Виктория Миш – Волшебная больница Святого Владимурра. Книга 1 (страница 10)
Или я все неправильно запомнила.
Медсестры стояли, разинув рты.
– Вот это да! – выговорила наконец Эллен. – Шесть часов с операции прошло, а он носится по кроватям. Так не бывает.
– Может, у него уже все зажило? – робко поинтересовалась я, наблюдая за сыном. Он лег на кровать, вытянул ноги, накрылся одеялом – все чин чинарем – и теперь водил рукой по светло-желтой стене и царапал ее ногтем.
– Ну да, как на кошке! – недоверчиво фыркнула медсестра с черным каре и поправила очки. – Не позволяйте ему прыгать. Шов разойдется. Так нельзя! Видимо, анестезия отошла, и у него прилив сил…
– Не было анестезии, – перебила Эллен и покачала головой. – Он должен валяться в кровати чуть живой. То есть без сил!
– Кирилл Иванович разберется! – Медсестра повернулась бейджиком, и я прочитала: Файра Коданс. Надо бы запомнить непривычное имя, раз медсестра в паре с Эллен тоже следит за нами. – Мамочка, вы меня слышите? Если шов разойдется, придется повторно зашивать. Вы этого хотите?
– Нет! – ответили мы с Темкой хором и озадаченно переглянулись.
– Тогда лежи смирно! – погрозила ему Файра пальцем. – Ужинать будете, мамочка? Вы не заходили в столовую. Нам сказали. Так дела не делаются. Кушать надо, чтобы силы были. Вы ведь человек. Принести вам в палату?
– Да, пожалуйста! А нужно ли кушать Теме? – За всеми этими перипетиями я и вправду полностью забыла о еде.
– До завтра не нужно. Пусть организм восстанавливается.
– А когда к нам придет врач? Ну… посмотреть на Темку. Все ли в порядке.
– Посмотрели уже, – отмахнулась Файра, но скептически оглядела сына. Видимо, его прыжок произвел на медсестру неизгладимое впечатление. – Если что-то случится, мамочка, или он будет странно себя вести – подойдите на сестринский пост в конце коридора. Вызовем дежурного врача. Сегодня Григорий Иванович. А завтра с утра ваш лечащий на обходе посмотрит.
– И во сколько обход?
– В восемь.
– Хорошо. Спасибо!
Медсестры ушли, выкатив каталку, и мы остались одни. Я повернулась к Темке и погладила его по взлохмаченной голове. Волосы были твердыми, колючими. Словно бы месяц их не мыла.
– Бедненький ты мой котик! – не удержалась я и снова прижалась к сыну плечом. – Сколько же настрадался!
– Не плачь, мам. – Темка отвлекся от стены и посмотрел мне в глаза. Очень по-умному улыбнулся. – Тетя Алена обещала, что я поправлюсь. И пойду в другой мир. Там краски и все такое красивое. Тебе понравится. Не плачь, мама. Все будет хорошо.
– Угу! – оторопело откликнулась я и вразрез своим словам разразилась слезами.
Ему всего лишь два года и два месяца. Еще только вчера он совсем не говорил. Мама, дай, пи-пи и ам-ам – не в счет.
А теперь сын изъясняется лучше нашего четырехлетнего соседа.
И это немного пугает. И немного нервирует.
Мамочки?! Нет, не так.
Ма-моч-ки!
В эту первую ночь мы спали на одной кровати. Темка заснул быстро, видимо, сил у него и вправду оказалось мало. Едва хватило на дерзкий прыжок с каталки на кровать. Когда медсестра принесла мне дымящуюся тарелку с пшенной кашей и котлетой, сын уже спал. Стараясь не разбудить его, я быстро покушала, переоделась в пижаму и прилегла рядом.
Он прижался ко мне и мирно засопел.
Ночь прошла спокойно. Сын спал и никаких сверхъестественных способностей не проявлял, чему я была только рада. Нужно привыкнуть ко всей этой чертовщине. Разобраться.
Но не сейчас. Все завтра.
Мне нужно и самой отдохнуть. Собраться с силами перед новым днем и новыми делами. Как назло, в непривычной обстановке сон не шел, а в голову то и дело лезли воспоминания событий пережитого дня.
…А ведь утро начиналось обычно. Мы шли к очередному доктору в очередной медицинский центр. На этот раз по совету знакомой мамочки с детской площадки.
– Ты сходи к Изольде Тихоновне. Она вот такой специалист. Рома заговорил через месяц после занятий с ней. Она и логопед, и психолог, и специалист по особенным деткам… Находка, а не врач. Темка заговорит быстро. Ты только не жмоться, сходи.
Запись у этой чудо-женщины была на месяц вперед. И с ценой вдвое выше обычного.
Я записалась. Действительно, чего экономить, если идем к такому крутому специалисту?
В назначенный день мы взяли такси, проехали через вес город и в девять тридцать уже входили в помещение.
– Какой малыш! – Изольда Тихоновна оказалась приятной женщиной с круглым лицом и пышно взбитой прической. – Проходите, дорогие. Садитесь. Чай будете? Вижу, издалека ехали. Могу предложить мальчику молоко или фруктовый сок. С чем пожаловали?
– Спасибо, у нас с собой вода. – Я достала из сумочки и протянула бутылочку сыну.
Темка взял, открутил крышку и сделал несколько глотков под немигающим взглядом врача. Сел на стул рядом со мной и, в свою очередь, с любопытством уставился на женщину.
– Мы из-за того приехали, что сын не говорит. Совсем. Даже мама полностью не произносит. Нам два года и два месяца, и все детки на площадке нашего возраста уже что-нибудь да говорят. А Темка все никак. Понимаю, что все разные, и у каждого свои особенности… Но все же. Может быть, ему нужны занятия какие-то особенные, упражнения или еще что-то, что поможет ему?
Женщина странно глянула на меня, а потом снова повернулась к сыну. Пристально вгляделась в него, даже очки нацепила на крючковатый нос.
– Да, вижу проблему! – легонько нахмурилась она. – Несложная, но есть. Вы подождите, посидите тут, я схожу за дидактическими материалами.
Пока врач отсутствовала, мы чуть было не перевернули вверх тормашками весь кабинет. Это при чужой тете сын вел себя настороженно и сидел чинно то на коленях, то на специальном стульчике. А стоило ей уйти, тут же переключился на окружающие вещи.
Я чуть не взвыла, отбирая попеременно карандашницу, подставку под ручки, сами ручки и блокнот врача. Причем блокнот было особенно жалко мять или рвать – вещица выглядела необычно. В красивой кожаной обложке коричневого цвета, блокнот был не слишком большим, но помещался в руке удобно. И стоил явно дорого. Но больше всего меня удивило то, что украшен он был кругом из железных заклепок, а в сложном замысловатом узоре среди ветвей, птиц и листьев мне показался профиль волка.
Отмахнув наваждение, иначе и не назовешь, я положила блокнот врачу на стол и взяла сына на руки. Походила с ним по кабинету, поизучала таблички, щедро развешанные по стенам. По всему выходило, что Изольда Тихоновна – профессор мирового масштаба, если не вселенского. Зная тягу врачей к посещению семинаров и конференций, я все равно не ожидала увидеть такого количества. Вглядевшись в надписи, я, к стыду своему, поняла, что половина грамот и сертификатов написана на иностранных языках.
Наверное, Изольда Тихоновна и вправду одаренный врач. Кроме свидетельства Мюнхенского университета, в котором она с отличием закончила магистратуру, я успела заметить и диплом Лондонского университета.
И когда она только успевает учиться, еще и обширную практику с этим совмещать?!
Темка все это время жалобно поскуливал на ручках, но я была глуха к его просьбам. Держала крепко, к вожделенному столу не допускала.
– Мамочка, пройдемте! – Врач заглянула в кабинет и почему-то довольно улыбнулась. – Проведем сеанс в специально оборудованном кабинете.
Мне тогда еще показалось странным, что нам надо куда-то идти. Чем плох этот кабинет? Обилием табличек?!
Еще страннее было выйти на черную лестницу и спускаться с пятого этажа в самый подвал.
Темка взвыл сильнее, уже не стесняясь врача. Все это время он тихонько поскуливал. Та косо взглянула на него, но не сбавила шаг.
– Нам точно нужно туда идти? – Перед глухой черной дверью меня накрыла бесконтрольная паника.
Возможно, это скулеж Темки подействовал на нервы. Или я что-то почувствовала – не знаю. Но переступать порог этой темной дыры наотрез отказалась. Хоть Изольда Тихоновна и уговаривала меня пусть и настойчиво, но очень вежливо и ласково.
– Тяжелое оборудование. Неподъемное, – объясняла она. – Рентген сделаем, кости посмотрим.
– Послушайте, какие кости?! – возмутилась я и сделала шаг назад. – Я не хочу. Давайте вернемся в ваш кабинет. Ни о каком рентгене мы с вами не договаривались.
– Вам ничего не нужно доплачивать. Это входит в стоимость сегодняшнего приема, – зашла она с другой стороны. – Вы что, не желаете блага своему сыну? Мы проведем всестороннее обследование и выясним, почему его мозг плохо работает.
– Нормально он работает!
Слышать такие вещи было оскорбительно. Да, пусть Темка отстает в чем-то от своих ровесников, но он умный малыш. Я же вижу. И никому не позволю называть его умственного отсталым!
– Мы уходим! – решительно заявила я и развернулась.
Вот это и было моей тактической ошибкой. Никогда нельзя поворачиваться спиной к сомнительным личностям. Или тем, кто не вызывает доверия. Никогда! Их нужно держать в поле зрения, следить внимательно за их действиями. Особенно когда стоишь в глухом подвале незнакомого тебе медцентра.
Меня схватили за шиворот, потрясли, как котенка, и, невзирая на то, что вес мой утяжелял Темка, легко впихнули в черный проход.
– Да что ты упертая такая? – донеслось вслед.
А потом врач зашла внутрь и включила свет.
Оказывается, нас тут уже ждали.