользу, окончательно стянув с меня и без того сползшее одеяло.