Виктория Райн – Строптивая для бандита (страница 2)

– Раз вы не хотите вести цивилизованный диалог, – выдохнув сигаретный дым, сказал нахальный гость. – Можем продолжить и в других, менее комфортных условиях, – сузил глаза Валиев. – Меня очень, – выделив это слово будто для маленьких детей, – интересует один вопрос. Кто вам помогал? Хотя нет, не так. Кто стоит за вашей спиной и пытается посадить меня? – вновь затяжка и демонстративные колечки, созданные из никотиновых паров, а после он нагло стряхивает пепел на пол.

– Убирайся прочь! – взревела я и запустила в Валиева рядом стоящий стакан из-под сока. Не знаю, что именно послужило спусковым крючком, скорее всего, тот самый злополучный пепел, но мозг сработал за долю секунды и выдал, что выдал.

Что могу сказать, у этого подонка реакция гепарда, не иначе. Мало того, что он увернулся, так ещё и неуловимым жестом дал команду своим людям и те просто в одно мгновенье завернули мне руки и едва не уложили лицом в салат, который я ела пару минут назад. Отца от порыва дать в морду незваному гостю остановили рядом стоящие ребята из охраны Валиева, которые сразу же оказались возле него, но силу пока не применяли.

– Отпустите! – прошипела я словно кошка и дёрнулась в руках бандитов. По-другому шайку, окружающую «Теневого короля» – как за глаза называют смотрящего за нашим городом – Валиева, не назовёшь.

– Я не понимаю о чём ты, – отец обеспокоенно заглянул в мои глаза, сразу после того, как амбалы всё же выпустили из жёсткого захвата мои руки, но как истуканы замерли позади меня, готовые в секунду предотвратить повторное нападение на «любимого» предводителя. –  Мне некогда возиться с такими, как ты. Своих дел по горло, – поняв тщетность действий в сторону незваного гостя, папа не сопротивлялся, но всем своим видом и голосом показывал, насколько ему неприятен человек перед ним.

– Хорошо, – неожиданно согласился мужчина и поднялся со стула. – У вас до завтра есть время подумать, – сделав пару шагов в направлении стола, он просто бросил окурок в один из бокалов. –  Берите девчонку, – дал отмашку своим псам и те, что всё ещё стояли за моей спиной, тут же ухватили меня под локти.

– Папа! – крикнула я видя, как он ринулся ко мне, но ему заломили руки два других прихвостня. – Я никуда с вами не пойду! Отпустите! – стала брыкаться и, вырвав руку у одного из пленителей, залепила пощёчину тому, что тащил меня с другой стороны к этому ужасному человеку.

– Степан Алексеевич, ваша дочь будет почётным гостем в моём доме и ни один волосок не упадёт с её головы. Но… – Валиев сделал театральную паузу. – Это возможно только в том случае, если ваша память восстановится, выдаст имя предателя и главное, в отсутствии полиции. Мы ведь оба знаем, что я так добр лишь в единичных случаях, – сузив свои чёрные глаза и выразительно приподняв бровь проговорил мужчина. – Я сегодня добрый, поэтому у вас будет трое суток, вместо одних – и, не обращая больше на отца внимание, вышел из столовой.

Меня же придерживая за локоть вёл всё же только один из сопровождающих бандита, чуть придавливая руку, когда я начинала противиться.

– Валиев, ты об этом ещё пожалеешь! Слышишь! Мерзкий уголовник, папа найдёт на тебя управу, и ты подохнешь в тюрьме! Ненавижу! Скотина! – кричала я в спину этому гаду. – Отпусти кретин пустоголовый! Кому говорят! У меня останутся синяки на руках! Больно же! – закричала я на моего сопровождающего, когда он впился пальцами в кожу, заставляя двигаться дальше.

– Графиня, – издевательски исковеркал Валиев мою фамилию, превратив её в прозвище, – Если ты продолжишь вести себя как торговка на базаре, поверь отношение к тебе станет таким же, – его темно-карие глаза сурово впились в меня и словно пробрались в самую душу. Схватив её и заставив трястись от ужаса.

– Я пойду сама. Отпустите, – прочистив горло ответила я моему пленителю скрывая за прямой спиной и гордо поднятой головой свой дичайший страх.

Про Валиева и его тёмные делишки в городе не знал только слепой или глухой. И те, скорее всего, на него же и работали, собирая подаяние, да складывая всё это в его кошелёк. Бандит, бывший боец без правил и нынешний «Теневой король» города. Как там принято говорить у блатных – смотрящий. Всё подпольное и запрещённое принадлежит ему.

Буквально несколько недель назад штормило не только все его владения, но и самого всесильного Валиева. Потому что его кто-то очень качественно и нагло хотел сместить с занимаемой должности и отобрать имеющуюся власть. Странно, но ему удалось устоять на ногах и не потерять то, что он имеет.

Насколько мне известно ему пытались приписать торговлю и распространение наркотиков в клубе, провели обыски во всех его владениях, но Валиев умудрился выйти сухим из воды.

Откуда я всё это знаю? Всё просто, я как будущий владелец всего папиного имущества держала руку на пульсе и старалась следить за происходящим не только в делах отца, но и в переделе теневой власти города.

Жаль, конечно, что для родителя я всё ещё была маленькой девочкой, которую стоит наряжать в платьица и сдувать пылинки, но это не мешало мне совать нос в его дела с завидным постоянством.

Стараясь не разочаровывать единственного близкого человека, я успешно ему подыгрывала, но уже несколько лет тайно перепроверяла его документы и сделки по бизнесу. «Предупреждён – значит вооружён». Так, мне пару раз удалось найти изъяны в договоре о поставке сырья на новый строящийся объект и не потерять деньги, которые с таким трудом были однажды заработаны.

Глава 2.

Лира.

На негнущихся ногах усердно пытаясь изобразить довольно уверенную походку и не показать своего страха, я прошла следом за Валиевым к чёрному тонированному внедорожнику. После кинутых мне в лицо угроз он словно потерял ко мне всяческий интерес. Молча, совершенно не замечая моего присутствия рядом сел на заднее сидение и тут же взял в руки какие-то бумаги, что лежали в чёрной кожаной, как и салон машины папке.

– Хам, – фыркнула я, поняв, что Валиев даже не задумался о том, чтобы придержать для меня дверь автомобиля. – Хотя что ещё от такого ожидать. Быдло бандитское, не знающее ни манер, ни нормального общения! – бурчала я, обходя тонированный и, наверное, бронированный «Мерс», с другой стороны.

Возмущение на пару секунд отодвинуло страх и развязало язык. Ещё бы, этот гад захлопнул дверцу едва не перед моим носом, давая понять, что мне не в эту дверь, а может, и вовсе во второй автомобиль к его головорезам. Но сопровождающий меня охранник взял за локоток и обойдя машину сзади привёл всё же к Валиеву.

Дёрнула ручку и хотела сама открыть дверь, но то ли нервное напряжение сыграло со мной злую шутку, то ли кто-то решил поиздеваться и заблокировал её, но она не поддалась. Зато, когда за неё взялся один из бандитов она спокойно и плавно отворилась.

Моя реплика в сторону предводителя этой не самой законопослушной братии вроде осталась не замеченной тем, кому адресовалась, поэтому молча села в машину и отвернулась к окну. Не привлекая к себе лишнего внимания, выдохнула, стараясь взять свои эмоции под контроль и плавно откинулась на спинку кожаного сидения.

Осторожно вдохнула, едва не повторяя дыхательную гимнастику йогов, но лёгкие тут же заполнил терпкий аромат кожаного салона и мужского одеколона, внезапно обрушившегося на мою голову пленителя.

«Мои любимые», – в голове тут же взорвался фейерверк удовольствия. Хотелось обернуться и принюхаться, так словно идёшь по улице и чувствуешь манящий аромат выпечки. Ты вроде и не голоден, но слепо идёшь на запах, а потом покупаешь ещё горячую булочку и впиваешься в неё зубами, едва заплатив за неё.

Обоняние тут же различило апельсин, горечь грейпфрута, свежесть мяты с белым деревом, кожей и пачули.

«Миллион от Пака Рабан», –  невольно прикрыла глаза, наслаждаясь дразнящим рецепторы запахом.

Пару лет назад я дарила такой парфюм папе на день рождения, но флакон, к моему сожалению, остался не тронутым. Он предпочитал более резкие запахи с тяжёлым шлейфом. Поэтому просто изредка приходила к нему в комнату и, прыснув себе на запястье с маниакальным наслаждением, нюхала любимый мужской аромат. Кто же знал, что Валиев предпочитает именно эту марку парфюма.

«Странно, что я не почувствовала любимый запах ещё дома. Хотя ничего удивительного, там было столько народа, что в той какофонии «ароматов» я бы и запах гари не учуяла», – промелькнула мысль, но я старательно отогнала её прочь.

Решив не акцентировать больше внимание на похитившем меня из собственного жилища бандите, уткнулась носом почти в самое стекло. Сквозь тонированное до черноты окно наблюдала за проплывающими мимо машинами и пейзажами.

Для меня стало удивительным то, что дом Валиева находится в центре города недалеко от реки. По соседству стояли не самые шикарные жилища частного сектора. Словно арабские небоскрёбы его трёхэтажный коттедж возвышался над всем окружающим пейзажем. Совсем недавно едва ли не у ворот Валиева сделали развилку с находящегося в непосредственной близости моста.

«Там, наверное, ужасно много комаров и шума, – скривилась я, от перспективы быть искусанной и не выспавшейся. – Хотя в тёмном подземелье или специально оборудованной пыточной, мне однозначно не стоит бояться обычных насекомых. Здесь живёт зверь явно более страшный и зубастый».