Виктория Победа – Пленница бандита (страница 14)

— Больно? А зажиматься с этим хмырем было не больно? Ты моя, Мира, и никто, кроме меня, к тебе больше не прикоснется, в следующий раз я его просто убью, а ты очень сильно пожалеешь. Это было последнее предупреждение.

— Ты не имеешь права, ты…ты… — заколотила кулаками по его груди, точно также, как и вчера. — Я ничего не сделала, он сам, ясно, а ты просто псих.

— Помни об этом, когда в следующий раз позволишь себя касаться, — он схватил меня за горло, нет, не сильно, но стоило только сжать силнее, и он бы придушил меня не напрягаясь. — Завтра свадьба моего лучшего друга, ты поедешь со мной…

— Не поеду, — выплюнула ему в лицо. — Ты сказал, что не трогал моего отца, а его нет дома, что ты с ним сделал? — выкрикнула, еще раз ударив его в грудь.

— Тон убавила, не зли меня, Мира, я уже позволил тебе слишком много. И, если я сказал, что на свадьбу ты поедешь со мной, значит так оно и будет. Хватит. Хочешь видеть отца целым и невредимым, отныне будешь делать только так, как я сказал и я в последний раз позволил повысить на себя голос.

Хватка на горле ослабла, а после он и вовсе отпустил меня и вышел из комнаты, хлопнув дверью. У меня сил не осталось, и я просто сползла по стеночке, понимая, что больше просто не выдержу.

Глава 9

МИРОСЛАВА

Я не сомкнула глаз. Каждый шорох стал каким-то болезненным напоминанием о том, что Леша мог бы вернуться и продолжить. Ну до чего же дойти, чтобы избивать человека просто за то, что тот ко мне прикоснулся. Одержимый ублюдок! И я ведь не при чем, что я могла сделать против мужской силы? Зачем все настолько перекручивать?!

Объективно, именно потому что провела ночь в волнении и без сна, с утра я смотрелась не лучшим образом. Опухшая, уставшая и не выспавшаяся. На голове колтун из спутавшихся волос, но я пригладила непослушную шевелюру пальцами и стянула волосы в незамысловатый хвостик с кучей петухов.

На кухне ждал сюрприз.

— Слава, а ты приготовишь блинчики? — Артем сидел за столом, сложив ручки перед собой, и терпеливо ждал хоть кого-то. Я в который раз удивилась сдержанности мальца. Другой бы уже пришел и стал требовать, а этот тихонько сидел в кухне и неуверенно спрашивал, приготовлю ли я ему блинчики.

Несмотря на очевидное полное отсутствие любви со стороны матери, Артем рос, на удивление, спокойным ребенком, не нуждающимся в лишнем порицании. Он словно готов был обнять весь мир.

— А ты чего не спишь? — подошла к нему и чмокнула в лохматую головку.

— Кушать захотелось… — поник, отводя от меня взгляд.

— А чего не пришел ко мне?

Обычно ведь дети сигнализирует о своих нуждах? Или я вообще ничего не понимала в детях…и оценивала ситуацию через призму своего детства. Я помнила наверняка, что частенько приходила к маме с папой с утра, если болел животик, хотелось кушать, было страшно. Да что угодно. Я была любимым ребенком, меня никогда не ругали за такие «несанкционированные вторжения».

— Нельзя ведь будить, если мне вдруг чего-то хочется.

От шока не нашлась даже, что ответить…Я была на все сто процентов уверенна, что это слова не ребенка. Не мыслят так дети, тем более, с такой-то матерью. Там все очевидно. Неужели она настолько бессердечная тварь? Страшно представить, что еще она вкладывала в голову бедного ребенка. С неокрепшей психикой малец мог уже травмироваться с долгоиграющими последствиями

— А чего не взял ничего с холодильника? — Конечно, можно было бы и не спрашивать, я догадывалась о возможном ответе…

— Я не знал, можно ли…

Точное попадание в цель. Я не психолог даже близко, так что для меня это все какой-то отвратительный кошмар наяву. Не было ни единой мысли, как сделать так, чтобы вложить ему новые понятия о том, что является нормальным, так что решила просто обсудить. В лоб.

— Что значит не знал, можно ли? Артем, тебе можно все брать и все есть. Пожалуйста, если ты голодный, не жди никого, просто бери все, что видишь, и кушай. Это нормально.

Малец смотрел на меня такими глазами, что казалось, я ему новый мир открыла. Но ведь это абсолютно очевидные вещи!

— Спасибо, Слава. Ты хорошая!

— И ты хороший, малыш, — ответила сипло. Глаза щипало от непролитых слез.

Он обнял меня, сжимая маленькими ручками в крепких объятиях. За этой картиной нас и застал Леша. Я повернулась на шорох и увидела, каким взглядом он наградил нас с Артемом. Ничего похожего раньше за ним не наблюдала. Сейчас на дне голубых глаз были трепет и нежность, не скрытые за привычной маской одержимости или злобы.

— Доброе…утро, — выдавила из себя, продолжая сжимать Артема в объятиях.

— Папа! — малыш вырвался и побежал в сторону Леши. С такой радостью встречал мужчину, что сердце болезненно сжалось.

Артему просто нужна нежность и любовь родителя. Все. Он откроется со всех сторон.

Очень жаль, что мать Артема этого не понимала, но все потому что не любила. В моей голове не укладывалось, как такого прелестного ангелочка можно не любить.

Я приготовила блинчики, которые Артем уплетал за обе щеки, завтрак проходил в мирной обстановке. Я также узнала, что теперь малыш будет ходить на секции по футболу, дзюдо и на математику. Леша взялся за сына по всем фронтам.

После завтрака малыш с охраной уехали, ведь план у ребенка был расписан на целый день. Единственное, что меня волновало — как бы он не выдохся от стольких видов активности.

— Собирайся, Мира, — прозвучало как гром среди ясного неба. — Мы и так опаздываем.

Ах, свадьба. Ну-ну. «Бегу и падаю».

— И не подумаю. Сам иди на свою свадьбу, — процедила.

Я вспомнила вчерашний разговор.

Меня достало уже, что он все время мне угрожал отцом. Да что ни сделай, все равно он найдет на меня рычаг влияния, какой смысл идти на поводу? Тем более, вспоминая вчерашние слова Димы. Нет веры Леше. НЕТ. И следовать его указаниям я точно не собиралась.

— Ты не поняла. Я не спрашивал, я утверждал очевидное.

Ага. Слушаюсь и повинуюсь. НЕТ!

Черты лица мужчины заострились. Но я просто желала разодрать ему лицо, как дикая кошка. За этот пренебрежительный взгляд, за обидные слова.

— Да что ты? Да пошел…

Попыталась закончить свою очевидную мысль, но мужчина схватил меня подбородок и развернул лицо к себе. Пальцы сжимали не больно, но ощутимо. Взгляд метал такие искры, что я вполне могла бы сгореть в злобном пламени.

— Слушай меня внимательно, девочка, ты сейчас идешь в свою комнату и надеваешь то платье, что висит у тебя в шкафу. Даю тебе ровно полчаса на сборы. Еще одно слово вылетит из твоего рта в мою сторону, я сорву с тебя одежду и вытрахаю все дерьмо. Меня уже заебало твое поведение, ясно?

Мои глаза расширились от ужаса. То, с какой уверенностью, злобой и нетерпением он проговаривал каждое слово, резало меня без ножа. Я не заметила, как расплакалась, беззвучно и тихо, просто влага скользнула по щекам.

Леша растерял свою былую прыть. Нахмурился, а я поспешила вырваться из загребущих рук. Мы все время были на краю. И безумные качели надоели уже, меня тошнило на подобных виражах. Я не знала, чего ожидать в следующий момент.

Он словно раздваивался. Одна личность была ожесточенным бандитом, вторая хорошим мужчиной. Заботливым.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мир… — попытался со мной заговорить.

— Знаешь, Леша. Сначала я думаю, что ты подонок, потом ты совершаешь что-то такое немыслимое, и я начинаю считать тебя хорошим, понимаешь, по-настоящему нормальным человеком, — задыхаясь от эмоций и не видя ничего четко перед глазами, шептала в пустоту. Слезы размывали мою реальность, — но потом ты творишь еще что-то такое, что навсегда отворачивает меня от тебя. Я не понимаю. Просто не понимаю, зачем я тебе сдалась, если ты так ко мне относишься.

Мужчина насупился. Руки сжались в кулаки.

— Я лишь прошу делать то, о чем говорю.

— Да неужели? А с чего вдруг я должна делать то, что ты хочешь? Ты кто такой? Почему ты вдруг решил, что я твоя собственность?! Я человек, пойми ты это, черт возьми! — саданула рукой по столу, и, разумеется, сделала себе только хуже. Рука засаднила.

— Дай посмотрю, — начал подходить ко мне, но я вскинула руку в предостерегающем жесте. Нет. Никаких контактов. Мне хватало и того, как он на меня действовал без касаний. С касаниями я вообще свихнусь.

Бегло кинула взгляд на руку. Синяк будет, а так ничего. Двигаю.

— Отстань. Об игрушках не положено беспокоиться, — пискляво выдала и гордо ушла. Ноги заплетались.

Собираясь на свадьбу, меня одолевала буря эмоций. А стоило увидеть платье…я потеряла дар речи. Оно мало того, что идеально подходило по размеру, но и было исключительным. Именно таким, какое я бы выбрала себе, если бы надо было идти на такое торжество. Особо с прической и макияжем я не мудрила. Минимум всего. И это несмотря на то, что Леша привез мои личные вещи в достаточном количестве, так что при большом желании я могла бы сделать из себя королеву.

Но настроения не было.

Однако даже такие мелкие старания не остались незамеченными. Леша стоял с отвисшей челюстью, когда я вышла из комнаты.

— Я готова.

Но он молчал и все смотрел на меня. Значит, я выглядела хорошо, раз он отвиснуть не мог никак.

— Леша?

— Да-да, едем.

Всю дорогу молчали. Я решила не испытывать почем зря терпение мужчины и бездумно пялилась в окно. В таком напряженном состоянии мы и приехали на место. Куча людей толпилась у входа в ЗАГС. Я так понимала, что ждали только нас.