Виктория Рогозина – Попробуй сбежать (страница 88)

— Сделай так, чтобы они больше никогда нам не помешали. Серебрянниковых не должно быть. Схемы всё те же.

Без деталей. Они были не нужны. Деймос кивнул один раз. Чётко. Принял решение как приказ, а не как моральный выбор.

— Понял.

Он развернулся и ушёл по коридору, шаги растворились в тишине. Давид остался один. Докурил, затушил окурок о металлическую урну. Достал телефон. Имя «Ванесса». Гудок. Второй. Третий. Тишина. Он сжал челюсть, сбросил вызов, тут же набрал снова. Ответа не было.

— Чёрт… — выдохнул он сквозь зубы. Пальцы на секунду замерли над экраном, потом он выбрал другой контакт.

— Фобос.

— Да, — ответили почти сразу.

— Где она? — без предисловий.

— В гостинице. В своём номере. Одна, — короткая пауза. — Даже Лирмана выгнала. Сказала, что хочет побыть одна.

Давид прикрыл глаза. На миг. Слишком много всего навалилось разом.

— Ясно, — сказал он и уже собирался сбросить вызов.

— Давид, — неожиданно добавил Фобос.

— Что? — раздражённо.

— Не лезь к ней сейчас. Дай ей остыть.

Давид замер.

— Она только вернула память. Это удар, — спокойно продолжил Фобос. — Информация, эмоции, прошлое — всё сразу. Если ты сейчас начнёшь давить, она закроется.

— Лирман пытается увести её у меня, — процедил Давид. — Ты это понимаешь?

— Понимаю, — так же спокойно. — Но не уведёт. Ванесса всегда была с характером. Если уйдёт — значит, сама. А если останется — тоже по собственной воле. Ей нужно время.

Тишина повисла между ними.

— Ты сегодня слишком разумный, — мрачно сказал Давид.

— Это моя работа, — хмыкнул Фобос. — Иногда быть совестью.

Давид скривился, но всё же выдохнул:

— Услышал. Советчик хренов… и совесть такая же.

Он сбросил вызов, постоял ещё секунду, потом направился к выходу. Через полчаса его машина уже неслась по ночной дороге, оставляя за спиной город. Особняк встретил тишиной и темнотой. Дом без неё был пустым. Слишком большим. Слишком холодным.

Давид вошёл внутрь, закрыл за собой дверь и впервые за долгое время почувствовал не злость и не ярость — а ожидание. Тяжёлое. Непривычное. Он дал ей время. Но ровно на столько, на сколько был способен.

Глава 115

Ванесса лежала на широкой гостиничной кровати, утонув в белых простынях, которые почему-то казались холоднее обычного. Свет был выключен, только город за окном жил своей ночной жизнью — редкие отблески фар скользили по потолку, будто чужие, равнодушные мысли.

Она смотрела в темноту и снова, в который раз, прокручивала перед глазами одну и ту же сцену. Ресторан. Приглушённый свет. Давид — напряжённый, холодный. И Мириэн. Как она опустилась на колени. Прямо там. У всех на виду. Слишком уверенно. Слишком демонстративно. Будто знала, что делает. Будто имела на это право.

— Зачем… — прошептала Ванесса в пустоту.

Вопросы рвались один за другим, не давая ни секунды тишины. Почему они были там вместе? Почему Давид вообще позволил этой встрече состояться? Если всё в прошлом — зачем было давать ей даже шанс? А если не в прошлом?..

Мысль о договорном браке всплыла снова, болезненно, как заноза. Глупо. Рационально. Выгодно. Всё то, что так хорошо вписывалось в мир Давида и так плохо — в её.

«Может, она всё-таки что-то для него значит?»

«Может, я просто удобный эпизод?»

«Может, память вернулась — а место рядом с ним уже нет?»

Боль накатила внезапно, без слёз, без истерики — тупая, глухая, разливающаяся где-то под рёбрами. Она даже не могла толком объяснить себе, почему так больно. Не ревность — слишком просто. Не страх — слишком привычно.

Скорее осознание, что она снова стоит на краю — и не знает, сделает ли шаг он… или она сама отступит. Телефон на тумбочке завибрировал. Имя на экране она не смотрела — и так знала. Давид. Ещё раз. И ещё.

Ванесса отвернулась, прижала ладонь к груди, будто могла удержать там этот хаос. Она понимала: если ответит сейчас — сорвётся. Скажет лишнее. Услышит лишнее. А может — не услышит того, что ждёт.

— Почему так больно… — тихо сказала она, словно он мог её услышать.

Ей нужно было время. Разобраться, где в этой истории она — настоящая. Не жена задним числом. Не жертва. Не инструмент в чужих играх. А просто Ванесса. И тишина номера впервые за долгое время стала для неё не пустотой — а убежищем. Она продолжала лежать, уставившись в потолок, где тени от ночных фонарей медленно скользили, ломались, снова собирались. Мысли крутились по кругу, как заевшая пластинка, но в этом круге вдруг проступала странная ясность.

Давид никогда ей не лгал. Она знала это так же точно, как знала вкус кофе по утрам или звук собственного дыхания в тишине. Он мог умалчивать. Мог действовать за её спиной. Мог решать вместо неё — да. Но врать? Нет. И уж точно не предавать. И он никогда не просил доверять ему. Он просто делал так, что ему доверяли. Делами. Выбором. Риском.

— Тогда что не сходится?.. — прошептала Ванесса в темноту.

Если бы Мириэн что-то значила… он не тратил бы год на поиски. Не рвал бы кланы. Не делал бы её своей женой, даже задним числом, чтобы защитить. Это было бы нелогично. А Давид был кем угодно — жестоким, опасным, безжалостным, — но не нелогичным. И всё же картина из ресторана стояла перед глазами слишком чётко. Колени. Платье. Его застывший взгляд. И она — Ванесса — на пороге, лишняя.

Стук в дверь прозвучал неожиданно резко. Она вздрогнула, медленно выдохнула.

— Открыто, — сказала негромко, не поднимаясь.

Послышались шаги. Уверенные. Чуть тяжёлые. Эрик. Он вошёл в спальню, остановился, провёл ладонью по волосам, взъерошив их ещё сильнее, будто пытался привести в порядок собственные мысли.

— Я так и думал, что ты не спишь, — сказал он и посмотрел на неё внимательно, без обычной лёгкой улыбки.

Ванесса повернула голову.

— Ты что-то хотел? — спросила ровно.

Он подошёл ближе, но не сел сразу, будто колебался.

— Да, — наконец сказал он. — И, кажется, обязан это сказать.

Она приподнялась, села на кровати, подтянула колени, машинально укуталась одеялом.

— Говори.

Эрик сел напротив, опершись локтями о колени. Несколько секунд молчал.

— Я поступил подло, — сказал он прямо. — Осознанно.

Ванесса нахмурилась.

— В каком смысле?

Он поднял на неё взгляд.

— Я привёл тебя в ресторан именно в тот момент. Знал, что там будет Дзержинский. Знал, что встреча будет напряжённая. И… — он сделал паузу, — я хотел, чтобы ты увидела это. Хотел, чтобы ты видела Мириэн рядом с Давидом.

Ванесса медленно вдохнула.

— Ты хотел, чтобы я усомнилась в нём, — произнесла она не вопросом, а утверждением.

Эрик кивнул.

— Да. Потому что хотел, чтобы ты осталась со мной. А не вернулась к нему.

Тишина в номере стала плотной, почти осязаемой.

— Ты понимаешь, что это… — она запнулась, — низко?

— Понимаю, — не стал оправдываться он. — И всё равно сделал.