Виктория Сталь – Агентство паранормальных явлений (страница 11)

***

Мелисса медленно открыла глаза и сразу же почувствовала, как по всему телу прокатилась волна тошноты, горячая и обволакивающая. Мир вокруг словно покачивался и шатался, и ей показалось на миг, что комната накренилась, будто корабль, борющийся с раскатами штормового моря. От тяжести происходящего голова кружилась, и сознание словно плавало между реальностью и туманной зыбью кошмаров.Она оказалась в совершенно чужой, незнакомой комнате, освещённой лишь тусклым светом, исходящим из лампы, небрежно свисавшей с потолка. Потолок был низок, почти нависал над головой, создавая удушающую и гнетущую атмосферу. Стены были покрыты грубой зернистой штукатуркой с пятнами грязи и пыли, как будто это место давно заброшено и никто сюда не заглядывал уже много лет. Запах сырости и плесени смешивался с едва уловимым металлическим привкусом, который жёг ноздри и вызывал лёгкое головокружение.Её тело ныло от постоянной боли, каждый мускул был напряжён, словно натянут, а кожа на руках покрывалась множеством глубоких порезов и царапин, покрасневших и воспалённых. На щеках виднелись сухие дорожки от прошлых слёз, которые застыли под жёстким светом лампы, напоминавшим о бессонных ночах мучительных раздумий и страха.Мелисса почувствовала, что её руки и ноги прочно связаны, крепкие толстые цепи туго обвивали запястья и лодыжки, железные звенья прочно прикрепляли её к холодному, зачёрствевшему бетонному полу. Она лежала на животе, утыкаясь лицом в жёсткую гладь пола, и не могла повернуть голову. Через щели металлической двери, перед которой она лежала, доносились тяжёлые, медленные шаги – чёткие, размеренные, как бой сердца.Внезапно, беззвучно и словно тень, в комнату вошёл он – убийца. Его фигура была плотной, почти неразличимой в полумраке, он казался частью тёмной стены, холодным и беспощадным. Лицо его не выражало ни эмоций, ни сожаления – это была пустота, смертельное спокойствие. В его руках оказался пистолет, направленный прямо на Мелиссу, оружие блестело и казалось угрожающе реальным.— Доброе утро, Мелисса, - произнёс он монотонным голосом, делая шаг к ней. — Интересно, что ты чувствуешь сейчас?Мелисса молчала, крепко сжимая зубы, боясь выдать хоть малейшее проявление страха. Её сердце, тем временем, бешено колотилось, словно пыталось вырваться из груди наружу. Её тело наполнилось странным напряжением, будто электрический ток стремился пробежать по венам, охватить каждый нерв и взорваться наружу.— Что, испугалась? - усмехнулся убийца, пристально глядя на неё, словно изучая насекомое под микроскопом. — Не волнуйся, всё просто. Я лишь расскажу тебе, как весело провёл время с Алисой тогда.В сердце Мелиссы ледяным комом осела ужасная правда. Голубые молнии вспыхнули в её глазах, озаряющие мрак яркими вспышками гнева и боли.— Алиса долго кричала, - произнёс он с дьявольской усмешкой на губах. — Нескончаемо долго. Она умоляла, просила пощады. Плакала, молилась, ненавидела меня всем сердцем… Но я наслаждался каждым её криком, каждой слезинкой.Слова прозвучали словно выстрел – оглушающие, разрушительные, пронзающие тишину комнаты, заполняя её гнетущим ужасом. Внезапно из рук Мелиссы вырвалась голубая электрическая вспышка – молниеносный поток энергии ударил убийцу прямо в грудь. Он громко вскрикнул от резкой боли, сбросил оружие, и тот с громким лязгом упал на пол.Пламя охватило всё её тело, распространяясь как живое существо, окружая светящимся голубым свечением. Мелисса напрягла руки, и цепи, связывавшие её, вспыхнули синим пламенем, словно становились сделанными из нитей бумаги. Вдруг они лопнули с громким треском. Свободная, она вскочила на ноги, и в этот момент комната погрузилась в ослепительный, пронизывающий свет – смесь синего и белого, наполняющий пространство своей мощью.— Ты обещал, что я получу ответы, ублюдок! - её голос раскатистым эхом разнёсся по комнате, наполненный решимостью и яростью.Убийца, тяжело дыша, выглядел поражённым, ощупывая обожжённую грудь. Его лицо оставалось холодным, но глаза теперь выражали заинтересованность и недоумение.— О чём это ты? - спросил он, стараясь сохранить хладнокровие. — Я же говорил — она просто подвернулась мне под руку. Случайность. Просто неудача.Но Мелисса не собиралась отступать. Голубой огонь вырвался из её ладоней мощным взрывом. Убийца с отчаянной ловкостью увернулся, прыгнув в сторону, и стена за его спиной разлетелась на осколки и камни, заполняя пространство пылью и крошками бетона.— Я уничтожу тебя! - крикнула она, направив на него новый, яростный разряд. Но вновь убийца сумел увернуться, скользя в темноту узкого коридора.Из её рук вылетел голубой шар, уничтожающий всё на своём пути: машины и оборудование, стены и трубы — завод начал буквально разваливаться на глазах. Убийца метался, как рыба, пойманная в сеть, быстро блокируя её удары, стараясь выжить в этом хаосе.Внезапно земля под ногами Мелиссы начала дрожать всё сильнее. Кирпичи и балки, поддерживавшие крышу, осыпались вниз, завод стремительно погружался в разрушение. Ветер свистел, грохотали падающие стены, поднимались плотные облака пыли и мусора.— Я не позволю тебе убежать! - выкрикнула Мелисса, выпуская мощные языки голубого пламени из рук в сторону убегающего врага.Убийца усмехнулся, усиленно создавая вокруг себя магический щит, и подмигнул ей:— Ещё увидимся, Мел. Был рад повидаться.И в следующий миг он исчез так же быстро, как и разрушался завод – словно тень, растворившаяся в темноте.Завод рухнул, напоминая разрушенный карточный домик. Мелисса осталась стоять в центре воронки из обломков, окружённая голубым пламенем, дыша глубоко и тяжело. Она смотрела на завал из пепла и разрушений, осознавая, что количество вопросов только увеличилось, а ответы так и не были получены. Внутри неё закипала жажда истины и решимость довести начатое до конца.

***

Тяжелые, массивные двери агентства с грохотом распахнулись, и Мелисса влетела внутрь словно настоящая буря, взбудораженная и напряжённая до предела. Её появление сразу же привлекло внимание всех присутствующих — стройные ряды коллег, погружённых в рабочие дела, внезапно обратили свои взгляды к ней. Одежда Мелиссы, которую ещё недавно отличала аккуратность и строгий деловой стиль, теперь была изорвана в нескольких местах, словно свидетельствующая о прошедшей, через немало испытаний, битве. Грязь и пятна крови впитывались в ткань, а на руках и лице красовались свежие ссадины и следы побоев, которые говорили о том, что она только что пережила серьёзные трудности. В её глазах горел огонь неукротимой ярости и решимости, словно пламя внутреннего огня, которое не могло быть погашено никакими внешними обстоятельствами.Несмотря на отчётливую дрожь в теле — результат сильной усталости и боли, от которых ноги едва держали её тяжесть, — внутреннее чувство гордости и непоколебимости не позволяло Мелиссе демонстрировать какую-либо слабость или уязвимость перед коллегами. Казалось, что она одна борется с бурей, не уступая ни на шаг, несмотря на весь ужас и напряжение, которые ей пришлось пережить. Когда она шла по коридору агентства, каждый её шаг звучал как вызов судьбе.Том, который в этот момент находился неподалёку за столом, тщательно просматривая кипу документов и планируя сделать короткий перерыв, сразу же обратил внимание на резкий шум, нарушивший тихую рабочую атмосферу. Его голова мгновенно поднялась, и взгляд быстро переместился в сторону двери. Он заметил Мелиссу, влетевшую в комнату, и оценил её внешнее состояние целиком — промелькнула быстрая оценка всех повреждений, которые были очевидны на первый взгляд, а также попытка уловить скрытую за этим образом внутреннюю драму. В его глазах появилось крайнее беспокойство, смешанное с искренней озабоченностью. Том немедленно отложил бумаги в сторону, перестав обращать внимание на рабочие дела.— Мелисса? Что с тобой произошло? - с видимым напряжением и тревогой спросил он, его голос звучал быстро, словно он хотел как можно скорее получить ответ. Он встал из-за стола, делая шаг вперёд, намереваясь оказать поддержку и помочь любой ценой.— Ничего такого, с чем я не могла бы справиться, - с трудом выдавила она сквозь стиснутые зубы, стараясь не показывать, насколько тяжело ей сейчас было. Её голос был хриплым, пропитанным усталостью и досадой от необходимости объяснять ситуацию. Она пыталась сохранить самообладание, не позволяя слезам или тревоге овладеть собой.— Не говори таких глупостей, - твёрдо возразил Том, делая ещё один шаг навстречу. Его тон не оставлял места для возражений или споров. — Ты вся в синяках и царапинах. Это серьёзно. Я должен осмотреть твои раны, чтобы понять, насколько всё плохо на самом деле.Мелисса прикусила губу, пытаясь собраться с силами, чтобы ответить традиционным «я справлюсь сама», но внезапно накатившая волна головокружения заставила её пошатнуться и почти упасть, что не осталось незамеченным. Том отреагировал мгновенно — он тут же подошёл к ней, аккуратно подхватив под руку и поддерживая, проявляя заботу и внимание, которые раньше старался держать при себе и не показывать открыто.— Вот видишь? - мягко, но настойчиво произнёс он, удерживая её, не позволяя оставить ситуацию без внимания. — Пойдём в медпункт, и я осмотрю тебя. Это не займёт много времени, всего несколько минут, а тебе будет только лучше.В это время Геральд, расположившийся на стуле возле медпункта, молча прислушивался к их разговору. Он тихо хмыкнул, делая вид, будто ему совершенно неинтересно то, что происходит, и отвернулся к окну, будто пытаясь не вмешиваться в чужие дела. Однако внимательно следил за каждым движением Мелиссы краем глаза, словно оценивая обстановку и предугадывая предстоящие сложности, которые могут возникнуть. Его взгляд был холодным и проницательным.В медпункте Том осторожно и с вниманием усадил Мелиссу на длинную кушетку, покрытую мягкой искусственной кожей, которая слегка пружинила под её весом. Он аккуратно открыл аптечку, доставая необходимые медицинские средства и материалы для обработки ран. Его движения были профессиональными и отточенными, он делал это сотни раз, но при этом в глазах читалась искренняя тревога и глубокая забота о состоянии Мелиссы.— Рассказывай, что произошло, - твёрдо, но тихо настоял Том, начиная аккуратно протирать ссадины антисептиком, чтобы предотвратить возможное инфицирование и ухудшение состояния.— Не сейчас, - резко и твёрдо ответила Мелисса, стараясь сохранить дистанцию, которая позволяла ей держать ситуацию под контролем. — Позже. Сейчас я просто хочу прийти в себя.— Нет, - настаивал Том, внимательно глядя ей в глаза и не давая возможности отказаться. — Пока я не узнаю всю картину, я не смогу правильно оценить твоё состояние и предоставить необходимую помощь. Это важно — ради твоего же здоровья.После небольшой паузы, когда Мелисса глубоко вздохнула и собрала волю в кулак, она тихо, но чётко начала вкратце излагать события последних часов. Она тщательно опускала самые страшные, самые душераздирающие подробности, которые предпочитала оставить при себе даже в присутствии близких коллег. Только самые необходимые детали позволяли ей сохранить хоть какую-то целостность и не потерять контроль над собой.В процессе всей процедуры Том работал очень аккуратно, его пальцы касались кожи Мелиссы с удивительной нежностью и вниманием, несмотря на обязательную профессиональную отстранённость, которую он обычно демонстрировал на работе. Он молчал, позволяя именно своим действием говорить больше слов, показывая искреннее участие, поддержку и готовность быть рядом несмотря ни на что.— Спасибо, - наконец тихо произнесла Мелисса, когда обработка ран была закончена. В её голосе смешались усталость, благодарность и лёгкое облегчение. — Я справлюсь. Я в порядке.— Ты не в порядке, - тихо, но твёрдо и убедительно возразил Том, внимательно глядя ей в глаза. — Но главное, что ты вернулась к нам. Это самый важный факт. Мы здесь, чтобы помогать друг другу.