Виктория Стрельцова – Новый адрес (страница 1)
Виктория Стрельцова
Новый адрес
Глава 1
Лида как будто не знала эту женщину. Тощая, желтовато-серого оттенка, впалые щеки, неестественно тонкие губы. Запах, одежда, парик, выбивающийся из-под платка. Даже смотреть на нее было страшно. Хотя она ничего не могла мне сделать, ни подойти, ни взглянуть. Мама лежала в гробу, с заклеенными глазами и ртом. Но как осознать, что это она? Нет, мама не может умереть. Мама может болеть, хандрить, ругаться по субботам, но не умирает. Мама должна стареть, мама должна звонить мне, мама должна была поехать с ней в институт, потому что одна она боится. Стоя рядом с папой, Лида ощущала, как в ее ладонь, которую он держал в своей, отдавало пульсом сердцебиение, как будто отсчитывало до кульминации страшного момента. Кто-то рядом пытался ее потрогать, что-то говорил, фыркал, всхлипывал. Лиде было плохо. Дышать тяжело, ноги как пружины и очень болела шея. Она специально тянула ее вниз, глядя на носки ботинок, чтобы сфокусироваться на них и не упасть. Пахло невыносимо, чьи-то духи, пот, ладан, вокруг влажность и духота. Одновременно, с ощущением, что она проваливается в яму, батюшка произнес "Вечная память новопреставленной рабе Божией Наталье" , в этот момент Лида потеряла сознание.
Кто знал, что через годы ей снова придется стоять перед выбором – принять новую реальность или исчезнуть.
Со стороны речки лес казался неприступной стеной- темной, молчаливой. Но стоило подойти ближе, как тишина распадалась на звуки : треск костра, скрип дерева под весом самодельных вешалок, далекий звон ведра о камни. Между стволов прятался кемпинг : палатки, вагончики, велосипеды, прислоненные к деревьям. На сучьях, как на виселицах, болтались веревки, тряпки, пустые ведра. Воздух пах сыростью, дымом и чем-то кислым -будто время здесь остановилось и начало плесневеть Люди, находящиеся там, совсем не похожи на туристов. Женщины, одетые во все простое – рубахи или халаты, все серого цвета, их можно было принять за отшельниц, живущих в самопоселении в глуши леса. Несколько мужчин, которые выглядели как тени, несли ведра с водой и не пророняли ни слова. На рассвете начиналась перекличка.
-Матушка Ирина, доброе утро! – хором сказали три женщины неопределенного возраста
-Доброе утро, девочки! -ответила им женщина. Она, в отличии от остальных, была одета в синий спортивный костюм, армейские кожаные ботинки , высокая и фигуристая, выделялась из всех. Матушка Ирина вышла из трейлера, который стоял поодаль от других вагончиков и палаток, и совершала утреннее приветствие. У нее был сильный, ястребиный взгляд, большие, живые глаза, четкий аккуратный рот и копна светлых, неокрашенных волос. Среди всех , она выглядела скорее как благородная дворянка, а не как не матушка. Во взгляде была гипнотическая сила, она властно расхаживала среди собравшихся людей.
-А где Лидия? Маша, ты что, ее не будила? -спросила матушка у девушки, стоявшей в строю людей, вышедших из импровизированных жилищ – что она вытворила вчера, живо ее ко мне!
-Я … я не знаю. Она не вернулась ночью.
Тишина. Только треск костра и чье-то прерывистое дыхание.
Что-то в горле оторвалось и упало в область живота. Матушка Ирина ощутила, как неприятно стало внутри, почти сухо. Потребовала чтобы ей принесли табурет. -Маша! Сергей! Быстро искать ее! Как ты мог ее проспать?! – она обратилась к тому, кто смотрел на нее виноватым взглядом. Сергей молчал , он был растерян.
-Бегом!!! – Она кричала так сильно, что голос отдавался эхом вверх-Искать! Каждый куст, каждую тропу! Если она сбежала, вы все ответите!
Худой мужчина с серым лицом, на котором не было никаких эмоций, посмотрел на Ирину своими впалыми глазами и кивнул. Теперь он мог действовать. Одетый в простые штаны на резинке, длинную рубашку ,застегнутую на все пуговицы, но довольно грязную, двинулся в сторону палаток с различным снаряжением. Его сальные волосы были расчесаны на пробор , а на ногах были галоши без носок, но внутри общины все выглядели одинаково : одежда, неопрятность, отстраненный взгляд. При этом, такой внешний вид людей не просто объединял их в одну группу, которая следовала своим правилам отречения и послушания, он усмирял.
Сергей, взяв с собой бельевую веревку, небольшой туристический топор и рюкзак, ждал Машу. У той был испуганный вид и заплаканное лицо, глаза распухли. Маша, была соседка пропавшей, жила с Лидией в одном вагончике, и относилась к той как к старшей сестре. " Куда она могла уйти? Только не к реке… Нет…"
Маша и Сергей молча двинулись вдоль берега. Остальные ,живущие в общине, начали переговариваться и шептаться. Но Ирина посмотрела на них , крикнула, что пора за работу, и те приступили к обыденным делам, иногда молча переглядываясь. Люди – тени, времени анализировать что-то не было, нужно было снова стать частью целого, чтобы ощутить порядок и защиту.
Матушка сидела в своем вагончике, и пыталась осмыслить произошедшее.
-Убью-шепнули губы. Зеркало отразило ее взгляд – жесткий, с трещиной где-то внутри. Она провела пальцем по скуле. Морщина или игра света? Каждый день Ирина искала в отражении признаки распада : обвисающую кожу, тусклость глаз. " Я не стану как они. Не превращусь в серую грязь" Власть держалась на страхе, а страх – на ее безупречности. Если дать слабину, все рухнет. Как рухнуло с Катей.
Ольга лежала у себя в вагончике и смотрела в потолок. У нее на лице была импровизированная повязка из бинтов, смоченных Сергеем в растворе воды и подорожника. Он перед уходом дал ей таблетку ,которая должна была унять ее боль. А вот таблеток от душевной боли у него не было.
-Сильно она тебя, да? Тише, тише, Оленька, лежи…
Матушка смотрела на свою ближайшую и наверное, самую верную помощницу, Ольгу, которой вчера вечером предательница Лидия расцарапала лицо. Вот же мразь! Ирина Владимировна зашла к ней после того, как случившееся придавило ее тяжелым мешком.
И ведь Сергей говорил ей, говорил не раз, что в последнее время Лидия стала задавать слишком много вопросов. Что на нее нашло? Смерть этой дуры, этой подстилки, на нее так повлияла? Так все должны знать порядок и правила, а не блядовать с ее подчиненными!
Ирина каждый день смотрела на себя в зеркало, и тщательно прослеживала любые признаки старения. Она все еще хороша, но нельзя давать слабину. Восемь месяцев назад, когда Катя пришла к ним, она впервые занервничала. Зачем этой красивой молодой девке понадобилась община? Она видела, как на Катю смотрели мужчины. Особенно Роман. Тот, кого Ирина Владимировна сама привела его, и с таким трудом его околдовывала! Однажды у них был секс. И это был лучший секс в ее жизни – шикарный мужчина, умный и харизматичный, хотел ее как женщину! Он сказал ей, что ему некуда идти сейчас, и она предложила их место уединения… И все отмечали, что Роман не может стать в позицию сына, он может быть с матушкой наравне… А потом она увидела, как он смотрит на Катю, как говорит с ней, помогает ей и старается быть с ней рядом. Катя первая не захотела утихомириться. А потом и Лидка эта ,блаженная готка! Взяла плохой пример. Ну ничего, ничего. Катю они абортировали. Роман сейчас зализывает свои раны в прямом смысле, особенно, когда Ирина пригрозила ему, что выдаст его властям за шашни с наркотой и алиментами.
У нее есть связи, сказала она тогда. И он, сломленный побоями и ожогами, поверил и присмирел. Теперь нужно найти ее, эту дрянь. И абортировать при всех. Чтобы не успела добежать до своего папаши , который грозился их тут сжечь. Ха! Она и есть огонь, сжигающий и возрождающий, да , так и есть.
-Матушка- Ольга позвала ее – я хотела тебя защитить. Она не смела так себя вести. Прости меня, что подвела тебя- ее тело затряслось в беззвучном плаче.
-Обещаю тебе, мы найдем ее. Никто не может уйти из лона матери в никуда- Едва ли Ирина сама верила в эти слова. Но сейчас нельзя показывать свою слабость. Никогда нельзя, что там!
-Ты … ты правда нас любишь? -таблетки не действовали и Оля начала заикаться в плаче
Ирина замерла. Ответ должен был быть идеальным.
-Конечно. Ты же моя самая верная- Она коснулась ее плеча, но руки оставались холодными – и именно поэтому ты поможешь мне найти Лидию. Ты же тоже хочешь защитить нас всех?
Оля всхлипнула и кивнула, а в глазах уже тлел огонек мести, матушка молчала и думала. Наказать ее надо. Эти полуприбитые сиротки вечно мнят себя кем-то особенным, а потом , на деле, оказываются немощными и бесполезными. Как Лидия. А ведь на нее были планы! Матушка собралась соединить их с Сергеем, чтобы в их небольшой общине родилась новая жизнь, от тех, кого она назвала своими детьми. Сергея давно нужно было пристроить, а эта… Носик свой белый воротила от него! Ну, держись, белая кость, за все ты у меня ответишь.
-Конечно, Оленька. Мы ее найдем, и спросим с нее.
То, что сначала было просто выражением злости и досады, разлилось в груди тягучим, горячим чувством. Ирину снова предали, в который раз. Сколько же еще надо ошибиться, чтобы принять факт людской неблагодарности? Когда ты им все, всю себя , а они в ответ только бросают тебя или смеются над тобой. "Любишь" – мысленно передразнивала она Ольгу – " Да вы просто крысы мусорные, все ищите, за кого бы ухватиться и пожирнее оторвать кусок. Вы никто и вам это приятно"