Виктория Миш – Чёрт-те что, или Непыльная работёнка (страница 12)

– Не соглашайся. Не соглашайся!

И, видимо, именно по закону подлости и противоречия я выдала:

– Согласна. Буду в пять.

И положила трубку.

– Ты с ума сошла! – возмущенно прочирикал фамильяр. – Это ловушка!

– Не говори глупости, Тасс. Может, это шанс всей моей жизни! Я всего-то съезжу на прослушивание, посмотрю, что там и как… Я всю жизнь мечтала играть в крутой группе!

– Тебя же приглашают петь, – проницательно возразил птенчик.

Ох, я кожей чувствовала, что фамильяр возмущен моим непослушанием и готов прямо-таки заклевать.

– Когда они поймут, что пою я, как на уроках сольфеджио, то оставят эту идею, – рассудила я, – а я меж тем сыграю им «для утешения» на клавишах. И они меня возьмут!

– Ну-ну. А как совмещать с должностью гармоники будешь – об этом ты подумала?

– Глупости. Чертей по ночам принимать – дело немудреное, – отмахнулась я.

Но Тасс покачал головой.

– И откуда у меня такое предчувствие, что тебе не стоит ехать? Кстати, что он вначале говорил, я не расслышал?

Я задумалась, вспоминая, что он там говорил. Про пиар вроде… Да, кажется, именно спросил что-то про рекламу…

– Про пиар что-то. Черный. – Пришлось признаться. – Это плохо?

– А ты как думаешь? – чирикнул фамильяр.

Мне и без его подколки стало ясно, что меня хотят каким-то нехорошим способом использовать. Или втянуть в какую-то не слишком приличную историю.

– Вот же блин! – в сердцах выпалила я. – И что теперь делать? Я так настроилась!..

Настроение по наклонной ухнуло вниз.

И вправду, с чего это какому-то менеджеру звать в группу именно меня? На свете других людей нет, что ли?

– Во-о-от! – Птица присела ко мне на плечо и обвиняюще тыкнула когтем. – Ты бы лучше меня слушалась и пекла блины! А не ругалась!.. Своими восклицаниями только аппетит разжигаешь! Глупо соглашаться сразу на авантюру!

– Слушай, Тасс, – меня осенило, – так у них и группа называется «Авантюристы».

– Уже о многом говорит, – изобличающе прочирикал напарник, а мне вдруг стало его жалко. Он, выходит, не петлю отрабатывал, а меня, глупую и неразумную, оберегал. Пыжился, старался обратить внимание. А я не только соня, а еще и плохо соображающая соня!

– Интересно, у нас яйца есть?

Надо хоть как-то реабилитироваться перед напарником и порадовать его. Я в задумчивости направилась на кухню и краем глаза услышала довольное чириканье Тасса.

Да, я, наверное, настоящая сумасшедшая, раз могу различить эмоции в таком непроницаемом с виду напарнике. Но после сегодняшнего фиаско – и с первым клиентом, и с этим телефонным звонком – я стала внимательнее. Проницательнее, что ли. И мне захотелось отблагодарить Тасса за помощь и сделать ему приятное.

Хоть я и не люблю готовить, но напеку блинов. Угощу птенчика. Это то немногое, что я действительно хорошо умею делать.

Он, вероятнее всего, огребет. Опять много лишних мыслей в голове, наставник не одобрит. Но придется выкрутиться, ведь девчонку нельзя упустить.

И кто говорит, что инициатива наказуема? Дураки. Инициатива нужна, как движущее звено эволюции, как бензин для машины, как он для нее.

Определенно, осталась пара лун, и он сможет взять ее.

Карие глаза рассеянно пробежались по толпе. Он любил сидеть у окна. Отсюда видно не просто движение в городе, а, как он говорил – пульс жизни. Пассажиры скучали в маршрутке, автобус пытался вырулить из создавшейся пробки, пешеходы мчались, сосредоточенные и хмурые, по Маросейке. И никто не замечал его.

Глава 6

Вообще-то я всегда любила воскресенья. Хорошее времечко: сидишь себе перед теликом, жуешь приготовленную тобой же на трех противнях пиццу и смотришь корейские сериалы. Почему именно их? Просто они жизнеутверждающие, крутые, захватывающие. Понимаешь, конечно, что все это неправда и в нашей реальности так бы не прокатило, но сказка манит, завораживает, и хочется смотреть еще и еще. А может, я просто сериаломан.

Вздохнула. Это было раньше. Сейчас же я тащусь почти к Кремлю в непривычно ярком виде и, постоянно косясь по сторонам, рискую получить косоглазие. Дело в том, что напарник меня не бросил. Согласился проконтролировать мою авантюру. Уговаривать пришлось долго – птичка капризничала и, только получив пачку раскрошенного печенья из топленого молока и обещание раскрошить вечером столько же, согласилась полететь.

Вот я и оглядываюсь по сторонам, стараясь узнать в пролетающих мимо воробьях Тасса. Он разумно отказался ехать в метро, хоть я сдуру и предлагала посадить его в сумку. Но напарник оказался мудрее и предусмотрительнее, или у него прорезался дар предугадывать давку в метро в час пик.

На выходе с Кузнецкого моста тусовалась прорва воробьев и голубей – какой-то бомж щедро одаривал их обедом. Я безуспешно искала глазами напарника, но воробьи не обращали на меня внимания. Ладно.

Дома мы смотрели дорогу по мобильнику, обсудив, как быстрее добраться, так что я уверенно свернула к нужному переулку и не стала заморачиваться дальнейшим поиском птички. Сам найдет.

Вот только через десять минут пешего и – увы! – одинокого странствия я засомневалась. А вдруг Тасс промахнулся или что-то случилось?!

Острое чувство тревоги кольнуло в районе груди. Я даже не подозревала, что за последние два дня так сильно привязалась к птичке.

– Ты дергаешься, как воришка на первом деле! Слепой заподозрил бы тебя в чем-то неправомерном, – пропищал он откуда-то, и я резко дернула подбородок вверх.

Вроде бы оттуда доносился голос.

Или нет?

Птицы летали по переулку стремительно. Где находился Тасс, понять было сложно. Но теперь я хотя бы знала, что рядом.

Радостно улыбнувшись, я бодро потопала вперед.

Прошла дорожный переход и остановилась у нового книжного. Кажется, через несколько домов слева будет место встречи. Так. Надо собраться с мыслями, настроиться на нужный лад – и вперед, к своей мечте!

Я уже представила себя мысленно на стадионе, в окружении толпы фанатов, поющих наши суперпопулярные хиты. Софиты ярко светили в лицо, музыка била по ушам и неслась по ветру. Мы были одним целым, одной необыкновенной энергией, состоящей из нот и букв!

Как хорошо, когда ты встречаешь единомышленников и посвящаешь время своей мечте!

Это круто!..

От созерцания дорогого электронного пианино под моими пальцами – я буквально видела перед собой блестящие белые клавиши и все эти примочки, в которых так интересно разбираться, – меня отвлек телефонный звонок.

Неизвестный номер настойчиво добивался моего внимания. Очнувшись от сладостных дум, я огляделась, отошла к стене, чтобы не мешать пешеходам, и только тогда взяла трубку.

– Привет, Оль! Это Макс, мы познакомились в пятницу в баре. Помнишь меня? Я еще говорил, что нам надо бы встретиться. Как насчет завтра?

Я удивилась: как он меня нашел?

Разве я не дала ему неправильный телефон? Продолжать знакомство я не планировала. И всегда в таких случаях вежливо сливала парней, «случайно» ошибившись одной цифрой. Вместо четверки говорила пятерку в конце.

Но… Макс мне дозвонился. А значит, я тогда порядком расслабилась и потеряла бдительность, продиктовав ему свой настоящий номер.

И это плохо. Потому что встречаться с ним во второй раз мне не хотелось. Совсем.

– Макс, извини, но завтра не получится. У меня столько дел по работе, и вообще, сейчас все очень сложно.

– Ты же не работаешь. – Меня бодро попытались подловить на лжи, и я окончательно растерялась.

Когда ж я успела так много наболтать?

Честно попыталась вспомнить, что рассказывала о себе парню. Но тот знаменательный вечер как-то отрезками отложился в памяти, а на фоне последующего знакомства с Лирассом так и вообще выцвел и превратился в жалкое подобие копирки.

– Теперь работаю. Устроилась! – запинаясь, ответила я.

Максим замолчал, будто его сильно удивила эта новость. Пока он не одумался, я добавила:

– Извини, Макс, мне срочно нужно идти. Потом созвонимся. Пока!

И сбросила вызов. Поглядела на время и подпрыгнула на месте: я опаздываю, причем уже на две минуты!

Не слишком-то это вежливо – опаздывать. И я со всех ног припустила к мелькавшей впереди цели.

В баре оказалось пусто. Я оглядела пустые столики и прошла в глубь зала. Странно, бар выглядел будто закрытым. Но ведь сегодня воскресенье.