Виктория Победа – Опекун. Она не для меня (страница 13)

— Я так понимаю ночуешь ты сегодня дома, — послышался насмешливый голос Димы из-за спины.

Я обернулся, с улыбкой взглянул на друга. В него стреляли несколько часов назад, а ему все нипочем. Я вообще не был уверен, что в этом мире существует хоть что-то, что могло бы его напугать или изменить выработанные годами убеждения.

— Мне нужно отвезти Ингу в больницу, — я потер ладонью лоб, достало все, — потом приеду.

— Не стоит, у меня достаточно охраны, ты мне сегодня не нужен, разберись со своими тараканами, отдохни несколько дней.

— Архипов… — начал было я.

— Никуда не денется, — перебил меня друг, — мне тоже не помешает отдохнуть.

Спорить было бессмысленно, да и, честно говоря, некогда. Взвесив все «за» и «против», я все же решил согласиться.

— Я на связи, — бросил напоследок, и быстрым шагом направился к выходу.

Как ни старался, а мысли в порядок привести так и не смог.

Стоило только на секунду представить, что придется с Ингой наедине остаться, так внутренности все сворачивало напрочь. И дернул же меня черт вляпаться в эту историю.

Всю дорогу я прокручивал в мыслях предстоящую встречу, прислушивался к себе, все пытался объяснить себе свою реакцию. До дома добрался просто на автопилоте, ехал не разбирая дороги, кажется, пару раз нарушил правила.

Правила…

Какие к черту правила. У меня в квартире девчонка чужая. Малявка, одним своим присутствием заставляющая мой мозг плавиться и растекаться скользкой массой. Еще чуть-чуть и эта субстанция через уши вытекать начнет. Может так человека настигает безумие? Медленно, откуда не ждал.

В квартиру я вошел тихо, прислушался, потоптался на месте, словно гость незваный, а потом бросил с грохотом ключи на трюмо и, не разуваясь, двинулся прямиком в направлении кухни. Не ошибся, Ингу и Альбину я нашел сидящими друг напротив друга.

Девочку очередной сеанс этой бесполезной психотерапии, очевидно, вовсе не радовал. А я…

Увидел ее и только лишь сильнее на себя разозлился. Мне тридцать четыре года, а меня от девчонки ведет, поплыл, или приплыл, что называется. Кризис среднего возраста, не иначе. Изменилась она за то время, что я ее вживую не видел, нормальное питание ей точно на пользу пошло. И о чем я только думаю? Впрочем, ее внешний вид больше не казался столь удручающим, что, безусловно не могло не радовать. Хоть какой-то прок от моего бесконечно недальновидного решения приютить сиротку.

— Собирайся, нас ждут в больнице, пора гипс снимать, — умом я понимал, что был слишком резок, но ничего не мог с собой поделать. Я испытывал почти физическую боль при одном лишь взгляде на девочку.

Не зная, куда себя деть, словно пацан малолетний, я не придумал ничего лучше, как перевести внимание на горе-психолога.

— Вы можете быть на сегодня свободны.

— Я вас дождусь, — на ее лице вдруг появилась приторно сладкая улыбочка, — мы с Ингой еще не закончили.

Стоило гнать ее в шею, пожалуй, но что-то меня непременно останавливало. Черт с ней, может оно и к лучшему, пусть ждет.

— Поторопись, жду тебя внизу, — я обратился к застывшей на месте Инге и, больше не говоря ни слова, вышел из кухни, а потом и вовсе, громко хлопнув дверью, вылетел из квартиры.

Инге потребовалось меньше пяти минут, чтобы собраться и спуститься вниз.

Пока ехали до клиники, я с трудом держал себя в руках, даже не смотрел в сторону девчонки. Не должна она на меня так действовать, неправильно это, вообще вся эта ситуация не сулила ничего хорошего.

— Ну вот и все, — улыбнулся пожилой врач девчонке.

Кажется, только теперь я вышел из транса, в котором пребывал на протяжении всего пути в больницу.

— Ты выглядишь намного лучше Инга, — док даже не пытался скрыть своего облегчения, когда наконец убедился, что с Ингой все в порядке, — щечки вон появились, — продолжал он радоваться, словно нарочно меня провоцируя, издеваясь, — хорошенькая стала, — эти слова стали для меня последней каплей, не сказав ни слова, я вышел из процедурной и хлопнул дверью. Я понимал, естественно, что веду себя, как кретин последний, на себя злюсь, а срываюсь на окружающих, но и поделать с собой ничего не мог.

Ждать Ингу пришлось недолго.

На этот раз даже дверь открывать ей не стал, от греха подальше, сел за руль и молча завел двигатель. Я чувствовал на себе ее взгляд, естественно, она не понимала моего поведения, да я и сам его не понимал.

Две недели назад я ей улыбался, а сейчас рычал без видимой на то причины, удивительно, что она вообще села в машину, а не попыталась сбежать. Нужно было что-то сказать, объясниться, успокоить, да куда там.

— У тебя все нормально? — единственное, что мне удалось из себя выдавить.

Да, Громов, идиота ты кусок! Конечно у нее не все нормально. Появился спустя столько времени хрен с горы, напугал, таинственности нагнал. Она же девочка, маленькая напуганная семнадцатилетняя девочка.

Инга в ответ еле заметно кивнула и отвернулась к окну, больше говорить я не пытался, просто, чтобы не облажаться в очередной раз.

Вернувшись домой, я оставил Ингу на попечение Альбины и направился в душ. Мне просто жизненно необходимо было остыть, правда, душ мне мало чем помог.

На кухню я вернулся только, когда еду привезли. За ужином Альбина вновь попыталась переключить все мое внимание на себя, даже пуговицу очередную на блузке расстегнула, предоставив мне полный обзор. Я не планировал ничего, но раз уж она сама себя так настойчиво предлагала, решил воспользоваться моментом. В конце концов меня это ни к чему не обязывало.

— Иди к себе, — незаслуженно грубо обратился я к Инге, когда ее тарелка наконец опустела. Одному Богу было известно, сколько сил мне стоило отвести от взгляд от обреченно смотрящей на меня девчонки и переключиться на Альбину. Ничего, пусть идет к себе, не нужно ей все это, не нужно.

Инга молча поднялась из-за стола, окинула меня больше ничего не говорящим взглядом и удалилась. Спешно убрав со стола, я бросил Альбине:

— Я сейчас, — и направился в ванную за презервативами.

На кухню я вернулся в совершенно взвинченном состоянии. Церемониться и нежничать у меня просто не было ни сил, ни, чего уж, желания. Все произошло слишком быстро. Рванные поцелуи, звучные стоны, скрип стола… Все это лишь блеклыми пятнами отпечаталось в голове. Впрочем, девушка ведь знала, на что шла, оставаясь в моей квартире. Может, нет, совершенно точно, надеялась на нечто большее, чем одноразовый секс, но здесь я ничем ей не мог помочь. Мне хватило всего несколько резких движений. Нас накрыло почти одновременно.

Немного отдышавшись, я быстро привел себя в порядок и как-то слишком цинично даже для самого себя, произнес:

— Думаю, тебе пора.

Девушка с минуту ошарашенно смотрела на меня, а потом наконец заговорила.

— После того, что между нами произошло, ты просто меня выпроводишь? — возмутилась она, сползая с поверхности стола.

— А ты думала я тебя в ЗАГС потащу? — больше всего на свете я ненавидел истерики.

Скандальные женщины не вызывали во мне ничего, кроме лютого отвращения. Себя я не оправдывало, безусловно, сейчас я поступил, как скотина, но голос совести упорно молчал.

— Ты…ты, да ты просто воспользовался мной, — не сдавалась она.

— А то ты сильно сопротивлялась, — на этой ноте начал терять терпение, — я разве тебе что-то обещал? Или может я тебя силой взял? Давай без этих сцен.

Шумно выдохнув, Альбина спрыгнула со стола, поправила на себе одежду и на пятой скорости вылетела из кухни.

— Если ты думаешь, что после этого я буду продолжать работать с твоей умственно отсталой, то ты ошибаешься, — намеренно громко произнесла Альбина, натягивая на себя пальто

— Не думаю, деньги я переведу.

— Да пошел ты, урод!

Как только дверь захлопнулась и в квартире наступила долгожданная тишина, я опустился на пол и прижался спиной к холодной стене. Воспольховаться Альбиной было не лучшей моей идеей, да и Инга не глухая, но лучше так чем…

Стало ли мне легче? Нет, не стало. Только геморрой себе дополнительный нажил, но хоть голова прочистилась. А впереди выходные… И зачем мне, спрашивается, сдались выходные?

Чтобы я совсем с катушек слетел, видел же, сука, в каком я состоянии. Деятель хренов.

Глава 9

Олег

Следующие несколько дней пролетели как в тумане — я просыпался, ел, снова спал и так каждый день, деградация, привет. Инга, казалось, еще больше замкнулась в себе, если это вообще было возможно.

И идиоту понятно, виной тому был я и моя несдержанность. Я старался лишний раз не нервировать девочку и не показываться ей на глаза, даже ел отдельно, в комнате.

Несколько раз порывался ехать на работу, на что получал один и тот же ответ: «я скажу, когда ты мне будешь нужен». В один такой «прекрасный» выходной меня совершенно достала ресторанная еда и захотелось поесть чего-нибудь домашнего, проблема, правда, заключалась в том, что в холодильнике не было ни шиша.

Пришлось выбираться из своей берлоги, где я так удачно прятался на протяжении последних дней.

Я уже было собрался выходить из квартиры, почти переступил порог, но у самого выхода вспомнил об Инге. Девчонка все время проводила в комнате. Я как-то не задумывался об этом раньше, но ведь за все это время она ни разу не вышла за пределы квартиры. Сидит себе в замкнутом пространстве, наедине с самомй собой. Думает наверняка всякое. А я, безусловно, идиот клинический.