Виктория Королёва – Помни об этом (страница 9)
Меньше минуты проходит и на телефон падет сообщение:
Отправляю хохочущий смайлик. Ну конечно, ответит она иначе… не стоило даже надеяться. Отвергает всех возможных. А мне вдруг остро захотелось повернуть всё иначе. К тому же, он за этим подошёл. Сам так сказал. Хватаюсь за эту ниточку. Я всё что надо сделаю.
– Чем тебя угостить?
Закусываю губу. Бли-и-и-ин… Вопрос вежливости, но я опять испытываю разносортные эмоции. Хочется «да» сказать и принять, но в то же время, мы малознакомы.
– Нет.
– Почему? – тёмная бровь ползёт вверх, а парень разворачивается ко мне всем корпусом.
Улыбаюсь и молчу, а он вдруг покаянно голову опускает.
– Блин, сорян, совсем забыл. Игнат, – протягивает руку.
Пожимаю и вдруг выдаю совсем не своё имя:
– Ника.
Кивает, а я просто в шоке от себя. Зачем сказала? Зачем?! Блин!!! Если у них с Мариной сложится, то выглядеть будет глупее глупого. Но сказанного уже не воротишь, улыбаюсь дальше. Штырь в себя вгоняю, чтобы спина прямой была. Мама всегда ругалась из-за этого, вечно как крючок.
Что же меня так понесло?
– Так почему? – кивает на бар.
Я ему не доверяю, я его не знаю, я чёрт, не уверена в своей безопасности рядом с ним, особенно после того, что видела пару минут назад… Да-да он всё объяснил, но меня пока мало это успокаивает. Мне время нужно, я не могу быстро переключаться.
Игнат цепко держит взгляд, голову чуть в бок наклоняет, в глазах смешинки. Весело ему за моими метаниями наблюдать.
– Да кто тебя знает, – играю бровями, – может ты связной и продаёшь пьяненьких девушек за бугор.
– Связной? – смеётся в голос. – Ты Каневского пересмотрела в детстве? Капец, – глаза закатывает и всё равно делает заказ себе и мне.
Бармен увлекает очередным шоу играя фужерами и баночками, а после эффектно ставит передо мной коктейль, а моему соседу спокойно наливает порцию, без всяких выпендрёжей. Отрицательно качаю головой. Тогда он берёт свободную трубочку и отпивает немного, максимально приближаясь ко мне. Просто врывается в личное пространство, обдавая своим запахом. Сердце вдруг ёкает… Замираю, ловя непрошенные импульсы смотря за тем, как губы обхватывают свободную трубочку. Он делает глоток, а я смотрю… и дышу, кажется слишком глубоко, чем требуется.
– Всё, теперь можешь не бояться.
Выпрямляется, в глаза смотрит, улыбаясь совсем не камуфлируя иронию
– Не аргумент, – подначиваю.
Хохочет, опираясь на стойку правым локтем. И он всё ещё близко…
– Вот это ты сложная штучка!
– Какая есть.
– Не парься. Тут камеры на каждом шагу. Если тебя украдут, то найдут очень быстро.
– И по частям?
Игнат смеётся, оценивая и с хрипотцой отвечает:
– Но найдут точно.
Смеёмся вдвоём.
– Капец, нигде не спрятаться, – шутливо закатываю глаза.
Холодный коктейль морозит пальцы, а моя кожа огнём пылает. Я так сильно загоняю себя в рамки, что они как силки становятся. Больно давят, сжимаясь при любой попытке вырваться. И я устала так…
Стреляю глазами в нового знакомого, он наблюдает, на коктейль кивает, даже предлагает выпить его полностью самому, чтобы я не боялась.
Я ещё более странная, чем сама себе кажусь… Мне так хочется выглядеть нормальной, чтобы как все, без вот этих вот многоэтажек в голове. Просто хочу выглядеть нормальной, а не стрёмной сыкушкой. Чёрт…
Выдыхаю и пользуюсь второй трубочкой. Пробую совсем немного, постоянно думая о том. Что это совсем немного и если вдруг что… то…
– Вау! Да за это надо выпить! – подначивает Игнат и быстро чокается со мной бокалом.
Свой он, естественно, выпивает до конца, а я… делаю ещё один микроскопический глоточек.
По нёбу растекается прохлада, мята и цитрус.
И как-то так получается, что дальше мы продолжаем так же весело болтать. Именно весело. Шутим, смеёмся, я выпиваю коктейль до конца, он заказывает новый. Снова смеюсь и говорю, что споить меня хочет. Игнат отмахивается. Пьёт, впрочем, не слабый алкоголь, кажется виски. Я, если честно даже не спросила. Мы заняли два барных стула, но стойка пусть и большая, народа в клубе становится очень и очень много и именно поэтому пришлось подвинуться друг к другу ещё ближе, чтобы не лезли заказывать, между нами, да и слышать друг друга получается лучше.
А потом… как-то так само получается, что я забываю о необходимости как можно выгоднее «продать» Марину… мы много болтаем и темы перетекают одна в другую. Крипта, проблемы экологии, народ на танцполе, его друзья, которые привлекли моё внимание. Ещё раз спрашиваю нормально ли там всё? Он смеётся и заверяет, что безопаснее чем с братом, ей нигде не будет. Ставлю ему плюсики и продолжаю радоваться за подругу. Он реально в её вкусе – положительный.
Периодически кто-то подходит, здоровается с моим новым знакомым. На меня поглядывают с интересом, но не более. Игнат никак не представляет. Оно и ясно, мы совсем друг другу никто, я, как бы, совсем недавно ему в лучших красках подругу расписывала.
А ещё… у него имя настоящее. Я несколько раз слышу его из уст других людей. И да, его тут знают, что тоже делает моё спокойствие осязаемей. Делаю себе отметки в голове, как зарубки. Плюсы и минусы. Доверять или нет. Вроде всё клёво, но… это пока ещё не точно.
Прокручиваю оранжевый коктейль в руке, когда в очередной раз подходит какой-то парень и увлекает Игната в разговор.
От скуки беру телефон и настраиваю камеру на фужер с коктейлем. Фотографирую и сразу, пока не одумалась выкладываю в социальной сети. Спустя несколько минут начинают сыпаться огонёчки. Вау! Алкоголь подогревает борзоту внутри и разжимает клещи. Позволяю себе расслабиться немного. Всё же хорошо, правда?
– Сорь, – поднимает руки перед собой, – я не специально.
Улыбаюсь, откладывая телефон.
– На чём мы остановились? – прищуриваясь выкидываю ещё одну проверку.
Игнат с лёгкостью вспоминает, и мы чокаемся, чтобы продолжить болтать дальше.
Мне: легко, хорошо и классно, даже в тот момент, когда намертво сцепляемся в вопросе толерантности. Я кидаюсь спорить и доказывать «своё» с пеной у рта, он аргументы накидывает: борзо давит, почти вышвыривая меня из зоны комфорта, и я злюсь, не отступая не на шаг.
– Да, блин! – активно жестикулирую, – ты же юрист, юристы должны быть толерантны!
– Да, конечно, ага. – кивает, но в глаза смешинки бегают.
Пока спорили он ещё ближе придвинулся, руку на маленькую спинку стула положил, почти окутал собой.
– А как же справедливость и прочие ваши штучки. – хмурюсь бесстрашно нападая.
– Так это не равно толерантности, – легко отбивает и довольно жмурится, наслаждаясь моей реакцией.
Припираемся, я просто насмерть стою за своё, Игнат дров подкидывает в костёр. Я же ведусь, горю, распыляюсь. Наши словесные баталии почти через край перекатываются, без повышенных тонов, без оров, но так остро получается. Я практически задыхаюсь. И это тоже что-то новое.
– Это штучки из судебной практики, что-ли?
– Там так не поговорить. – смеётся. – У тебя какое-то романтическое представление о суде. Думаешь всё как в фильмах?
Пожимаю плечами и отпиваю коктейль.
– Понятия не имею. Меня никогда не было даже близко с МВД или с чем-то таким… Как-то не тянет, знаешь ли.