Виктория Олейник – Демон Пепла и Слез (страница 4)
Под ладонью попалось что-то гладкое и блестящее – что-то очень знакомое. Надо же, стразик от моей сережки. Тьфу, к черту серьги! Я бросила страз в стену, выместив на нем злость.
– Он же не мог уйти?! Он вчера был точно мертвый! Нет, клянусь, если бы он не был мертвым, он бы как минимум возмутился, когда я тащила его через лес по всем кочкам!
– Ой, да брось. Может, твой сладенький инкуб так долго носил тело, что оно рассыпалось в прах досрочно? – Алекс прислонился плечом к косяку. Тон его был легкомысленным, но взгляд блуждал где-то далеко, и глаза прищурены. Что значит – парень беспокоится. Что значит – мне тоже пора паниковать.
– Слушай, ты сам знаешь, что так не бывает! – Я села и схватилась за голову. – Ой-ой, что теперь будет?!
– Или ожил и упорхнул через окошко…
– Или просто заткнись! – взорвалась я, взмахнув руками. И тут же бессильно уронила их на колени. – Нам крышка.
– Не обязательно. – Голубые глаза прищурились еще больше, и Алекс схватил меня за локоть, поднимая. – Никто нас не знает. И не узнает. Пойдем отсюда. Нас тут не было, ясно? Сегодня же уезжаем.
– Это не поможет, – заканючила я, но послушно поднялась и позволила Алексу тащить меня, куда ему вздумается.
– Да подумаешь, труп сбежал! – ворчал Алекс, упрямо заставляя меня передвигать ноги. – С кем не бывает? – Он вытащил меня из сарая и прикрыл за нами дверь. – Самое обычное дело, хочешь, дадим объявление в газету? "Сбежал труп. Нашедшему просьба вернуть по такому-то адресу".
– Не смешно, – буркнула я.
– Действительно. Лучше пусть не возвращают.
Лишь отойдя на безопасное расстояние, я оглянулась. В голубоватом воздухе, казалось, застыли капельки льда, или мне просто было холодно. Зубы стучали друг о дружку; меня трясло.
Если отец узнает, он меня убьет. Но если демоны что-то узнают… это будет означать войну на истребление. Месть демонов подобна всепожирающему огню: она сметает все на своем пути, зачастую и самих демонов. Вот откуда эта ярость, от которой стучат зубы, а по спине бежит холодок. Проклятье!
Хотя нет. Я преувеличиваю. Глубоко вдохнув, я постаралась успокоиться. Сколько раз демоны находили трупы собратьев? Бессчетное число! Бояться обычных демонов смысла нет, не посмеют бросить вызов целому Ковену. Тем более, такому сильному, как мой или Алекса.
Единственный ужас – это высшие демоны, сильнейшие из рода, но каков шанс, что им есть дело до какого-то инкуба? Ха! Один к тысяче. Я всего лишь паникую, первый раз с таким сталкиваюсь.
На душе полегчало. Так, еще раз. Обычные демоны не станут связываться с полным Ковеном, даже если узнают, кто я. Высшим демонам и дела нет до какого-то инкуба. Ух. Камень с плеч.
– Эй, обещаю, все будет хорошо. – Алекс набросил на меня свое пальто и обхватил за плечи. – Не переживай, это мелочь.
Алекс засранец. Но иногда я так рада, что он рядом! Кивнув, я послушно вложила ладонь в его руку, и мы побрели прочь из леса. У меня было такое чувство, что кто-то сверлит взглядом спину, я даже пару раз оглянулась, но лес хранил зловещее молчание…
Надеюсь, это нервы или какая-нибудь белка, а не оживший труп инкуба. Бррр.
По крайней мере, не пришлось копать яму в мерзлой земле. Хоть какой-то плюс на сегодня.
В заброшенном сарае никаких призраков не обнаружилось, за исключением Алекса, который ради забавы гремел банками и наводил на компанию страх – с телекинезом это легко. Я стояла в уголке, крутила в руках оставшуюся сережку и нервничала.
Так что когда мы убрались из сарая, я, наконец, вздохнула свободнее. И еще легче стало, когда мы вернулись в шумный, вонючий, но большой город. Никаких жутких сараев и мертвых инкубов. Это осталось позади, и спустя пару дней я окончательно выкинула из головы досадную ситуацию. Пропал труп – допустим, рассыпался в труху раньше, чем мы ожидали, с демоническими носителями такое случалось.
К тому же, не до этого. Да, я все-таки собиралась посетить вуз.
Спустя месяц после начала занятий.
Ну что сказать в свое оправдание: первое, у нас была охота на беса. Второе, вуз за меня тоже выбрали, и я не сильно туда рвалась.
К слову, профессию за меня выбирал отец. В нашей семье есть только одно мнение, и кое-кому плевать, что остальные с ним могут быть не согласны. Отец считал себя истиной в последней инстанции, чье мнение остальные обязаны принимать безоговорочно.
Нет, он не то чтобы приказывал. Действовал тоньше. Вот, скажем, не успела я глазом моргнуть, как мои документы оказались на факультете экономики. А потом, как приличная девочка, послушно все вызубрила и поступила на дневное отделение. Зачем оно мне было надо? Ведь ненавижу что экономику, что точные науки, всегда давались мне тяжело.
Впрочем… везде можно найти хорошее.
Черные туфли на высоком каблуке… игривое платье в красную шотландскую клетку… тонкий кожаный поясок в тон. Густая челка, чуть приподнятые сверху темные волосы, на плечи спускающиеся крупными локонами… золотые изящные сережки в ушах с маленькими, но кроваво-красными рубинами. Немного красной помады на губах, легко подведенные голубые глаза и – главное – ослепительная улыбка. Парни оборачивались мне вслед, пока я уверенно проходила по серым коридорам. Выбирай любого. Но я-то здесь не для них вырядилась…
– Им что, делать больше нечего? – раздраженно буркнул Алекс, подозрительно присматриваясь к парням. – За каждой юбкой увиваются!
– Не за каждой. За моей, – поправила я, перекладывая бумаги в другую руку, чтобы похлопать Алекса по плечу. – Нам сюда. И не забудь, ты мой старший брат.
Алекс хмыкнул и одним быстрым, элегантным движением поправил пиджак. Официальный стиль – черный костюм с галстуком – смотрелся на нем странно и непривычно, но этот новый имидж мне даже нравился. Обычно Алекс напоминает хулигана, светского бездельника, но сегодня он такой собранный… идеально подходит для роли сноба. Каковым и являлся мой настоящий брат.
– Скажешь, что у меня были причины не появляться в вузе, возьмешь для меня задание Морозовой, предупредишь, что я еще… ну скажем, неделю проведу дома, и мне надо будет нагнать программу… а, да! Не забудь меня поругать.
– С превеликим удовольствием, – ухмыльнулся Алекс.
– Слушай, только в меру, понял? Не увлекайся.
– Успокойся, в таких делах можешь на меня положиться, – еще веселее хмыкнул Алекс, и его идеальный образ сноба дал глубокую трещину. И сквозь эту трещину начал пробиваться Алекс, которого я знала. Пришлось стукнуть парня по плечу: он мне все дело загубит.
– Вот сейчас, глядя на тебя, я бы подумала, что ты вообще все экзамены взяткой сдал! Впрочем, так и есть, – вздохнула я.
Мы завернули за угол. Здесь, в маленьком тупике, было пустынно, хотя обычно рядом с деканатом ошивается толпа студентов. Но сегодня только два человека обернулись, чтобы посмотреть, кого ветром принесло. И надо же… эти два человека совершенно точно не входили в список желаемых встреч.
– Тарлиевы, – процедила я одновременно с Алексом.
– Штоль, – протянули с другой стороны также неприязненно. Почему все знают Алекса, но меня в упор не замечают? Будто прочитав мои мысли, высокий парень перевел взгляд на меня и прищурился. – И надо же, Арефьева.
У этой парочки лица были одинаково смазливыми – пепельные волосы, темные глаза – и одинаково надменными. То есть, поймите верно, всегда одинаково надменными. Как если бы кирпичом в нос заехали. Выражение крайнего презрения к миру не сходило с их лиц.
Или, может, это реакция охотников друг на друга: Тарлиевы, брат и сестра, принадлежали к враждебному нам Ковену. Мы, может, старались друг дружку не убивать без веской причины, но и без крайних мер есть способы испортить врагу жизнь.
– Как твоя сестричка, Арефьева? – усмехнулась Маша, блондинка с капризно поджатыми губками.
До сей поры я не знала, кто виной зудящей сыпи на теле младшей сестры, но поняла мгновенно, о чем речь. В нашей семье водились и обычные ведьмы, не только целители. Как и у Тарлиевых не одни оборотни Ковен составляли. Если Тарлиевы обратились к ведьмам – то и мне пора парочку проклятий заказать.
– Ах, это была ты! Жди ответа, – улыбнулась я.
– Ой-ой, боюсь, – скучающе отозвалась Маша, в то время как ее брат Максим подбирался ко мне.
– А ты повзрослела, Лия Арефьева, – насмешливо сказал он, оценивающе пробежавшись взглядом по моей фигуре. – Я бы с тобой не прочь познакомиться поближе.
Я нахмурилась. Ой, чую подвох. И какую-нибудь гадость.
– Сколько тебе заплатить за ночь? Вы, Арефьевы, все продажные, не ломайся! – Он дернул меня, прижал к себе, а его ладонь скользнула по груди. Я и моргнуть не успела! Оттолкнула его молниеносно, а сама отпрянула в ужасе и шоке. Это что вообще было?!
Бамс! Кулак Алекса со смаком впечатался в скулу Максима, и тот, пошатнувшись, с яростью взвыл.
– Ты че, охренел?! – он кинулся было на Алекса, но тот увернулся от атаки, схватил Тарлиева за воротник и со всего размаху впечатал в стенку.
– Скажи спасибо, что я не вырвал твой грязный язык и не засунул тебе в зад, понял?! – выкрикнул он. – Еще раз дотронешься до нее, лично найду и причиндалы поотрываю!
– Ах ты…
– Повякай мне еще!
Глаза Макса расширились от гнева; он с силой оттолкнул Алекса. Ой-ой-ой, сейчас здесь будет драка. Маша скучающе зевнула, я попыталась придержать Алекса за рукав. Тот повел плечом, сбрасывая мою ладонь, и дернул за галстук, ослабляя узел. Максим, тяжело дыша, глаз с Алекса не сводил, и, кажется, решил взять реванш за скулу.