Виктория Лайонесс – Инстинкт совершенства (страница 31)

– Я так и поняла, – шлепаю его по рукам, и он отходит, засунув руки в задние карманы джинсов.

– Как ты, заноза? – смотрит на меня с какой-то тоской.

– Кхм…хорошо, – нещадно лгу, прочистив охрипшее горло.

На самом деле все далеко не хорошо. День свадьбы неумолимо приближается, и все чаще меня накрывает нехорошее предчувствие. Приближение чего-то ужасного сковывает все внутренности и разум кричит бежать без оглядки. Мысли о предстоящем браке с притягивающим и одновременно пугающим мужчиной практически ни на минуту не покидают мою голову. Я не хочу думать о нем, но у меня не выходит, как бы я не старалась. Еще, как назло, за прошедшие четыре дня после нашего последнего свидания, даже находясь в деловой командировке в Детройте, он звонит мне каждый день, и мы разговариваем по часу, а может, и больше. Конечно, общение не обходится без постоянных перепалок и пререканий. Но иногда нам все-таки удается нормально поговорить. А когда я ложусь спать, он пишет мне сообщения с пожеланием спокойной ночи, что еще больше раздражает. Он будто делает все, чтобы я не забывала о нем. А я же до сих пор и не смогла разгадать этого человека. Для меня он все та же неприглядная неизвестность. Он умеет казаться милым, но это всего лишь маска, и когда-нибудь он покажет свое истинное лицо, и что-то мне подсказывает, что оно мне совсем не понравится. Я по-прежнему ему не доверяю и никогда не доверюсь.

– Мне не нравится, как это прозвучало, – черные брови парня нахмуриваются.

– У меня, правда, все хорошо, Чар, – посмотрев в сторону, потираю шею сзади.

– Эй, детка? – внезапно парень подходит ко мне совсем близко и берет лицо в ладони, заглядывая в глаза. – Ты можешь мне все рассказать, Эверин. Я ведь твой друг.

– Чар, – сбивчиво шепчу, обхватив его запястья.

Сейчас я, как никогда нуждаюсь в чьей-то поддержке. Я не могу всегда быть сильной. Я не робот, а живой и эмоциональный человек.

– Иди ко мне, – поняв, как мне непросто, парень снова притягивает меня к себе, и я сама льну к нему, обняв за шею.

Чарли зарывается носом в мои волосы, делая звучный вдох. Проводит руками по спине и опускается на ягодицы, толкая меня низом живота от затвердевший пах, и эти прикосновения уже не несут за собой шутку.

– Я так соскучился, детка, – хрипло выдыхает. – Поехали ко мне и все расскажешь, – начинает покрывать поцелуями мою шею.

– Засранец, стой, – мягко отталкиваю парня от себя.

О сексе я сейчас даже думать не могу. Пусть в последний раз это было уже два месяца назад, и нехватка ощущается. Знаю, что у Чарли есть другие девушки, но у меня же с этим все гораздо печальней.

– Ты сама не своя, Эверин. Не понимаю тебя в последнее время.

– Я выхожу замуж, Чар, – выпаливаю, ощутив, как участился пульс.

– Что? – рот парня приоткрывается от шока. – Какого черта? Почему я узнаю только сейчас, что у тебя кто-то есть? И разве не ты говорила, что никогда не собираешься замуж?

– Пожалуйста, ничего не спрашивай, Чар, – обхватываю себя руками.

– Что случилось, Эверин? Ты залетела от кого-то? – сжимает мои дрожащие плечи.

– Черт…нет, конечно.

– Тогда расскажи, чтобы я мог понять.

– Нечего рассказывать. Я выхожу замуж, и это все, что тебе нужно знать.

– Так вот, значит, как? Кто он? Ты его любишь?

– Это неважно. Я устала, Чар. И хочу спать. Прости, – ухожу на колотящихся ногах, глотая нарастающий в горле ком.

***

Весь следующий день на работе думаю о нашем разговоре с Чарли. За все три с половиной года дружбы мы ни разу с ним не ругались. Возможно, мне показалось, но я видела в карих глазах мелькнувшую обиду, когда огорошила его новостью о своем замужестве. Мне на его месте тоже было бы обидно, если бы самый близкий друг утаил от тебя что-то. Но я просто не знала как сказать. Была уверена, что начнутся расспросы, а я ведь не могла так прямо сказать, что я пожертвовала своей свободой ради него. Чарли никогда бы мне этого не позволил, он бы сгнил в тюрьме. Сейчас я уже почти уверена в том, что Адриан не стал бы заявлять на меня в полицию, если бы мне было на Чарли все равно. У этого мужчины какая-то нездоровая тяга ко мне. И это небанальная симпатия мужчины к женщине. Иногда мне кажется, что он просто одержим мной. И, похоже, эта одержимость заразна. Как еще объяснить мою реакцию, когда его губы оказываются на моих. Меня до сих пор бросает в жар от воспоминаний нашего будоражащего поцелуя на парковке стрелкового центра. Это было что-то на грани животной похоти, в которую я была готова окунуться с головой. Никогда не могла подумать, что мне может такое нравится. Сексуальная аура и мужественная энергетика Адриана делает с моим разумом что-то странное. Я становлюсь какой-то слишком развязной. Даже страшно представить, что я могла позволить ему делать со мной, займись мы сексом. Если сравнивать секс с Чарли, то в нем мало страсти и в него я совершенно не вкладываю эмоции. Для меня это скорее физиологический процесс для получения удовольствия. А Чар умеет его доставлять. Он очень чуткий парень. Уверена, что если он когда-нибудь полюбит кого-то, этой девушке очень с ним повезет.

Задержавшись на работе почти до десяти, выхожу из здания клуба и, шаркая гудящими ногами, иду к припаркованному скутеру. В последнее время все чаще задумываюсь над сменой работы. Сфера обслуживания выкачивает слишком много энергии, которую я могла бы направлять на помощь людям, а не лицезрение каждый день всех этих высокомерных снобов. Но поиск нового места — это очень сложный и утомительный процесс, когда у тебя нет должного образования. К тому же он может занимать немало времени.

– Мисс Риччи, – от неожиданности сжимаюсь всем телом, услышав сбоку грубый мужской баритон.

Повернув голову, замечаю в свете вечерних огней высокого мужчину в строгом костюме с наушником в ухе и узнаю в нем охранника, который удерживал Чарли в ту ночь, когда я пробралась в дом Адриана. Он стоит рядом с черным тонированным внедорожником, и нетрудно догадаться, кто находится внутри.

Какого черта он здесь делает?!

Тем более что в нашем последнем разговоре он говорил, что вернется из Детройта только завтра.

– Вас ждут, – охранник открывает заднюю пассажирскую дверь, ожидая, когда я сяду.

Сердце срывается в неистовый галоп. Все внутри протестует, и ноги словно приросли к асфальту. Вчера и сегодня мы не разговаривали с ним, и он ничего не написал мне на ночь. Но как назло, эти проклятые серые глаза врывались в мои сновидения, и несколько раз за ночь я просыпалась и потом долго не могла уснуть.

Взяв себя в руки, отрываю ватные ноги от земли и иду к машине. Забираюсь в салон, пропахший кожей и Адрианом, сразу натыкаясь на нечитаемый прозрачный взгляд. Дверь закрывается, и мы фактически остаемся вдвоем, поскольку перегородка, отделяющая нас от водителя, поднята. Сегодня он выглядит как важный босс, в темно-синем костюме тройке и голубой рубашкой под пиджаком с верхними расстегнутыми пуговицами. И даже в таком строгом образе от этого мужчины невозможно оторвать глаз.

– Уже даже узнал, где я работаю, – криво улыбаюсь. – Может, и номер моей медицинской страховки уже знаешь?

– Хватит язвить, bella, – в низком голосе слышны стальные нотки и непроизвольно вжимаюсь в кожаное сиденье.

– Может, тогда объяснишь, что ты здесь забыл?

– Приехал забрать свою невесту с работы. Этого достаточно?

– как только он произносит эти слова, машина трогается с места.

– Какого…я, вообще-то, сама могу доехать, – хватаюсь за ручку, бросив взгляд в окно. – Там мой скутер…прикажи, чтобы остановили.

– Твой скутер доставят утром. Можешь не переживать. Но ты больше не будешь возвращаться на нем и каком-либо другом транспорте одна по ночному городу. Тебя будет возить водитель.

– Ты не охренел ли?

– По-моему, мы уже обсудили с тобой тему ругательств, bella, – напоминает наш недавний разговор по телефону, в котором по какой-то странной причине я согласилась отучиться ругаться.

Но это сложно сделать, когда уже выработалась привычка. Работа в ночных барах не прошла без следа. Именно там я научилась всем этим грязным словечкам, когда отбивалась от назойливых посетителей.

– Я буду добираться с работы и на работу так, как делала раньше, – уже спокойней отвечаю.

– Это только для твоей безопасности. Я не пытаюсь ущемить тебя.

– Я могу постоять за себя.

– Ты никогда не знаешь, что преступник припрятал в кармане. От ножа или тем более пистолета не так просто отбиться. Преступность в Атланте, к сожалению, не снижается. И что касается твоей работы я сразу говорю, что она меня не устраивает. Моя будущая жена не должна обслуживать всяких толстосумов, которые пускают на нее свои слюни.

– Серьезно? И ты будешь продолжать нагло врать мне в лицо, что не ущемляешь меня? А мы еще даже не женаты! – возмущенно выпаливаю, начиная закипать.

Замечаю, как на щеках начинают нервно гулять желваки.

– Если бы я ущемлял тебя, то завтра же заставил уволиться, – от ледяного взгляда становится не по себе, но я собираюсь твердо стоять на своем.

– Знаешь, в чем главная проблема, Адриан? Я не верю ни одному твоему слову. Ты слишком мягко стелешь.

– Тебе нравится твоя работа, bella? – летит вопрос, от которого я запинаюсь.

– Мне платят за нее неплохие деньги, и это главное.