Виктория Ожиганова – Виктория (страница 18)

– У меня тоже, – улыбнулась Анна. – Как будто встретила сестру.

Ольга кивнула:

– Мне тоже так кажется. Девочки! Как же мне с вами хорошо!

Когда гости стали собираться домой, Анна неожиданно предложила:

– Давайте встречаться так чаще! Хотя бы раз в неделю – можно просто пить чай и болтать.

– Обязательно! – Марина обняла её. – Теперь мы соседки – мы с Семёном как раз дом рядом присмотрели.

Ольга, уходя последней, прошептала Анне:

– Спасибо. Я давно не чувствовала себя так… спокойно.

Анна помахала ей вслед, а потом присела на диван, положив руку на живот. Малыш пинался – будто радовался вместе с ней. Денис, убирая со стола, улыбнулся:

– Ну что, команда собралась?

– Собралась, – кивнула Анна. – И, кажется, это надолго.

За окном темнело, но в доме было светло – от смеха, дружбы и простого человеческого тепла.

Глава 8.

Этой ночью Анна проснулась от грохота в прихожей. Часы на тумбочке показывали половину третьего.

– Денис? – позвала она в темноту, но в ответ раздался только треск упавшей вешалки и невнятное бормотание. Она накинула халат и вышла в коридор.

Денис стоял, прислонившись к стене, с мутными глазами и расстегнутой рубашкой. От него разило перегаром.

– Где ужин? – хрипло спросил он, спотыкаясь о порог кухни.

– Мы поели без тебя, – Анна скрестила руки на груди. – Я тебе оставила суп.

Он швырнул крышку кастрюли на пол.

– Без мяса! Опять эта бурда!

Вика испуганно выглянула из комнаты, но Анна жестом велела ей оставаться на месте.

– Ты обещал, – тихо сказала Анна, чувствуя, как дрожат её руки.

– Обещал?! – Денис грохнул кулаком по столу. – Я работаю как конь! А тут даже нормально поесть не могу!

Он размахивал руками, задевая посуду. Стеклянная солонка разбилась о пол, рассыпав белые кристаллы.

– Пап… – Вика плакала в дверях.

Денис обернулся, на секунду его взгляд прояснился.

– Всё… Всё, я… – Но тут же его лицо снова исказилось злостью. – Иди спать! – рявкнул он на дочь.

Анна резко шагнула вперёд.

– Ты перешёл черту.

Денис рухнул на диван в гостиной и почти сразу захрапел. Анна уложила Вику, долго гладила её по волосам, пока та не уснула. Потом она сидела на кухне, глядя на разбитую посуду. В животе шевелился малыш – будто спрашивал, почему маме так больно.

Денис пришёл в себя ближе к полудню. Он бледный, с трясущимися руками, зашёл на кухню, где Анна молча мыла посуду.

– Аня…

Она не обернулась.

– Я… чёрт, я не помню половины вчерашнего. Но я вижу, что что – то натворил. Анна поставила тарелку на сушилку.

– Вика плакала до утра. Ей было страшно!

Денис закрыл лицо руками.

– Прости. Я… это больше не повторится.

– В пятый раз за год, – наконец повернулась к нему Анна. Глаза её были сухими и холодными. – Я не верю твоим обещаниям.

Они говорили в спальне, приглушённо, чтобы не слышала Вика.

– Семён подливал… – начал Денис.

– Не вали на других! – Анна впервые повысила голос. – Ты сам сделал выбор. Снова.

Он сел на кровать, сгорбившись.

– Что мне сделать?

– Уйти.

Денис поднял на неё глаза, полные ужаса.

– Насовсем?

– Нет, – Анна положила руку на живот. – На неделю. Пожить у Семёна. Подумать. А потом… потом посмотрим.

Когда он собрал сумку, Анна остановила его у двери.

– Если вернёшься пьяным хоть раз – всё. Понимаешь? Я боюсь тебя пьяного, я боюсь за детей!

Денис кивнул.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

– Я знаю. Поэтому и даю последний шанс.

Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Не плакала. Не могла позволить себе слабость – Вика и будущий ребёнок были важнее.

Субботнее утро началось с радостного оживления в доме. К Вике должны были придти подруги и проснувшись раньше обычного, она металась по комнате, раскладывая на полу кукол и накрывая импровизированный стол для гостей пластиковыми тарелками.

– Мама, а печенье можно? – крикнула она на кухню, где Анна нарезала бутерброды.

– Только не всё сразу съедайте, – улыбнулась Анна, поправляя фартук на большом животе.

Первой прибежала Лена – рыжая, веснушчатая, с потрёпанным плюшевым медведем под мышкой.

– Я принесла Мишку! Он будет гостем! – объявила она, шумно вваливаясь в комнату.

Анжела появилась через десять минут – аккуратная, в накрахмаленном платьице, с небольшой коробкой в руках.

– Это… это вам, – она протянула Анне коробку. Внутри лежали самодельные пряники, украшенные цветной глазурью.

– Спасибо, солнышко, – Анна погладила девочку по голове, и та неожиданно уткнулась ей в бок, как будто искала защиты.

В гостиной развернулось настоящее представление. Кукольный чай с воображаемыми пирожными (Лена громко причмокивала, изображая, как ест). Показ мод – девочки наряжались в мамины шарфы. Анжела даже надела Аннину шляпу, что вызвало всеобщий восторг. Танцы под старый радиоприёмник – особенно удался Анжеле зажигательный твист, от которого все покатились со смеху. Анна, наблюдая за этим из кухни, чувствовала, как потихоньку отпускает напряжение последних дней. Когда игры были в самом разгаре, в дверь позвонили. На пороге стояла высокая женщина с такой же рыжей чёлкой, как у Лены.

– Я за дочкой, – улыбнулась она. – Я Инга, мама Лены.

– Проходите! – Анна распахнула дверь шире. – Как раз чай собиралась заваривать.

Инга оказалась медсестрой из местной поликлиники. Пока девочки доигрывали в комнате, женщины сидели на кухне, и разговор пошёл сам собой: