Виктория Новикова – Вечная утрата: Отголоски прошлого (страница 10)

– Что-то случилось? Я могу тебе помочь, – создаю вокруг нас невидимую теплую ауру, чтобы ребенок не замерз.

– Вы можете заблать меня с собой и увезти? – буква «р» у нее плохо получается.

– Прости, милая, но похищение детей карается законом.

Слезы уже прошли, но она все еще всхлипывала, обиженно опустив глаза в пол и надув маленькие пухлые губки. Бл*ть. Никогда не любил детей. Приспичило же героем заделаться.

– Где твои папа и мама?

– Мама в лаю, – черт!

– Мне очень жаль… А папа?

– Тилан внутри, на празднике.

– Ты имела в виду «тиран»?

– Угу, – закивала девочка. – Тилан, – потом осмотрел ее хорошенько и увидел на ее маленьких ручках синяки и ссадины. Даже на лице были те, которые я сразу не заметил.

– Он что, бьет тебя? – ребенок вновь опустил глаза в пол. Большего мне не надо. Я хоть и не любитель детей, но не приветствую издевательств над ними. За такое нужно убивать.

– Как зовут твоего папу?

– Валентин.

– Борисов?

– Да, – сука, вот сразу же он мне не понравился. Но не люблю относиться предвзято к человеку из-за внешности.

Это главный, с кем мы сегодня заключили сделку, но с этой минуты ничего общего у нас больше нет.

– Часто он тебя обижает?

– Когда не в настлоении.

– А не в настроении он всегда, да?

– Да.

– Смотри, что у меня для тебя есть, – я сунул руку в карман и с помощью магии призвал небольшой, заколдованный мною серебряный браслет. – Он сделает так, чтобы твой папа никогда больше не смог тебя тронуть, – на самом деле это сделаю я… застегиваю браслет на ее миниатюрной ножке, чтобы он никому не бросался в глаза. – Никогда его не снимай. Сейчас он идеально сел на твою ножку и по мере твоего взросления будет подстраиваться под тебя. Монстриков под кроваткой ночью боишься?

– Боюсь.

– Можешь больше не бояться, потому что браслетик особенный. Он от всяких злых духов под кроваткой тебя защитит, – и я не вру. Он изначально заколдован от магии и не позволит навредить девочке тем, у кого будет темная сверхъестественная аура.

Зачем я его дарю? Чтобы дать ребенку веру.

– Спасибо больфое. Я никогда его не сниму.

– Умница. А теперь беги обратно. Здесь очень холодно, ты можешь заболеть, – глазки заплаканные, голубенькие. Я хоть и бездушный, но обижать маленьких и слабых в мои правила не входит.

Когда мы вернулись вместе с ней обратно в здание, тут как тут нарисовался ее отец. Небольшого роста, с рожей петуха.

– О-о-о, мистер Осборн, Вы нашли мое маленькое чудо. Спасибо Вам. Вы извините, она непослушная, совсем от рук отбилась, вот и убегает постоянно.

– Давай-ка отойдем, – киваю ему в сторону. – Пока, маленькая, береги себя.

– Пока.

– Лина, – от этого имени душа будто заболела. – Разве можно к старшим обращаться на «ты», м? – голову вжала, ручками давай теребить свое платьице.

– Ребенка не пугай! Я разрешил ей со мной так говорить. С тобой контракт мы заключать не будем. А ты! Если еще раз тронешь ребенка, будешь горько об этом сожалеть, – похлопав его по плечу, я наложил заклятие. Если он еще раз ударит ее, ему будут видеться очень нехорошие вещи, чему будет способствовать браслет, чувствуя мою магию.

Когда я уходил, обернулся посмотреть на ребенка. По ее щечкам текли слезы, она махала мне своей маленькой ручкой, и я ответил ей тем же, слегка улыбнувшись на прощание.

Лина. Точно. А я все не мог вспомнить, где же слышал это имя раньше.

– Значит, и правда Вы. При нашей первой встрече я подумала, что уже где-то Вас видела. Вы казались таким знакомым. Когда я тонула, то думала о Вас, и.… воспоминания сами всплыли передо мной.

– Маленькая худенькая девочка, которая была вся в синяках. Так вот, почему ты уехала в другую страну?

– Я больше не могла там находиться. Отец моей подруги помог мне. Я надолго задержалась в Корее и боялась, что отец узнает, кто помог мне, и убьет господина Танаку. Тогда я решила уехать в Сан-Франциско, подальше от Сеула. Мне никак нельзя в Лондон: там проживает много его друзей; меня могут узнать, и тогда все это было зря. И лучше бы я тогда утонула, – похоже, она собиралась заплакать.

– Слушай сюда, – склонился я над ней, смотря прямо в глаза. – Не знаю, случайно мы встретились или же тебя кто-то подослал ко мне, но второй раз ты появляешься в моей жизни спустя пятнадцать лет. И если в первый раз я сделать ничего не мог, то в этот – обычным браслетом дело не закончится. Ты теперь полностью под моей защитой. Мой дом – в Лондоне. Останься ты здесь, мне будет тяжелее присматривать за тобой, и в конечном итоге тебя используют для того, чтобы выйти на меня. И поверь мне, твой отец – меньшая проблема из тех, которые существуют. Хочешь ты или нет, но ехать придется.

– И что, я буду сидеть в Вашем доме взаперти?

– Я не изверг… в твоем случае ты будешь работать в моей компании экономистом, то есть находиться перед моими глазами 24/7. В передвижениях по городу я тебя тоже не ограничиваю, потому что с тобой всегда будет охрана.

– У меня есть выбор? – она с надеждой посмотрела мне в глаза.

– Нет!

– Зачем Вы спасли меня? – мы слишком близко друг к другу. Ее запах пьянит. Я тону в этой морской бездне и чувствую, что в скором времени не смогу всплыть обратно.

– Я… поправляйся. Я подготовлю все необходимое. Вещи в твоей квартире соберут и перевезут немедленно. После больницы мы не будем терять время и сразу отправимся в Лондон, – девочка не ответила. А я, в принципе, и не ждал.

ГЛАВА 7

Из больницы меня выписали через десять дней. За все время Эйдан больше не приходил ни разу. После нашего знакомства моя жизнь перевернулась с ног на голову. Уж не знаю, хорошо это или плохо, но то, что я с этим не согласна, – факт! Каждую ночь мне снилось, как я тону: вокруг лишь ледяная вода и полнейшая тьма. Чувствую, как происходит спазм гортани, мучительное горение, разрывание грудной клетки и как начинаю чувствовать неуместное спокойствие.

В ушах слова Эйдана от том, что ему плевать, и внезапное воспоминание из детства… вот, где я видела эти угольные глаза. Но даже это не меняет того, что он предал мое доверие. Нельзя верить тому, кто отправил тебя на смерть. Пусть и спас после… но сейчас мне придется жить с ним в одном доме.

Я теряю свою работу, свою свободу. Я не знаю, что меня ждет дальше, и не хочу жить в страхе из-за того, что в любой момент меня могут убить.

– Лина, ты готова? – бархатный голос выдернул меня из моих мыслей.

А вот и мой надзиратель.

– Готова. Спасибо, что привезли одежду.

– Поехали. У нас мало времени, – он взял мою сумку и ушел.

Мы спустились по лестнице и вышли через запасной выход позади больницы. Эйдан открыл мне дверь черного внедорожника и сел со мной на заднее сидение.

По дороге в аэропорт мы не произнесли ни слова – лишь когда машина въехала на взлетную полосу, я прервала наше молчание.

– Мы не будем проходить контроль?

– Мы полетим на моем самолете. Пока что нигде нельзя светить твоим именем.

– А у вас и свой самолет есть?

– Как видишь.

– И много их у вас?

– Много.

– Это, наверное, очень дорого?

– Не очень.

– И разрешение на вылет есть, да?

– Ну-ка хватит, – он гневно стреляет своими черными глазами. – А то полетишь в багажном отсеке.

– Пф, – сам бы лучше в багажном отсеке полетел: хотя бы не видела его лица.