Виктория Стрельцова – Хозяйка княжеской казны, или Призванная по ошибке (страница 5)

После нескольких мучительных минут бочка покатилась быстрее, словно с пригорка, то и дело подпрыгивая. Ее больше не толкали чужие руки. Я летела вниз все быстрее и быстрее. От беспомощности стиснула зубы до скрежета, молясь о том, чтобы эта пытка наконец-то прекратилась.

Кажется, вселенная меня услышала, потому что, подпрыгнув в последний раз, бочка с характерным «плюх» упала во что-то мягкое. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, куда – в воду.

Бочка не была сколочена на совесть или просто оказалась старой и прогнившей, так как внутрь стала заливаться вода. Моя сорочка намокла, темные волосы прилипли к лицу, что ужасно злило! Ведь я по-прежнему не могла пошевелиться. Неужели сонный паралич может быть столь длительным? Или… это просто дурной сон? Кошмар! И тут выходит, Мряка не справился. Бесполезная безделушка!

Вода быстро наполняла бочку. Еще немного – и я захлебнусь. А ведь так умирать не хочется! Я ведь и пожить-то толком не успела, все работала да работала. Даже замуж не сходила…

Размышления прервал какой-то глухой звук снаружи. Кажется, по бочке постучали. Я попыталась закричать, дать знать тому, кто снаружи, что я здесь, внутри. Еще живая. Губы изогнулись в беззвучном крике, и в горло тут же хлынула вода – пресная, с привкусом ила и тины. Значит, я в озере или в реке. Закашлялась, чувствуя, как к глазам подступают слезы, и невзначай хлебнула еще.

Мне показалось, что тот, кто был снаружи, подхватил бочку, достал из воды. Силы моему спасителю точно было не занимать. Впрочем, а может быть, показалось. Может быть, он просто подтолкнул бочку к берегу, ибо уровень воды внутри стал резко уменьшаться.

Не прошло и минуты, как крышку откупорили, и остатки воды вылились на укрытый зеленым покрывалом травы берег. Следом вывалилась и я – скрюченная, замученная, нахлебавшаяся воды и, наверняка, с синяками. Мокрые волосы растрепались, прилипли к лицу. Я почувствовала, что тело начинает бить озноб. Ночной воздух остудил тело, заставив задрожать.

Надо мной склонился мужчина, лица которого я не могла видеть. Он осторожно убрал с моих глаз слипшиеся влажные пряди, заправил за ухо, которое тут же отозвалось на прикосновение тупой болью. В лунном свете я узнала князя Белозара.

– Вы живы, Аля? – с участием поинтересовался княже, опустившись подле меня на траву.

Жива, но едва ли могу ответить. Даже кивнуть не могу. Может быть, это инсульт или еще что похуже? Ох, плохо дело! Тут не то что реанимации, но и медпункта нет. Помру, и не поможет никто!

– Мряка, – глухо произнес Белозар, с трудом высвобождая из моих сведенных судорогой пальцев деревянного божка. – Откуда он у вас, Аля? – сверкнув глазами, строго спросил князь, прижал одной рукой мое плечо к земле и навис сверху.

Неужто разгневался? Или подозревает в чем-то? Сердце снова застучало чаще, а во рту внезапно пересохло.

– От верблюда! – огрызнулась я в ответ, осознав, что голос наконец-то вернулся. Тут же смахнула с плеча мужскую ладонь и села, прижав дрожащие колени к груди и обхватив себя руками.

– От верлю… кого? – округлил глаза князь, склонив голову набок, и скрестил руки на груди, словно ждал от меня вразумительных объяснений.

Будут вам объяснения, княже! Только не ручаюсь, что они вам понравятся.

Глава 7

Мы сидели у кромки озера, противоположный берег которого ощетинился камышом так, что к воде и не подойти. Зато с этой стороны к озеру вел пологий склон, укрытый мягким покрывалом сочной травы. По обе стороны от нас высились плакучие ивы, закрывая густыми кронами часть звездного неба.

Я согрелась, но все еще продолжала кутаться в просторный княжеский кафтан с широкими рукавами. Сам Белозар остался в одной льняной рубахе, сквозь которую, если захотеть, можно было рассмотреть крепкий рельефный торс и стальные мышцы. Вот я и бросала украдкой взгляды из-под опущенных ресниц, не желая быть пойманной за столь постыдным делом с поличным.

Держался князь от меня чуть поодаль, будто страшился чего. Что ж, тем лучше. Ибо когда он смотрел на меня, нависая сверху, прижимая плечо к мокрой траве, тело мое дрожало уже вовсе не от холода.

– Вы сказали, Аля, что Мряку вам дал… верлют, – поразмыслив, сказал князь после недолгого молчания и повернул голову ко мне. Я спешно отвела взгляд и почувствовала, как щеки заливает краска. – Кто это?

– Верблюд, – поправила я его, чувствуя, как сердце в груди начинает приплясывать, биться быстрее, словно пойманная птица. – Животное такое. Двугорбое млекопитающее, – уточнила я. – Обитает в степях или пустыне.

Князь свел брови на переносице. Он явно пытался представить диковинного зверя.

– Неважно, – махнула рукой я. – Просто разговорное выражение. Так говорят там, откуда я родом.

– А откуда вы родом, Аля? – В голосе князя я уловила нотки искреннего любопытства. Кажется, у него был интерес к географии. Даже карта чужого и незнакомого мне мира в кабинете имелась.

Я вздохнула, вспоминая свою прошлую жизнь, далекую, словно сон.

– Там люди управляют железными колесницами, летают на металлических птицах и все свободное время смотрят в светящиеся экраны, на которых без остановки сменяются разноцветные картинки, – ответила я, испытывая при этом странный стыд за все человечество.

– Если бы у меня была железная колесница или металлическая птица, – ответил князь, немного поразмыслив, – я бы изучил каждый уголок этого мира, пересек бы океаны… А вы… вы просто смотрите картинки?

Я пожала плечами. А что я могла ему ответить? Прогресс – штука странная, не всегда благая.

– Так откуда у вас, Аля, Мряка? – нарушил тишину княже. – Не от горбатого заморского зверя же, в самом деле!

Я закусила губу. И правда. Едва ли верблюд имеет к моему похищению какое бы то ни было отношение, а вот Юстина – запросто! Кажется, этой девице позарез нужен жених, а я, словно кость в горле, занимаю единственную квоту. И зачем он ей сдался? Гуляла бы в девках да жизни радовалась!

– Вы мне, князь, сначала расскажите, кто такой этот Мряка, – осторожно попросила я, глядя на Белозора из-под опущенных ресниц.

Мне не хотелось вот так вот сразу признаваться в том, что это княжеская дочь меня едва на тот свет не отправила. Бог его знает, какая реакция будет у Белозара. Поверит ли? Какое бы дитя непутевое ни было, а отец его все равно любить и оберегать должен. А меня, к слову сказать, сберечь здесь некому. Я одна. Сама за себя.

– Мряка – существо ночное, дневного света как огня боится. Приходит к тем, кто кличет его перед сном. Тенью едва различимой в избу проскальзывает, да в кровать, под одеяло, забирается. Те, кто встречался с ним, говорят, что Мряка тяжелый, словно камень, и не шевельнуться. Он сверху укладывается, да крепко спит на груди человека до самого рассвета, пока петухи не запоют.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.