Виктория Рогозина – 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера (страница 18)

Антон прищурился.

— Это ещё что было?

— Документы, — спокойно ответил Демид.

— Кому?

— Аварии.

Антон тихо хмыкнул.

— И зачем?

Демид откинулся на спинку дивана и слегка улыбнулся.

— Просто к слову пришлось.

Антон скептически посмотрел на него.

— Ну конечно.

Демид спокойно продолжил, словно речь шла о чём-то совершенно очевидном:

— Сейчас она сделает перевод, потому что мне нужна помощь, а потом я устрою её переводчиком в одно из своих подразделений. Главное мне не засветиться там.

Антон несколько секунд молчал, а потом медленно и ехидно усмехнулся.

— Неплохо, — протянул он. — Почти коварно.

Он наклонил голову, разглядывая друга с искренним интересом.

— Мне нравится.

Демид снова вернулся к ноутбуку и начал прокручивать страницы. Рестораны, кафе, фотографии интерьеров, меню. И вдруг его взгляд зацепился за одно место. Небольшое кафе на Арбате. Ничего пафосного, уютный интерьер, тёплый свет, живые растения. Люди на фотографиях выглядели расслабленно и спокойно.

Он задумался на несколько секунд.

— Вот это… вроде неплохо.

Антон наклонился вперёд, посмотрел на экран и снова усмехнулся.

— Смотри-ка, — протянул он. — Прогресс.

Он откинулся назад и лениво добавил:

— Хотя знаешь, что было бы по-настоящему интересно?

Демид неохотно оторвал взгляд от экрана.

— Что?

Антон широко улыбнулся.

— Тебя бы на пару месяцев перевести на среднестатистическую зарплату, — он покачал головой, явно наслаждаясь этой мыслью. — Вот тогда бы я посмотрел, как ты выбираешь место для свидания.

Демид снова склонился над ноутбуком, лениво прокручивая страницы интернет-магазинов, где одна за другой мелькали фотографии украшений, духов, сумок, шарфов, коробок с косметикой и прочих подарков, которые обычно безотказно работали в его жизни, но на этот раз ни одна из этих вещей не вызывала у него ни малейшего отклика, словно все они были предназначены для кого-то другого, для женщин вроде Леры, для тех, кто привык измерять внимание стоимостью подарка, а не для девушки, которая искренне радовалась коробке пирожных и брелоку с кактусом.

Он задумчиво провёл пальцами по тачпаду, открывая всё новые вкладки, но через несколько минут с раздражением понял, что его взгляд буквально скользит по экрану, не цепляясь ни за одну идею.

Антон, всё это время наблюдавший за этим процессом с ленивым любопытством, вдруг расслабленно закинул руку на спинку кресла и произнёс таким тоном, будто только что озвучил очевидную истину:

— Слушай, а ты понимаешь, что тебе очень важно понравиться Коржику?

Демид на секунду замер. Затем медленно повернул голову.

— Это шутка? — уточнил он, прищурившись.

Но Антон, вопреки ожиданиям, выглядел абсолютно серьёзным. Он даже слегка подался вперёд, будто собирался объяснить очевидную стратегию.

— Я совершенно серьёзен, — спокойно сказал он. — Кошачьи вообще отлично чувствуют людей, а значит мнение этого рыжего субъекта будет учитываться Калининой.

Демид несколько секунд смотрел на него с выражением искреннего недоумения, после чего медленно покачал головой и, театрально прикрыв глаза ладонью, с наигранным ужасом произнёс:

— Вот до чего я докатился… — протянул он. — Я, мультимиллиардер, человек, который ведёт переговоры с крупнейшими корпорациями и подписывает контракты на суммы, от которых у людей кружится голова, теперь вынужден продумывать стратегию, как угодить рыжему комку шерсти.

Антон тихо рассмеялся.

— Честно говоря, — лениво заметил он, — я бы на это посмотрел.

Он на несколько секунд задумался, постукивая пальцами по подлокотнику кресла, словно прокручивая в голове какую-то неожиданную мысль.

— А насчёт подарка… — протянул он наконец. — Подари ей… ну, к примеру… пижаму-кигуруми.

Демид нахмурился.

— Что?

— Пижаму-кигуруми, — повторил Антон с таким видом, будто объяснял элементарную вещь. — Такая мягкая штука, знаешь… как костюм зверя.

Демид с сомнением посмотрел на него, но всё же открыл новую вкладку и вбил в поисковик слово «кигуруми». Экран мгновенно заполнился фотографиями. Разноцветные, мягкие, смешные костюмы — медведи, панды, зайцы, единороги, тигры. Сначала он уже хотел скептически фыркнуть и сказать, что это какая-то откровенная глупость, но неожиданно замолчал, потому что мысль вдруг показалась не такой уж плохой. Кигуруми выглядели мягкими, уютными, домашними. И если Авария действительно будет носить такую вещь дома…

Значит, каждый раз надевая её, она будет вспоминать, откуда она появилась. А значит — думать о нём. Демид продолжал рассматривать фотографии, и его молчание затянулось. Антон, наблюдавший за выражением его лица, истолковал паузу совершенно по-своему и вдруг усмехнулся.

— Слушай, если что… — протянул он с притворной серьёзностью, — я могу занять тебе на подарок денег до зарплаты.

Демид медленно поднял на него взгляд.

Несколько секунд он просто смотрел на друга, после чего закатил глаза и неожиданно рассмеялся — громко, искренне, так, как смеются только в компании старых друзей, рядом с которыми можно не притворяться.

Глава 19

Ночь незаметно расползалась по квартире, заполняя её мягкой тишиной, которую нарушал лишь негромкий стук клавиш и редкое, ленивое похрустывание — Коржик, устроившийся на ковре рядом с диваном, сосредоточенно грыз свои новые лакомства, время от времени довольно фыркая, словно считал, что сегодняшний день оказался для него исключительно удачным.

Авария сидела за ноутбуком уже несколько часов. Сначала она собиралась лишь посмотреть документы, прикинуть объём работы, может быть перевести пару страниц и оставить остальное на утро, но как только начала читать текст, втянулась настолько, что время перестало существовать. Строчка за строчкой. Фраза за фразой. Английский и испанский.

Она аккуратно подбирала формулировки, перечитывала предложения, исправляла оттенки смысла, и чем дольше работала, тем сильнее ощущала странное, тёплое желание сделать всё идеально. Не просто хорошо, а именно идеально, потому что эти документы прислал Демид. И ей почему-то было важно, чтобы он остался доволен.

Она тихо выдохнула, потянулась за кружкой, сделала глоток уже немного остывшего кофе и, устало потерев глаза, на секунду откинулась на спинку дивана. Мысли снова, как это уже происходило весь вечер, незаметно вернулись к нему.

Демид.

Она невольно улыбнулась. Приятный мужчина. Спокойный, сдержанный. В его голосе всегда звучала какая-то мягкая уверенность, а в движениях чувствовалась внутренняя собранность, будто он привык держать всё под контролем. И при этом в нём ощущалось нечто большее — что-то трудноуловимое, почти незаметное на первый взгляд, но очень ясное, если присмотреться. Какая-то внутренняя сила. Может даже власть. Не показная или громкая, но очень настоящая.

Авария тихо усмехнулась своим мыслям и снова посмотрела на экран. В субботу они встретятся. От этой мысли внутри почему-то стало тепло. Ей нравилось, каким он был рядом с ней. Галантным, вежливым, тактичным. Он не тянулся к ней без разрешения, не пытался сразу обнимать или целовать, не говорил слишком громких слов, от которых обычно веяло фальшью. Он будто уважал её границы. И при этом… держал слово. Да, конечно, было слишком рано делать какие-то выводы. Она это прекрасно понимала. Но всё же…

Он сказал, что поможет приюту и помог. Причём так быстро, что Авария до сих пор не могла до конца поверить, что всё это происходит на самом деле.

А сегодня он просто захотел её увидеть. И приехал. Не написал, не пообещал «как-нибудь потом». Просто приехал.

Коржик в этот момент особенно громко хрустнул очередной вкусняшкой, заставив её отвлечься от мыслей.

— Ты вообще понимаешь, как тебе сегодня повезло? — тихо сказала она, глядя на рыжего кота.

Коржик на секунду поднял голову, посмотрел на неё с важным видом и снова занялся своим лакомством. Авария тихо рассмеялась, потянулась к столу, налила себе ещё кофе и, не удержавшись, потянула коробку ближе. Пирожные выглядели настолько аппетитно, что сопротивляться было бессмысленно. Она аккуратно взяла одно — с яркой малиновой начинкой — и откусила небольшой кусочек.

— Боже… — тихо пробормотала она.

Пирожное оказалось невероятно вкусным. Настолько нежным, что буквально таяло на языке. Она на секунду прикрыла глаза от удовольствия, после чего снова повернулась к ноутбуку. Работа продолжилась. Страница за страницей. Проверка, исправления, формулировки. И только когда за окнами начал медленно сереть рассвет, она наконец закончила. Авария несколько раз перечитала весь текст, внимательно проверяя каждую строчку, поправила пару мелких деталей и только после этого прикрепила файлы к письму.