Виктория Романова – Рыцарь моих снов (страница 4)

— Уважаемый, а куда мы едем? — негромко спросила у него.

Карета остановилась. По лёгкому покачиванию догадалась, что кучер слезает со своего места. С замиранием сердца жду момента открытия двери. Кого я за ней увижу? Золотая ручка медленно опустилась вниз, заставив моё сердечко пропустить один удар от волнения. В салон проник тёплый уличный воздух, смешался с благородными запахами кожи и тонким ароматом мужского парфюма.

В тишину кареты нагло ворвались уличные шумы и голоса прохожих. Судя по наступившим сумеркам, было часов десять вечера. А это значит, что пробыла я в карете примерно час после того, как полицейские пытались усадить меня в машину.

На меня с добротой смотрел пожилой мужчина в старинном камзоле, расшитом в сине-красном цвете.

— Слава богу, с вами всё в порядке, — сказал он, — как вы себя чувствуете?

На секунду прислушалась к своим ощущениям. Вроде всё нормально, голова только болит от выпитого, и стресса от предательства мужчины. Очень хочется в душ, и укутавшись в домашний халат выпить чашечку кофе.

— Спасибо, всё хорошо. А как я здесь оказалась, и кто вы?

— Разрешите, я присяду напротив, и всё вам расскажу? — спросил он.

— Конечно, присаживайтесь. — отвечаю, делая приглашающий жест рукой.

Странно конечно, я здесь всего лишь незваная гостья, а у меня спрашивают разрешения.

Я с мольбой посмотрела на кучера.

— Ах да, — сказал он, - сейчас расскажу.

Я отвозил Марека домой, и по дороге назад, заметил вас. И как догнал молодой человек, и вы с ним стали что-то обсуждать, я тоже видел. Потом подъехала милиция, и ваш, так сказать мужчина, вас бросил, позорно сбежав. Вы упали в обморок.

Они стояли и смотрели, не пытаясь даже помочь. Я остановился, подошёл и предложил им отвезти вас в больницу, оплатил на месте штраф.

Я не знал, где вы живёте, поэтому мы катаемся вокруг места, где я вас подобрал. Вот и вся история.

Я с благодарностью посмотрела на мужчину. В душе поднялось щёмящее чувство от его доброты, за которую я никогда не смогу ему заплатить.

— Вы спасли меня от жуткой участи оказаться в клетке с ворами и пьяницами. Не думала что на земле ещё остались люди с такой доброй душой. Я обязательно верну вам деньги за штраф. — сказала ему. — Только скажите, как мне вас найти. И давайте, без “Вы”, я себя от этого перед вами неуютно чувствую. Вы меня спасли, вы меня старше, вам можно на “Ты”.

Кучер посмотрел на меня, сказал:

— Не надо мне ничего возвращать. Я сделал это потому, что мне не нравится, когда бросают женщин в беде. Становится стыдно за мужчин. Лучше, купи пару килограмм моркови, и приходи угощать моих лошадок: Генриетту, и Матильду. — ответил он. — Мы за городом, в доме-музее графа Юханссона, знаешь где это?

— Да, знаю. Завтра вечером приду, часиков в семь.

— Ну и хорошо. Будем ждать. Тебя куда отвезти? Далеко мы сейчас от твоего дома? — заботливо спросил кучер.

— Да нет, вон он, — я указала на высотку недалеко от нас. — Я пройдусь. Ещё раз спасибо вам, за моё спасение.

Вышла из кареты. Вздохнула полной грудью. и увидела на обочине пешеходной дорожки, котёнка.

Маленький, пушистый, такой беззащитный под фонарным столбом. Он жалобно мяукал, провожая взглядом проходящих мимо людей, но никто не останавливался. Его голосок был так похож на плач потерявшегося ребёнка — тонкий, отчаянный, полный надежды, которая таяла с каждой секундой.

Я замерла, глядя на него сквозь пелену слёз.

Босиком, растрёпанная, в разорванных мыслях и растоптанной душе — я смотрела на это маленькое существо, и вдруг поняла что-то очень важное. Мы были похожи. Оба потерянные. Оба брошенные. Оба не понимающие, почему мир вдруг стал таким холодным и чужим.

— И тебя бросили? — прошептала я, приседая перед ним на колени, прямо на холодный асфальт.

Котёнок посмотрел на меня. В его глазах — огромных, зелёных, мокрых — плескалась такая же боль, как в моём сердце. И надежда. Отчаянная, последняя надежда, что кто-то всё-таки остановится.

На нём был розовый ошейник — явно дорогой, с украшением в виде подвески, похожей на жемчужину. Но жемчужина была раздавлена, расколота пополам. Осталась только одна половинка.

Как и моё сердце.

Котёнок снова жалобно мяукнул и сделал шаг ко мне, прямо в мои ладони.

Я взяла его на руки — тёплый, дрожащий комочек, — прижала к груди и зарылась лицом в мягкую шёрстку. И мы заплакали вместе. Я — над своими разбитыми мечтами, над предательством, над тремя месяцам пустой охоты. Он — над своим одиночеством, над хозяевами, которые не пришли, над миром, который стал слишком большим и страшным.

Но теперь нас было двое.

И от этого почему-то стало чуть легче. Хотя бы самую капельку.

О боже! Наверное, ванну изобрели в раю! Я стояла под горячими струями, вдыхая пар, смешанный с ароматом пены, и чувствовала, как вода смывает не только грязь этого вечера, но и боль. Медленно, по капле. Горячая вода обжигала кожу, пена пахла лавандой и обещанием покоя, и я позволяла себе просто стоять и ни о чём не думать.

Котёнок — я назвала его Констанцией, потому что имя показалось красивым и благородным, — сидел на закрытом сиденье унитаза и внимательно наблюдал за мной. Иногда он мяукал, как бы спрашивая: «Ты в порядке?», и я улыбалась сквозь пар.

— Всё хорошо, малышка, — шептала я. — Всё хорошо. Теперь мы вместе.

Горячая вода и пена — это всё, что нужно измученной женщине, чтобы привести в порядок тело и душу. Напряжение последних часов уходило вместе с водой в слив. Мышцы расслаблялись, мысли перестали метаться истерзанными птицами. Снова захотелось жить.

Я вытерлась пушистым полотенцем, накормила Констанцию чем нашлось в холодильнике — немного варёной курицы, — постелила ей в коробке из-под обуви и рухнула в кровать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.