Виктория Рогозина – Бабская религия о принце на белом коне (страница 41)

— Кстати о транспорте. Идти надо, а то метро скоро закроют, — Кощей первым поднялся с земли.

Миновав широкий мост по пешеходному тротуару и оставив позади себя гостиницу Балчуг, перешли дорогу, еще один небольшой мост и наконец-то вошли в стеклянные двери станции метро Новокузнецкая. Кстати в своей сумке мне удалось-таки откопать проездной и я с удовольствием приложила его к панели, пропуская сначала мужчин, а после и проходя сама. Уже не было того иступленного чувства радости. Я смотрела на некогда свой привычный мир и думала о том, как и когда вернусь обратно… в сказку.

Я оглянулась на отражение в стекле двери вагона и не узнала себя. Создавалось впечатление, будто в этом мире для меня больше нет места, выпала из него навсегда, и теперь сама являюсь сказочной героиней, которая не существует здесь, в Москве. И вроде бы я раньше смотрелась вполне органично, но сейчас… Красный длинный старинный с шикарной золотой вышивкой сарафан, белая рубаха с великолепным кружевом, ручная работа. И рядом со мной маленькой низенькой (заниженный тыгыдык⁈) статный высокий Кощей Бессмертный в кожаной куртке и джинсах. Белые глаза с необычным зрачком не мигая следят за мной в отражении и я вижу, что байкер пытается предугадать мои мысли, но это невозможно. Так странно любить того, кого все считают главным злодеем русских народных сказок. Я могла бы развить дальше эту мысль, объемнее и более подробно, но просто не захотела. Зачем, если мне нравится, как я выгляжу рядом с Кощеем⁉ Мне нравится, как я себя ощущаю рядом с ним, кем становлюсь. Я определилась с миром, остальное лишь дело времени.

Квартира Кощея оказалась по московским меркам скромная, без особого неприлично дорогого дизайнерского ремонта. Обычная студия.

— Герцог, диван займешь, а мы на полу переконтуемся, — отточенным движением бросая ключи на тумбочку произнес Кощей, подавляя зевок.

Меня дважды просить не надо. Я так устала, что рухнула спать без задних ног и мыслей, отказавшись даже от еды. Ничего не снилось.

А вот утром я проснулась рано, а вот мужчины так и не ложились. Финист был так впечатлен новым миром, что забрасывал Князя Тьмы тысячей и одним вопросом. Так он за ночь познал силу интернета, вай-фая, ноутбука и «Эппл Вотч». Сильно.

— Наверное я казался тебе совсем дремучим, — Финист грустно улыбнулся, наблюдая как кофемашина делает трехслойный напиток.

— Нет, — я спокойно пожала плечами. — Просто мы родились и росли в разных условиях. Я избалована этим временем, этим миром.

— Кстати, ты видела, что у тебя продажи сказок очень сильно скакнули вверх? На каждую историю больше тысячи комментариев и почти все хорошие, — равнодушно отозвался Кощей.

Я несильно прикусила нижнюю губу. Это была моя мечта. Я так за нее боролась, зубами грызла гранит науки и не только. А что теперь? Я не испытывала ни чувства счастья, ни ликования. Только усталость.

— Ура-а, — вяло и совершенно убито протянула я.

— Ты же к этому так долго шла? — Бессмертный пристально буравил меня своими удивительными глазами.

Я вздохнула.

— Знаешь, я… — подумав, набрала воздуха в грудь и неспешно пояснила. — Я такое количество сил и денег бросила в раскрутку. Я работала не покладая рук, надеясь, что меня заметят. И вот это ничтожный результат в сравнении с потраченными усилиями. Вот честно, думаешь легко написать книгу?

— Не представляю, — мужчина склонил голову набок. — Я даже в общем не представляю, как это делается.

— Расскажи, поделись кручиной, — поддержал Финист.

И тут я поняла, что меня прорвало. Впервые за долгие-долгие годы я готова была рассказать все, что меня так сильно беспокоило и волновало на литературном поприще. Вот она обратная сторона внешнего спокойствия. За все время я даже не представляла насколько меня это все допекло, когда слов приличных уже не оставалось, а решения проблемы даже не наклевывалось.

— Ну а как так? Основной доход забирают любые организации. Любые. И только авторы остаются ни с чем. Что это за фигня такая, когда писатель в лучшем случае получает процентов тридцать от продажи своей книги, и это в самом лучшем варианте.

Меня было уже не остановить.

— И чего уж неделю ничего нового от тебя не вышло⁈ А я что, штампую эти книги, как пирожки горячие? Нет, мне тоже нужно время, чтобы придумать, взять и оформить идею, разобрать ее, героев, сюжетные ходы, порыть информацию в особых случаях, написать, дописать, отредактировать, перепроверить. А потом с меня попытаются содрать денег за редакцию, коррекцию, макет, обложку, продвижение, буктрейлер, озвучку…

Я говорила и говорила, много, упорно и, видимо, позорно. Мужчины меня не перебивали, лишь иногда уточняя те или иные аспекты литературных будней, сочувствуя искренне, со всей душой.

— А она мне такая заявляет: «Позор тебе и твоей рукописи». Типа смирись, подчинись и удавись, по всей видимости. Нет, ну какова наглость⁈

Финист Ясный Сокол пододвинул ко мне новый напиток, а Кощей Бессмертный приготовил многослойный бутерброд и достал из холодильника пирожное. Я даже не заметила, как весь этот разговор перетек в активные возмущения о работе.

— И прикиньте, они вообще заявляют, присылай свою фотку детскую. С какого это? Личная информация и все дела, а их видите ли даже трудовое законодательство не беспокоит, — сделав большой глоток, продолжила. — Я вообще ненавижу, когда моим личным временем распоряжаются. А в этой компании вообще очень любят пользоваться личными вещами сотрудников: телефоны, время, компьютер, личная информация. На телефон сразу посыпался спам, рассылки, бесконечные звонки, которые вот вообще мне не уперлись. Хотите, чтобы я с вами была на связи — выдавайте рабочий телефон и вопросов не будет. А они всякие тестирования собственных внутренних систем делают через телефоны сотрудников.

Сделала большой глоток, промочив горло, и продолжила, с большим пылом, чувствуя, как внутри все кипит и негодует.

— А потом начинают мониторить соцсети, просить, чтобы за «просто так» им что-нибудь написала, мол ты ж писатель. В мои выходные то звонки с работы, то просьба поменять график, то вообще требуют приехать на какие-нибудь мероприятия…

Белые глаза Кощея Бессмертного с вертикальным зрачком все это время смотрели на меня внимательно и даже сочувствующе. Знаю, он от меня этого всего не слышал раньше. Я вообще стараюсь не грузить людей своими проблемами, скрываю, отмалчиваюсь или отшучиваюсь. Так проще жить, лишний повод не разочаровываться, когда дорогой и близкий для тебя человек вдруг не отреагирует так, как ожидаешь. Не знаю почему именно сегодня так получилось. Подозреваю, что сработал внутренний тумблер и включилась непомерная жалость к себе. Почему-то Василиса Прекрасная мне казалась красивой, более привлекательной и… Не хотелось вновь быть обманутой, не хотелось разочаровываться. Мне с головой хватило прошлых отношений, они на раз отключили во мне опцию верить мужчинам. Нет ничего хуже и никчемнее мужской подлости, трусости и мелочности.

— А толку? Меня все равно будут осуждать до конца жизни за все, — на глаза начали наворачиваться слезы. Я их стерла тыльной стороной ладони. Я сильная. Я все могу сама. Мужчины научили меня самостоятельности. Я могу о себе позаботиться, я люблю себя и ни на кого не надеюсь. Я даже не стала ждать, когда меня спасут из плена… я так и не научилась доверять. Сложно.

Кощей обнял меня за плечи и как только я замолчала, мягко произнес:

— Тебе пришлось очень тяжело, Герцог. Но ты не одна. Ты больше не одна в этом мире.

— Мы поможем. Все что потребуется, — пылко заверил Финист.

И я заплакала. Почему-то вспомнилось как я поняла, что умерла моя любовь в первый раз. Я правда испытывала очень сильные чувства к тому абьюзеру, с которым связалась. Принимала его достоинства и недостатки, никогда не пыталась переделать под себя. Понятное дело, что отношения не были идеальными, я старалась анализировать и работать над ними. И вот он пришел с работы, мы поужинали, легли в постель. Он смотрел ролики в телефоне, а мне очень захотелось его поцеловать. И вот я целую, ласково, нежно, чтобы он понял, как дорог мне, но он не отвечает. Вместо этого лишь плотно сжимает губы. И все. Я помню это странное чувство, будто в сердце вонзили нож и становится так обидно. И хочется кричать от этой боли, но ты лишь отстраняешься, из разряда «не хочешь, ну и ладно», а внутри тебя все вопит, пытается сорвать безупречную маску безразличия на твоем лице. Именно тогда я подумала о том, что не хочу больше связывать себя с кем-либо. Мне нормально и одной. Я помню, как горло болезненно сдавило от слез, но плакать было нельзя. И я не хотела, чтобы мне когда-либо снова стало так плохо, обидно. Да, мы расстались через некоторое время. Я помню… конечно я помню, как в один день стала жизнерадостным человеком, вечно отшучивающимся, тусующимся… но где-то в глубине души все равно надеющимся на любовь. И кто бы мог подумать, что я попаду в другой мир, в котором встречу сказочного героя, который не станет вешать лапшу на уши.

Не знаю, что видел Кощей, глядя на меня. Но в нем я видела надежду. Надежду на то, что меня могут любить и любят. Просто так, за то, что я есть. Я не самый лучший человек, во мне куча комплексов и недостатков, намешано так сказать и черное, и белое. Меня ведь могут любить⁈ Правда⁈ Могут, еще как могут. Кощей Бессмертный живое тому доказательство. Да и Финист Ясный Сокол — как он обрадовался вновь встретившись со мной, да и замуж звал. Значит ли это, что я хороший человек⁈ Не знаю, ведь это относительно — то, что для одного неприемлемо, другой может меня любить за это. Как в случае с Кощеем — его боятся. Уважают, но бояться, ведь он главный злодей этого мира. Но кто всерьез разбирался в ситуации, кто узнавал его как человека, как личность⁈ Я полюбила его искренне, всей душой. Грозный, спокойный и решительный. Он человек действий, а не слов. Умеет выслушать и поддержать, готов признать свою неправоту. С тех пор как я вернулась, мы больше ни разу не ссорились, жизнь наладилась, мы притерлись достаточно быстро, бытовуха не тяготила. Я помню, как на работе Марина рассказывала про отношения и сожительство, но я понимала, что всех ошибок мы избежали. Единственный раз недопонимание — мы сделали вывод. Два умных человека, мы могли двигаться дальше, не допускать прежних ошибок, развиваться. Но мысль снова зацепилась за мой несостоявшийся творческий путь.