Виктория Райн – Строптивая для бандита (страница 3)

Я за проделанный путь пыталась убедить себя в том, что Валиев не причинит мне вреда. Ему это слишком невыгодно, ведь в таком случае папа бросит все силы и деньги на его медленную и мучительную смерть. Я его единственный ребёнок и он не оставит безнаказанной такую выходку. Немного успокоилась от этих дум, и только волнение за отца не оставляло меня до пункта назначения.

За размышлениями не заметила, как мы уже подъехали к высокому забору, который был выкован из прочного даже на вид железа. В разные стороны от ворот расходилась кирпичная кладка, высота которой достигала примерно три метра.

Такой захочешь перемахнуть, да не сможешь. Ворота открылись, и наш автомобиль плавно въехал во двор. Вторая машина, сопровождавшая нас, припарковалась рядом. Большая парковка как минимум на пять машин и обособленный, внушающий уважение дом не вызывали отторжения и не ассоциировались с бандитским убежищем.

Мой пленитель, не обращая на меня внимания, вышел из автомобиля и уверенной походкой направился в дом. Мне же открыл дверь и даже подал руку, кто-то из прихвостней Руслана, пытаясь проявить галантность. С гордо поднятой головой я приняла помощь и, встав рядом с автомобилем, огляделась.

Валиев уже скрылся в доме и как ни странно, меня никто не торопил идти следом. Вдохнув глоток на удивление свежего воздуха, я огляделась. Газон был ровно подстрижен, а недалеко от окон первого этажа росли несколько кустов роз. Создавалось впечатление, что к ландшафту приложил руку мастер своего дела, умело сочетав мужскую харизму и яркие детали.

«А что собственно ты ожидала увидеть? – сбросила сама себя. – Гаражный кооператив или заброшенную лачугу? Он владелец нескольких ночных клубов, это не считая прочих не слишком чистых делишек. Деньги у него явно имеются».

Пока я вела мысленный диалог сама с собой меня в очередной раз взяли под локоток, давая понять, что я тут задержалась. Дёрнув руку из захвата, я пошла в ту же сторону, куда недавно ушёл мой пленитель.

– Руслан Рахимович просил вас проводить в одну из гостевых комнат. Вы будете под домашним арестом, но в качестве почётной гостьи, – проговорил мне амбал, что пытался вести меня силой.

– Как вас зовут? – повернув к нему голову, спросила я.

– Константин, – представился мужчина.

– Ведите, только без рук. Раз я гостья в этом доме, то обещаю, что не буду сопротивляться, – гордо вскинув подбородок ответила ему, всем своим видом показывая, что условия проживания и плен не могут сломить моей воли.

Руслан.

Эта богатенькая фифа сумела меня удивить. Ни истерик, ни попыток кинуться и придушить меня прямо в машине. Идеально ровная спина и царственный взгляд серых глаз, говорящий о том, что я лишь пыль с подошвы её «хрустальных туфелек».

«Куда уж нам обычным парням, выбившимся в люди, за счёт кулаков и Дурости. По-другому не назовёшь отсидку по малолетке за массовую драку», – хмыкнул про себя, искоса поглядывая на её тонкую шею, слегка смуглую кожу, спрятанную под белым жакетом, что был на ней надет.

Едва сев в машину девушка демонстративно отвернулась к окну и дала возможность рассмотреть её получше. Сам не понял, зачем посадил её в свою машину, а не отправил с парнями из охраны. Обычно такие порывы мне несвойственны.

Пока «Графиня» молча сидела рядом и не подавала признаков историки, я  искоса поглядывал на неё. В моей жизни было много женщин, разных возрастов и состоятельности, но мало кто из них был настолько "породистым". Как говорят: кровь не водица. Это однозначно про Лиру.

В аккуратных мочках ушей сверкали бриллианты, чётко выраженная линия скул и подбородка. Словно скульптор, лепивший профиль, старался убрать излишнюю мягкость и подчеркнуть аристократичность резкими линиями. Кожа идеально ровная без единого изъяна.

«На ощупь она, наверное, нежная словно бархат» – подсказал внутренний голос. Кончики пальцев закололо от желания к ним прикоснуться, но я одёрнул себя и уткнулся в документы, пытаясь сосредоточиться на буквах, но глаза словно магнитом притягивало к загадочной девушке. «Графиня» на поверку оказалась не настолько глупой, чтобы вывести меня из себя, чем невольно и привлекла внимание.

Курносый, чуть вздёрнутый нос и пухлые губы, на которых был едва заметный блеск. То ли совсем недавно она прошлась по ним языком, то ли имеет в арсенале настолько стойкую косметику.

Пушистые опахала ресниц и такие же тёмные брови вразлёт. Светло-русые волосы, которые больше назовёшь пшеничным блондом, чем обычным русым цветом. Я ждал, когда она начнёт задавать вопросы о том, куда и в качестве кого её везут, но нет. Девушка молчала, чем невольно вызывала лёгкую смесь уважения и раздражения.

– Посмотрим, настолько ли ты холодна как пытаешься мне показать, – ухмыльнулся я и вышел из машины, когда мы, наконец, приехали в мой дом. Поднимаясь по лестнице отдал приказ разместить гостью с удобством и тут же ушёл в кабинет.

Едва я сел в кресло и включил камеры наблюдения, расставленные по всему дому, как раздалась трель телефона. Звонил один из парней, которых я оставил с отцом девчонки на «всякий случай». Сейчас, когда у меня только прошли сейсмические активности под жопой, я не имел права пускать всё на самотёк и дать Графу связаться с ментами.

– Руслан Рахимович, Степану Алексеевичу стало плохо, – едва я принял входящий, сказал мне звонивший.

– Что произошло?

– У него случился сердечный приступ. Мы вызвали скорую из нашей больнички. Едем за ним.

– Блядь, только этого мне не хватало! – выругался я, отдав приказ охранять пациента. – О его самочувствии и заключении врачей сообщать незамедлительно! – взлохматил волосы понимая, что всё прошло не так гладко, как я того хотел.

Отключил входящий и устремил взгляд в экран монитора. Там транслировались все комнаты, но рука сама потянулась к мышке и включила камеру, что размещалась в одной из гостевых спален.  В ней сейчас находилась моя временная заложница, которая с опаской вошла в её новое пристанище.  Откинувшись в кресле и развернув картинку на весь экран, я стал с интересом наблюдать за девочкой.

Едва за её спиной захлопнулась дверь, она вздрогнула, но не кинулась биться в истерике и пытаться выбить её с разбега.  С жадностью вглядывался в её мимику и жесты, ожидая дальнейших действий.

– Лира, это прям несерьёзно! – едва не хохотнул я, глядя на то, как она кинулась к панорамному окну, что выходило на берег реки. Вернее, на лес, росший вдоль него. – Мой дом, моя крепость. Неужели ты думаешь, я настолько глуп, что оставил тебе возможность сбежать? – фыркнул вслух.

Распахнув двери, что вели на небольшой балкон, она вышла на него. Я подался вперёд переключив камеру на ту, что находилась во дворе и стал наблюдать дальше. Вот она оглядела открывшийся вид, перегнулась через перила, а после кивнула каким-то своим мыслям и вернулась в комнату.

Следующим действием она проверила второе окно. За ним не было балкона и открывалось оно лишь на проветривание.  С него открывался классный вид на мост и прилегающие территории. Эмоционально стукнув кулаком по руке, она стала расхаживать вперёд-назад, явно размышляя над сложившейся ситуацией.

Когда у меня самого едва не закружилась голова от её стремительных перемещений девушка остановилась. Спустя пару мгновений развернулась и с интересом разглядывала представшую перед ней кровать.

Большое дубовое ложе, по-другому эту махину не назовёшь. Сев на краешек постели и едва не попрыгав, проверяя её на прочность девушка откинулась на спину, расставив руки в стороны. Её грудь часто вздымалась, а глаза смотрели в потолок.

– Вот такой тигрицей, запертой в клетке, ты нравишься мне намного больше, – ухмыльнулся своим мыслям я.

Глава 3.

Лира.

Комната, в которую меня привели, оказалась довольно просторной, и я бы даже сказала уютной. Светло-бежевые обои, мягкого песочного цвета шторы и ковёр с длинным ворсом под ногами. Посредине стояла большая кровать из дерева, напротив и сбоку были два больших панорамных окна.

К одному из них я рванула в желании отыскать лазейку для возможного побега. Распахнув створку тут же оказалась на небольшом балконе и едва не ликовала, что он не застеклён. Но пункт охраны, что располагался прямо напротив него и кусты тех самых роз под ним, что были мной примечены ещё при въезде во двор стёрли с лица довольную улыбку.

– Почему папа не дал мне записаться на курсы самообороны или какого-то скалолазания? – шёпотом выдохнула я.

В годы пубертатного периода я всё время пыталась заменить папе сына, которого он, как и все мужчины, страстно хотел. Но на все мои просьбы о чём-то довольно рискованном или на корню уничтожающем женственность всегда получала жёсткий отказ.

– Ты девочка. Тебе разбитое лицо с кучей шрамов совершенно противопоказано, – отвечал отец на мои просьбы заняться боксом или карате.

– С такими умениями я могла бы попробовать сбежать, но всё, что мне остаётся теперь – сидеть словно принцесса в башне, охраняемая злым драконом и его приспешниками.

Из небольшого  одноэтажного строения напротив, вышел и помахал мне Константин.

– Тебя мне ещё не хватало, – плюнула я в сердцах и вернулась в комнату, перестав любоваться красотами, что были видны с высоты второго этажа.

Решила проверить заодно и второе окно, вдруг именно там есть возможность покинуть дом Валиева. Но, окна открывались лишь наполовину, а за ними простирался двор с машинами и вид на панорамы города.