Виктория Рогозина – Попробуй сбежать (страница 95)

Калеб рассмеялся. Слишком громко. Слишком резко.

— Забавно, — протянул он, разводя руками. — Этот дом… он навевает столько воспоминаний. Помнишь, Давид? Здесь ты впервые сказал, что я — ошибка.

Давид даже не моргнул.

— Это единственная недвижимость, которая у тебя оставалась, — сказал он ровно. — После сегодняшнего вечера не будет и её.

Улыбка Калеба дёрнулась.

— Почему? — почти выкрикнул он. — Почему ты так жесток к собственному брату? Почему какая-то девчонка не нашего круга вдруг становится важнее семьи?

Давид чуть наклонился вперёд, его голос стал ниже, холоднее.

— Ты не поймёшь.

Калеб нервно рассмеялся — смех был рваным, болезненным, будто что-то внутри него окончательно треснуло.

— Знаешь, что самое смешное? — он шагнул ближе. — Я ведь могу всё исправить. Просто убью её. И снова стану семьёй. Тем, кто протянет тебе руку помощи, когда ты останешься один.

Он резко выхватил пистолет, направив его на Ванессу. В тот же миг Давид сделал то же самое. Без суеты. Без эмоций. Ствол его оружия смотрел точно в грудь младшему брату. Время застыло. Воздух стал плотным, вязким. Ванесса слышала собственное дыхание, чувствовала, как рука Давида обняла её за плечи — крепко, надёжно, словно он вжимал её в себя, закрывая от всего мира. Почему-то не было страшно.

— Калеб, — спокойно сказал Давид. — Ты всегда делал неверный выбор.

Палец Калеба дрогнул на спуске.

— Ты думаешь, она того стоит? — прошипел он. — Думаешь, она не сломает тебя так же, как другие?

Давид даже не взглянул на Ванессу. Но его рука на её плече стала ещё крепче.

— Она — единственная, ради кого я не промахнусь.

Ладонь легла на глаза Ванессы в ту же секунду, когда грохнул выстрел. Глухо. Коротко. Окончательно. Она даже не вздрогнула. Дыхание не сбилось, сердце не сорвалось в бег. Ладонь была крепкой, тёплой — якорем в реальности. Давид держал её так, словно заранее знал: ей не нужно падать, не нужно закрываться самой, не нужно бояться.

— Закрой глаза, — спокойно сказал он, притягивая её за талию назад. — Тут не на что смотреть.

Она послушно зажмурилась. Внутри было пусто и ясно. Она знала — он не промахнулся. Давид никогда не промахивался. Ни в делах, ни в решениях. Сожалений не было. Где-то рядом раздались шаги, быстрые, отрывистые. Чужие голоса — короткие приказы, отрывки фраз, деловой тон людей, для которых смерть была не событием, а задачей. Кто-то говорил по рации, кто-то отдавал распоряжения. Всё это проходило мимо, как фон. Для Ванессы существовал только Давид. Он вёл её уверенно, не давая споткнуться, не ускоряясь и не замедляясь. Его ладонь по-прежнему лежала у неё на талии — собственнически, защищая. Когда холодный вечерний воздух коснулся кожи, она поняла, что они уже на улице.

Дверца машины захлопнулась. Только тогда она открыла глаза. Салон был полутемным, пах кожей и металлом. Давид сел за руль, завёл двигатель. Всё было… обыденно. Почти спокойно.

— Думаю, — ровно сказала Ванесса, глядя перед собой, — лучше поселиться во втором варианте.

Давид усмехнулся краем губ, не отрывая взгляда от дороги.

— Документы уже оформляют, — ответил он. — Через несколько дней можно переезжать.

Машина мягко тронулась. За окном тянулись огни, ночной город жил своей жизнью, будто ничего не произошло. Некоторое время они ехали молча. А потом Ванесса повернула голову и тихо спросила:

— Тебе его не жалко?

Давид не ответил сразу. Пауза была длинной, осмысленной. Он словно позволил вопросу лечь туда, где ему было место.

— Калеб давно выбрал свой путь, — наконец сказал он. — И не в первый раз пытался просто отнять то, что мне дорого.

Он побарабанил пальцами по рулю.

— Бизнес я мог бы простить. Деньги, влияние, даже предательство. — Давид повернул на пустынную дорогу. — Но угроза моей жене карается смертью.

Он посмотрел на неё — коротко, внимательно.

— Всегда.

Ванесса кивнула. И впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему в безопасности. Давид привычно потянулся за сигаретой, не отвлекаясь от дороги. Щёлкнула зажигалка, огонёк на мгновение осветил резкие черты лица. Он приоткрыл окно и выдохнул дым наружу, позволяя ночному воздуху унести его прочь.

— Я дал Калебу всё, — сказал он спокойно, без злости, скорее констатируя факт. — Бизнес. Несколько объектов недвижимости. Старт, о котором многие могут только мечтать.

Он сделал паузу, затянулся снова.

— Но бизнес схлопнулся. Он не потянул. Деньги утекли, обязательства остались. Недвижимость он начал продавать, одну за другой, чтобы просто держаться на плаву. А потом к нему пришла Мириэн. С идеей избавиться от тебя.

Ванесса молча смотрела в окно. Огни трассы растягивались в длинные полосы, и в этом движении было что-то гипнотическое. Она переваривала услышанное, собирая картину заново — уже без иллюзий.

— Как ты понял, что Калеб замешан? — наконец спросила она, не отрывая взгляда от дороги.

Давид чуть повернул голову, наблюдая за ней боковым зрением.

— Сегодня. После твоих слов. — Он снова выдохнул дым. — Когда ты сказала, что Калеб сам подошёл к тебе в кафе и упомянул шрамы. Это было… лишнее. Он не мог знать деталей.

Он усмехнулся, коротко и холодно.

— Я дал команду проверить его. Всё. Счета, контакты, перемещения. Формально — чисто. Ни одного прямого следа. Но риэлтор… — Давид хмыкнул. — Деньги творят чудеса. Её прижали аккуратно, и она сдала его быстрее, чем успела испугаться, потому что должна была заманить тебя сюда, чтобы Калеб завершил свой план.

Ванесса замолчала. Несколько секунд в салоне было слышно только ровное урчание двигателя.

— Получается, — тихо сказала она, — ты отомстил всем.

Давид выдохнул дым, посмотрел вперёд.

— Получается, что так.

Она повернулась к нему. В полумраке салона её глаза блеснули.

— Тогда тебе нужно бросить курить.

Он бросил на неё вопросительный взгляд, приподняв бровь. Ванесса не отвела глаз.

— Потому что я хочу здоровых детей.

Несколько секунд он молчал. Потом усмехнулся. Не отводя глаз от дороги, Давид щёлкнул пальцами и выбросил сигарету в приоткрытое окно.

— Если ты так ставишь вопрос, то… — сказал он спокойно.

Эпилог

Ванесса вошла в особняк почти вприпрыжку, даже не разуваясь сразу, и, распахнув двери шире, звонко крикнула вглубь дома:

— Я дома! Теперь я дипломированный специалист!

Её голос разнёсся по холлу, отразился от высоких стен, и почти сразу на лестнице появился Давид. Он спускался неторопливо, на ходу снимая часы, но в глазах уже было то самое тёплое внимание, которое он позволял себе только дома. Подойдя ближе, он обнял её одной рукой за талию, притянул к себе.

— Прости, что не встретил, — сказал он негромко. — Переговоры затянулись.

И, не давая ей ответить, наклонился, целуя — коротко, но так, что от этого поцелуя у Ванессы мгновенно растаяла усталость дня.

— Может, отметим? — спросила она, улыбаясь, всё ещё держась за его пиджак. — Совсем чуть-чуть.

Давид усмехнулся.

— Я уже забронировал столик. — Он посмотрел на неё внимательно, словно смакуя момент. — Тем более есть ещё один повод. Тебя берут в гастрольный тур. Вместе с «Идолом» и «Эскапизмом».

— Что?!

Ванесса радостно подпрыгнула, вцепилась в его плечи, не сдержав восторга. Давид даже не пошатнулся — просто легко подхватил её на руки, будто она ничего не весила.

— Ты серьёзно?! — засмеялась она, обнимая его за шею.

— Абсолютно.

— Это… — она перевела дыхание, прижалась лбом к его виску. — Это так хорошо, что всё случилось сейчас, а не позже.