Виктория Румянцева – Человек-ноль (страница 3)
Мысль о том, что каждое свидание с такой потрясающей девушкой может оказаться последним, делала страсть Стаса какой-то судорожной, что ли, невротической.
Однажды Кошка встретила «мистера Мажорика», как окрестил соперника Стас. Нет, родители того парня не обладали баснословными деньгами, но благодаря им у него были трехкомнатная квартира в центре, дорогая иномарка и подарки (в виде стиральной машины, например, или поездки за границу на день рождения), должность заместителя директора компании в двадцать с небольшим. Повезло ему!
Кошка отправилась с Мажориком зимовать в Тай.
Стас бухал, глядя на ее фотки в социальной сети.
Самым страшным после расставания для него был телесный голод. Парень порой просыпался с безудержным желанием и мыслью: «Хоть бы еще разок!»
Парень не соблюдал целибат (а уж когда снял отдельную квартиру… у-у-ух), но вот никто его не увлекал по-настоящему, как роковая бывшая. Наваждение какое-то!
Поэтому, когда Кошка позвонила через какое-то время, Стас обрадовался, точно щенок. Противно вспоминать. Да пристрелил бы себя за это!
– Я так скучаю, Стасон! Дэн (мистер Мажорик) с меня пылинки сдувает, обожает, а я все время вспоминаю о тебе! Это сильнее меня!
– Увидимся?
Они встречались раз с понятной целью. Стас предлагал Кошке уйти от Мажорика. У той возникли земные вопросы:
– Допустим, я это сделаю. И дальше что, Стасон? Опять будем доширайтиться?
– Я хату снял. Будем жить вместе.
– А платить пополам? – прищурилась девушка.
– Не. Я недавно на работу устроился. Потяну и один.
Придется ужаться в других расходах, но ничего, справится. Лишь бы Кошка была рядом!
– А сколько ты сейчас получаешь?
После того разговора Кошка пропала. Стас проклинал все на свете (и себя в том числе).
Цикл периодически повторялся.
Как-то ребята не виделись достаточно долго. Парень уже окончил университет, устроился на работу по профессии. Зарабатывал Стас не слишком много, но уже не «доширайтился». У него неожиданно появилась собственная квартира. Впервые в жизни повезло – блог матушки выстрелил. В том числе благодаря Стасу. Это он несколько лет назад посоветовал артистичной женщине вести страничку: «Тебе нравится сидеть в социальных сетях и эзотерика, а эти увлечения можно объединить и монетизировать!», придумывал сюжеты для забавных роликов, монтировал их. Некоторые залетали, что помогало Галине-Вселене набирать подписчиков. Потом матушка решила проводить марафоны. В какой-то момент они стали приносить очень хорошую прибыль! Матушка смогла заняться собой, поменять их замызганную двушку на приличную в другом районе и дала Стасу денег на первый взнос, чтобы тот смог взять квартиру в ипотеку.
Если парень и вспоминал о Кошке, то со жгучей ненавистью: шкура продажная! И только мысль, что он наставил рога этому мажорику Дэну, которому все упало с небушка, вызывала у него злорадство. Слаб человек, тщеславен.
У Стаса впервые после Кошки появилась девушка, которая его действительно заинтересовала. Произошла сцена из пошлого фильма: он гулял со своей зазнобой, остановился, чтобы ее поцеловать… и почувствовал на себе чей-то взгляд. Это была Кошка. Она шла под ручку со своим Дэном. Какая у него надменная отвратительная рожа! Так и хочется по ней съездить. Столько пафоса!
Бывшая уставилась на Стаса таким испепеляющим взглядом, словно застала за адюльтером законного супруга.
Все развивалось по знакомому сценарию. На этот раз Кошка была особенно сентиментальной. При встрече разрыдалась, обняв Стаса:
– Я так скучала! Больше не отпускай меня, Стасон! Я не могу без любви, погибаю!
Это было даже трогательно. Хотя страсть Стаса переплавились в болезненное чувство: и ненависть, и влечение. Когда в постели и обнять хочется… и придушить эту стерву, блин!
Кошка действительно ушла от своего мистера Мажорика и переехала к Стасу.
Идиллия длилась недолго. Дэн взревновал и стал возвращать бывшую девушку…
Через какое-то время Стас созерцал на страничке Кошки в социальной сети пост: девушка возвещала о помолвке, демонстрируя кольцо с брюликом (вроде) и ослепительно улыбалась.
Стас так разозлился, что на этот раз даже не бухал.
О, как сложно ему было избавиться от ярости!
Парень решил, что впредь будет строить отношения на другом фундаменте, не на затмевающем разум влечении. Тем более в конце оно оборачивается сжигающей ненавистью.
В его жизнь вошла старая знакомая, Мила Нежданова. Жизнь постоянно сталкивала их, но Стас упорно отказывался видеть в ней свою судьбу.
Они учились в одной школе, Мила была на два года младше. Барышня (ее хотелось назвать именно так) соответствовала своему имени: милая, в меру скромная, но не зажатая, начитанная, хорошо училась, с мальчиками не гуляла, краснела, когда слышала сальные шутки. Цветочек аленький! Потому Стас к ней и не подкатывал, хотя она всегда казалась ему привлекательной. С такой интима не будет, а тогда хотелось только этого. Впрочем, если Мила и согласится, то потом, после неизбежного расставания, проблем не оберешься: слезы, сопли, страдания. Она же такая чувствительная! У Стаса и без того жизнь была нелегкой!
Мила признавалась, что в школьные годы парень ее даже раздражал: озабоченный шут гороховый. Да парень и сам это чувствовал, хотя девушка и была с ним вежливой, как и со всеми.
Влюбилась Мила позже. История пробуждения чувств вышла весьма романтической!
Стас тогда учился в универе и подрабатывал барменом. Он любил теплыми летними деньками спускаться после смены к Волге и любоваться занимающимся рассветом. Было там одно уединенное местечко…
Вот как-то он пошел туда, а там уже сидела Мила и смотрела на пылающую над Волгой кровавую полоску.
– Что ты здесь делаешь в четыре утра?! – изумился парень.
– А-а-а, привет, Стас, – растерянно поздоровалась Мила, узнав его. – Да вот… захотелось совершить дикий и спонтанный поступок. Ничего более бесшабашного я не придумала.
– С чего это вдруг у тебя возникли такие желания?
– Юность проходит, – печально вздохнула девушка.
Стас расхохотался:
– Ну да, пенсия скоро, но ты посмотри на меня! Недавно девятнадцать стукнуло, а я еще бодрюсь, хотя уже песок сыпется, да и ревматизм замучил!
– Тебе лишь бы ерничать, Стас, – отмахнулась Мила. – Просто многие люди говорят, что 15-20 лет – самый важный и счастливый период в их жизни, который они вспоминают с нежностью или с затаенной грустью. Время роковых страстей, признаний, зарождения настоящей дружбы, а я над книжками чахну…
У Стаса вертелись на уме пошлые шутки (предложить Миле совершить действительно дикий поступок… прямо здесь, пока никто не видит), но он удержался. С этой девушкой не стоит. Не поймет она.
– А все-таки выпереться гулять в четыре утра – импульсивное решение, – вместо этого сказал парень. – Тебе повезло, что ты встретила меня, а не какого-нибудь маньячину.
– А это не одно и то же? – внезапно девушка заразительно рассмеялась. Стас не смог удержаться от улыбки.
И появилось что-то… человеческое.
Ребята впервые заговорили по душам, любуясь рассветом. Мила поведала ему о своих нехитрых проблемах. Стас умилился: видно, что эта девчонка не знала серьезных трудностей. Повезло ей! Миле так хотелось считать себя неординарной личностью. Она – мыслящая тростинка в мире, где клиповое сознание мешает смотреть вглубь.
Обычно Стас относился к таким из себя особенным и непонятым с неприязнью (и сам не мог назвать причину оной), но в ее случае это не раздражало.
– Мне уже семнадцать, а я так и не нашла в себе никаких особенных талантов. Да, я обожаю рисовать и неплохо пишу рассказы, сочинения, но до сих пор не ощутила в себе какую-то… искру, что ли. При этом кажется, что когда-то я была одаренной! Может, не в этой жизни. До чего несчастны недоталантливые люди, вроде меня. Они знают, что такое носить внутри Божью искру, но при этом уже не обладают ею! И чего-то все время не хватает.
Стас рассказал Миле о смерти отца, о необходимости зарабатывать… Обычно парень избегал разговоров по душам, отшучивался, после чего с ним и не откровенничали. Вот и славно! А тут само выболталось. Он отчего-то не хотел, чтобы эта девушка считала его поверхностным типом.
– Теперь мне стыдно за свои излияния, Стас, – сказала Мила, опустив глаза.
– Да вот еще! Ты не должна стыдиться того, что твоя жизнь была благополучнее моей! Радуйся, что у тебя есть возможность искать в себе таланты и рефлексировать. Поверь, Мила, ты не тратишь юность зря. Все так, как надо. В сорок лет ты скорее будешь тосковать по тому, как считала себя особенной, а не вспоминать, как искала приключений на свои вторые девяносто в четыре утра. Если хочешь весело провести время, а не с кем – мне звони. Не думай, я ни на что не намекаю. В парк сходим поболтаться, на карусели покатаемся, чизбургеры на берегу Волги пожрем!
Позднее Мила признавалась, что влюбилась в него именно в тот момент:
– Тогда ты открылся мне с другой стороны, Стас. Я увидела в тебе многогранную личность, а не балагура.
Стас тоже испытал к Миле какие-то чувства… доселе неведомые. Придя домой, он с сожалением осознал, что не узнал номер ее телефона. Впрочем, какая разница? Напишет девушке в социальных сетях!
Только потом, «на трезвую голову», парень стал судорожно искать поводы этого не делать: наверняка весь следующий год Мила будет готовиться к поступлению, времени гулять у нее не останется. Ну и вопрос интима. Наверняка она скажет что-то вроде: «А давай хотя бы год за ручку походим, чтобы я смогла тебе доверять!» Вот зачем Стасу такая запара? Впрочем, даже не имея склонности к самоанализу, он понимал истинную причину своего нежелания общаться с Милой: ему стало стыдно за свою откровенность. При воспоминании об этом появлялось болезненное чувство, от которого хотелось отгородиться, занавесить глаза веками, душу – шторами.