Виктория Лисовская – Сокровища Петра Первого (страница 2)

Дарья задумалась, от свидетельницы сейчас действительно было мало толку, к ней с расспросами она вернется позже, пока предстояло поговорить с охранниками Михайловского замка.

— Олимпиада Андреевна, я вас попрошу — подготовьте мне список всех украденных картин с полным описанием и примерной стоимостью. Хорошо? Спасибо большое, — кивнув поникшей свидетельнице, Безбрежная подошла к толстому гениальному криминалисту Алексею Михайловичу Одывалому, который в данный момент собирал улики, вероятно, оставшиеся на пустых рамах.

— Ну что, как дела, Михалыч? — Дарья поправила выбившуюся прядь темных волос, зачесала ее за ухо.

— Это у вас дела, Дарья Николаевна, у нас так — делишки! — хмыкнул Одывалов.

— Хорошо, как делишки? — согласно кивнула Безбрежная.

— Работали профессионалы, отпечатков почти нет, какие-то смазанные все. Скорее всего, в перчатках работали. Сейчас же все умные, телевизор смотрят — не пойдут на дело с голыми руками, — ворчал эксперт.

— А сигнализация что? А охранники где? — сморщила курносый нос Дарья.

— Охранники вон, в том углу маются, ждут допрос. А сигнализацию отключили, причем отключили вполне профессионально. Наши технари во главе с Зориным там колдуют на пульте. Сигнализацию никто не слышал, не видел.

— А почему они не в главном корпусе Эрмитажа выставку провели, а здесь, в Инженерном замке? — задумалась вслух Безбрежная.

— А это не меня надо спрашивать, а руководство музея, — развел руками Одывалов. — Хотя, если по чесноку, в Эрмитаже, конечно, средства безопасности получше будут. Оттуда что-то выкрасть сложнее, — почесал лысую голову эксперт.

— Спасибо, Михалыч. Пойду охранников попытаю, что да как.

— И к технарям зайди, может, они что накопали, — вернулся к своей работе Михалыч.

Дарья слабо кивнула и, снова окинув взглядом пустые подрамники, отправилась к противоположной стороне зала, где с ноги на ногу переминались два здоровых мужика.

— Добрый день, я следователь Дарья Николаевна Безбрежная. Я хотела бы с вами поговорить.

Мужики синхронно кивнули.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Начальник службы безопасности Сидорчук Владислав Олегович, — ответил высокий, коренастый, с серьезным взглядом карих глаз мужчина.

Второй с пышными усами сообщил:

— Михайлов Сергей Александрович.

— Владислав Олегович, расскажите мне, как так получилось, что исчезли семь полотен с выставки? — строго посмотрела на начальника службы безопасности Дарья.

Ничуть не смутившись, тот ответил:

— Мы проводим внутреннее расследование, о результатах мне докладывают каждые полчаса.

— Внутреннее расследование это, конечно, хорошо, но, я надеюсь, ваше расследование не будет мешать нашему? — Следователь усмехнулась. — Чья была смена вчера?

— Моя, — звучно ответил Михайлов.

— Вы были один? Где ваш коллега? — Дарья посмотрела в документы. — Где второй охранник Потапов?

— В том-то и дело, что Алексея Потапова сейчас наша служба безопасности разыскивает, — вместо Михайлова ответил его начальник.

— То есть охранник Потапов исчез сразу же после ограбления?! Интересно, очень интересно, — ухмыльнулась Дарья и записала в блокноте жирный вопросительный знак напротив фамилии Потапова. — Что вы можете о нем рассказать? Когда вы его видели в последний раз?

— Вчера он не явился на дежурство, — нерешительно ответил Михайлов, выразительно поглядывая на начальника службы безопасности, как бы у него спрашивая согласия на свои ответы.

— А до этого он пропускал когда-нибудь дежурства? Какой он был человек?

— До этого он ни разу не пропускал, он не пил, не курил, был вполне спокойным и ответственным. Мы очень все удивились, что его нет на месте, несколько раз звонили ему на сотовый. Мало ли, что случилось, но телефон у него выключен со вчерашнего вечера, — ответил Сидорчук.

— Хорошо, телефон его мы проверим, запишите номер. Что еще о нем можете рассказать? — обратилась Дарья к Михайлову.

— Он нормальный был, почти… — неопределенно ответил охранник, странно косясь на начальника.

— Что значит «почти»? — уцепилась она за его последние слова.

— Ну, он… ну, это… — замялся охранник.

«Он, определенно, что-то знает про Потапова, но при начальнике безопасности говорить не будет», — вдруг поняла Безбрежная. Начальник безопасности нахмурился и покачал головой.

— Все с Алексеем Потаповым нормально было, мы всех работников при заключении контракта проверяем на детекторе, они проходят консультацию невролога, психиатра, нарколога, без этого они работу не получат. Так вот, Потапов все этапы собеседования блестяще прошел. Все с ним нормально было! — При слове «нормально» Сидорчук красноречиво взглянул на Михайлова.

Тот странно кивнул и потупился в пол.

Безбрежная поняла, что эту тему надо еще раз поднять, но позже, наедине с Михайловым, поэтому решила задать другой вопрос:

— Кто обнаружил отсутствие картин и когда?

— Я обнаружил. Когда Потапов не вышел на дежурство, мне Сергей позвонил, доложил обстановку, я сам лично подъехал. Дежурил с ним. Утром в пять утра после обхода зашел по инструкции сюда в зал — а тут уже пусто. Сразу позвонили руководству, вызвали полицию, — ответил Сидорчук.

— Что ночью было необычного? Что вы слышали? Видели?

— Все было как всегда. Тихо, спокойно.

— Я в два часа ночи проводил обход, картины в этом зале были на месте. В пять уже пустые рамы, — сообщил Михайлов.

— То есть кража произошла с двух до пяти ночи приблизительно, — Дарья записала время в блокнот.

— В других залах что-нибудь пропало? Здесь же, как я понимаю, есть другие бесценные картины, произведения искусства, раритеты — что-нибудь еще похищено?

— Нет, в том-то и дело, что украли только эти семь картин! В другие залы никто и не заходил! По камерам видно! — ответил начальник службы безопасности. — Мы обход по всему музею провели.

— А что с камерами, что с сигнализацией?

— С камерами? — улыбнулся начальник безопасности. — А вы можете сходить, полюбоваться на пульт.

— Хорошо, пройдемте, — энергично кивнула Дарья.

Они прошли в кабинет на первом этаже, где была оборудована каморка охранников. Возле внушительных мониторов вовсю колдовали спецы из технического отдела полиции.

— Гоша, привет. Ну, что скажешь? — следователь поздоровалась с высоким русоволосым парнем.

— Привет, Дарья Николаевна. Отчет будет завтра у тебя на столе, — не переставая ковыряться в подключенном к монитору ноутбуке, ответил он.

— Отчет отчетом, а сейчас в двух словах, почему сигнализация не сработала и почему охранники ничего не видели, не слышали? — тихо спросила Дарья.

— Потому что кино у них красивое крутили, интересное кинцо. Вот, полюбуйся. — Зотов нажал несколько кнопок, и на мониторе появился слабо освещенный зал.

— И что? — вглядываясь в изображение, спросила Дарья.

Это, несомненно, был зал выставки, тот самый зал, где пару минут назад она наблюдала пустые рамы. Сейчас картины были на своих местах. Причем зал скрывался в полутьме, сами картины разглядеть было сложно.

— Что это значит? Картины на своих местах? — спросила следователь.

— Именно. Причем это же видео крутилось и в тот момент, когда проходило ограбление.

— То есть ты хочешь сказать, что охранники видели эту картинку и были уверены, что все на месте?! — удивленно заключила Безбрежная.

— Ага! — подошел к ним Сидорчук. — Мы смотрели на мониторе, но, как вы видите, в зале все спокойно.

— И вы ничего странного не заметили? Как и кто вам это кино настроил? — озабоченно спросила Дарья.

— В том-то и дело, что не заметили. У нас по инструкции каждые три часа обход. В два ночи все было нормально, в пять картин уже не было.

— А как им это кино подключили, я сейчас и разбираюсь, — ответил Зотов. — Так что мне не мешайте, я работаю. — Он снова защелкал клавишами ноута.

— А сигнализация? Каждая картина же должна быть защищена? — снова спросила Дарья.

— А они и защищены были… — ответил Зотов. — Но кто-то тихонечко все отключил, так что, гражданка следователь, не мешайте, все в отчете напишу, — он демонстративно вернулся к своей работе.