Виктория Штоколова – Кристалл Мироздания (страница 6)

– Давайте же начнем наблюдение за нашей загадочной спутницей и соседкой…, – он сделал полуоборот к ней и вдруг замолчал. Да, Эвенес Эмбор замолчал, прервавшись на полуслове, и Ники показалось, что он на мгновение просто потерял нить разговора. Но время шло, а учитель продолжал молчать. Что-то привлекло его пристальное внимание, но что? Луна? Звезды? Какое-то явление, которого они не видят? Эвенес Эмбор сосредоточенно вглядывался в небо. Ноника услышала:

– Быть этого не может.… Неужели сегодня? Неужели это произойдёт сейчас?

Или ей показалось, и он говорил что-то другое?

Все ребята в классе, вторя преподавателю, как истинные прилежные ученики, в унисон начали рыскать глазами по небесному своду, стараясь понять, что же привлекло пристальное внимание учителя, правда, не совсем понимая, что они вообще там ищут. Но Перди Понси, пухлый подросток в очках, любимчик Игнессии Бомбард, уже что-то деловито декларировал с умным видом небольшой группе ребят, которую он собрал вокруг себя. Конечно же, он первый смотрел в телескоп и тыкал своими крупными пальцами-сосисками в ночное небо в какую-то далёкую звезду, даже не замечая, что елозит рукавом по носу маленькой худенькой девочке стоявшей рядом. Да ко всему прочему уже успел натереть ей его докрасна. По всей его позе было понятно, что он первым хочет во всём разобраться и крайне ждет похвалы и одобрения, что аж выпрыгивал из своих коротеньких штанишек. Но всё же для успокоения и некоторой подстраховки он искоса поглядывал на учителя, стараясь понять, куда тот действительно смотрит, чтобы при необходимости можно было быстро скорректировать выбранное изначально направление и не попасть впросак перед всем классом.

Растерянно переглянувшись между собой, Ники Ноулс, Терри Амвилл и Вуджес Стоун мысленно пришли к единому выводу, что совершенно не понимают, что же столь интересное так молниеносно и всецело поглотило внимание Эвенеса Эмбора, и они по-прежнему продолжали дружно следить за ним, иногда переключаясь и отводя взгляд на темное небо. А тем временем звездочёт успел достать свою раздвижную подзорную трубу. Одной рукой он крепко сжимал её, да так, что костяшки его тонких пальцев успели заметно побелеть, и непрерывно всматривался в небо сквозь стёкла её увеличительных линз, а второй – что-то очень быстро и оживленно строчил в небольшом, но крайне увесистом кожаном блокноте, который, тут как тут, незаметно появился откуда-то из складок его широкого балахона. Он поместил книжку для записей на круглом столике-шпильке около панорамного свода и не замечал ничего, что происходило вокруг него.

Ребята вновь посмотрели на небосвод. Поначалу такой безоблачный, сейчас он стал затягиваться тучами, которые даже на ночном небе выглядели по-грязному серо и тяжело. Они тесно окружали луну, ютились рядом, но не решались подступиться ближе, как будто вокруг неё был очерчен невидимый круг-оберег, который они никак не могли переступить или нарушить. И тут друзья ахнули. Теперь им стало очевидно и ясно, что разглядел Эвенес Эмбор на ночном небосводе намного раньше них всех.

Луна начала меняться.

Удивительное искрящееся серебро красок по краям луны с молниеносной скоростью начало приобретать желтоватые оттенки, как вирус поглощает здоровые клетки организма, захватывая все большую площадь, так и желтый цвет с уверенностью двигался к самой её сути. Уже половина Луны окрасилась в тусклую жёлчь, и один лишь центр по-прежнему сохранял свою серебристость цвета, наподобие жемчужины. Луна, словно поблекшая золотая монета, прикрепленная кем-то на небосводе, меняла свой окрас и безмолвно таращилась на них. Желтизна заполонила все, и к тому моменту, когда на небе повис огромный жёлтый шар, Ники к своему нескончаемому удивлению, плотно граничащему с испугом, обнаружила, что это далеко не конец, а только начало необъяснимых метаморфоз. Теперь, это было точно видно, на Луне начали появляться, как вспышки, огненные пятна, она вдруг стала походить на бледно-жёлтое лицо чахоточной девы с больным пылающим румянцем на ней в виде кратеров. В душе поднималась волна животного страха и безумного волнения, тело ответило дрожью, сердце гулко забилось, стало трудно дышать, накатил приступ паники. Ника смотрела на эту давящую массу, и вдруг ей захотелось бежать, бежать как можно скорее, неважно куда, главное – подальше от этой ужасной всепоглощающей Луны.

Ники Ноулс схватила за руку Терри Амвилла и зашептала:

– Мне это не нравится. Как-то это всё очень странно, что вообще здесь происходит? Да ещё и Эмбор, посмотрите, он явно сам удивлен и испуган, не меньше нашего. – Она незаметно покосилась на него.

Терри молчал, как и все остальные, они действительно не знали, что и предполагать, одно точно, на душе у всех было скверно.

Ноника взглянула в телескоп, так как занимала уступленное ей центральное место для наблюдений и увидела на фоне отвратительной, больной Луны две яркие огненные вспышки, как будто звезды начали срывать с неба. Они стремительно пронеслись через желтый лунный диск, оставляя за собой полыхающий шлейф, и также быстро скрылись с ночного неба, как и появились.

– Метеоритный дождь! – вскрикнула Ноника.

– Что? – Терри от неожиданности подпрыгнул на месте.

– Сейчас был метеоритный дождь или кометы падали, даже не знаю!

– Сейчас? – Вуджес протер глаза и влез на место Ники, глядя в телескоп.

– Да, уже ничего нет, Джес, но когда я смотрела в трубу, то видела две яркие,…эээ, наверное, все же кометы, они пронеслись так быстро, что я не успела вас предупредить.

Ноулс огляделась по сторонам. Другие ребята из класса аккуратно разбились на группы и о чём-то тревожно перешёптывались, кто-то самостоятельно стоял около телескопа и заворожено смотрел в него. Ноника нехотя вновь взглянула на небо, воздух, набранный в лёгкие, застыл и остался там, дыхание перехватило, она не верила своим глазам – Луна вновь, уже в третий раз, сменила своё обличие, когда она успела? В какие доли секунды это произошло? На Ники Ноулс смотрела новая – багряная, красная, кроваво-алая Луна.

Выдернул всех из лунного гипноза громкий кашель Эвенеса Эмбора.

– Мне нужно срочно удалиться, – вымолвил он, лицо его сделалось бледным, как и костяшки на его руках, когда он изо всех сил сжимал смотровую трубу. – Запишите свои наблюдения о Луне в тетради и расходитесь по домам. Выходите через галереи Замка, там стража встретит и проводит вас по домам. – И он, не задерживаясь больше ни единой секунды, покинул астрономический зал. Слышны были только его шаги, гулко раздававшиеся в пустынном коридоре. Потом стихли и они.

Сначала все немного понаблюдали за Новой Луной, сделали заметки. Терри набросал парочку своих размышлений. Вуджес не стал ничего записывать, сказал, что не может собраться с мыслями. Ноника с усердием конспектировала, исписав несколько листов в тетради. Постепенно остальные ребята стали расходиться по домам, разбредаясь по бесконечным галереям Тампла.

Трое друзей стояли в стороне и тихо беседовали.

– Что это всё значит? – потирая лоб, будто хотела, чтобы голова стала быстрее соображать, задала вопрос в никуда Ника.

– Может быть, ты спросишь у папы? – Вуджес смотрел на Терри.

– Я могу попытаться, но вы же знаете, если он сам не захочет, то…, – Терри развёл руками, давая понять, что ничего не выйдет.

– Это всё Луна, я уверена, – деловито и как-то уж больно по-взрослому заключила Ноника. – Это Луна вывела Эмбора из себя, то есть из равновесия…, если честно она и меня кошмарно напугала, прям ужаснула, такого страха я в жизни никогда до этого момента не испытывала, – призналась она. Лицо было бледное, губы и те потеряли обычную, присущую юности нежную краску.

– Не могу сказать, что меня она прям, напугала, – надменно произнёс Джес и хвастливо выпятил грудь вперёд, но увидев ядовитую ухмылку на лице Ники, готовящуюся облечься в слова, поправился. – Но ты права, Ноника, с Луной сегодня было явно что-то не в порядке, сомнений нет. Только, скорее всего это как-то объясняется, ну же, ребят, подумайте!

Наверное, Вуджес был прав, и действительно это явление как-то объяснялось, но в данный момент, никто из них не знал точного ответа. Оставалось ждать. Спрашивать у Теодора Амвилла или, возможно, у Эвенеса Эмбора. Они не знали.

Пока Терри осознавал наверняка одно, нужно расходиться по домам, пока во дворце не хватились его и не стали искать. Он попрощался с друзьями и медленно побрёл к королевским покоям, несколько фигур в полной амуниции отделились из стройного охранного ряда, остерегающего классную залу, и молча примкнули к нему, но, не нарушая его круга комфорта. Терри ничего не сказал. Безусловно, его бесил и раздражал чрезмерный контроль, но таков указ короля. Стража, лязгая доспехами и звеня начищенным до блеска металлом, выставила в знак почтения скрещенные алебарды, приветствуя молодого наследника трона, когда те подошли к галерее, ведущей к королевским покоям. Молчаливые спутники Терри остались за массивной дверью снаружи. Дальше он последовал сам.

Терри направился к себе в комнату и уже прошёл больше половины пути, когда перед ним разлилась дорожка яркого света из распахнутого кабинета и из него послышались голоса отца и Эвенеса Эмбора. Он быстро шмыгнул за выступающую монолитную фигуру короля Элзора около открытой двери и внимательно прислушался.