Виктория Кадаверциан – Сквозь тьму. Предсказание Таро (страница 4)

Тем временем на крышу кареты забрался тот самый стражник, с которым господарь разговаривал не более десяти минут назад. Лицо воина было залито кровью, но на ногах он стоял уверенно.

– Скачите, господарь! Я постараюсь их задержать.

У стражника в руках блеснул тяжелый арбалет и в волков полетел первый болт. Сколько у них времени до того момента, пока он свалится с крыши или пока не закончатся болты? Минута? Две? Пять? Слишком мало. Надо было бы помочь, но Стефан понимал, что не в праве рисковать жизнью Милорады, поэтому он хлестнул коня, посылая его вперед.

Ветер бил в лицо, низко свисающие ветви хлестали по глазам, выбивая слезы, но несущийся сзади волчий вой не позволял даже на йоту сбавить скорость, давая отдых лошадям. Стефан поглядывал на Милораду, которая прильнула к шее своей кобылы, пряча лицо от ветвей. Справа мелькнула почти незаметная просека, уводящая вглубь леса, и господарь потянул за поводья.

– Туда!

Кони круто свернули, комья земли полетели из-под копыт, и помчались дальше, стремясь оказаться как можно дальше от преследователей. Сколько могла бы продолжаться эта безумная гонка? На сколько хватит сил у лошадей, до тех пор как они не начнут спотыкаться и хрипеть, сбавляя скорость? Пока позади было тихо. Возможно, стражнику удалось и впрямь задержать оборотней, а, может, те тоже устали, догоняя сначала карету, а теперь преследуя беглецов. Мимо мелькали деревья, сливались порой в сплошную зеленую стену. Наконец, Стефан сделал невесте знак замедлить движение, натягивая поводья и чувствуя как бока Шторма ходят ходуном.

– Дальше шагом.

Куда им теперь? От преследователей они пока оторвались, но рано или поздно оборотни настигнут свою добычу. Кроме того, господарь совершенно не представлял, в какую сторону им теперь двигаться, потому что в пылу безумной скачки он не следил за направлением, а вокруг был только лес.

– Покажи рану. Он сильно тебя?

Господарь повернул голову к Милораде, та приподняла рукав, показывая багровую отметину от зубов. К его удивлению, та уже не кровила, запекшись. Девушку трясло, губы кривились – она явно сдерживала рвущиеся наружу рыдания. Стефан протянул ей платок, предлагая хотя бы так прикрыть рану, и попытался приободрить, сам не веря в свои слова.

– Мы выберемся, обязательно.

Милорада кивнула, но и в ее глазах уверенности не было.

Лес же становился только темнее и гуще, представлять, как они будут плутать тут в темноте, не хотелось. Внезапно девушка вскинула голову.

– Я слышу голоса.

Стефан удивленно повернулся. Сам он не различал ничего, кроме скрипа стволов и обычных лесных шорохов, и на миг ему показалось, что у невесты на фоне нервного потрясения могли начаться видения, но та уже решительно взялась за поводья здоровой рукой, направляя лошадь куда-то между деревьев. Что ж, в любом случае это направление было не хуже других, как говорится, из двух меньших зол можно выбрать и третье, даже если оно – всего лишь иллюзия.

К его изумлению, уже через несколько минут ноздрей коснулся горьковатый запах дыма, а это означало только одно – рядом действительно есть поселение. А чуть позже уже и господарь разобрал приглушенный гомон голосов, и уважительно посмотрел на сосредоточенную невесту – надо же, какой тонкий слух – в одиночку он мог еще долго плутать по лесу, так и не наткнувшись на людей. Деревья поредели, в просвете мелькнули повозки, составленные в центре большой поляны кругом. Все громче звучала гортанная речь, запахло горячей похлебкой, костром, лошадиным навозом.

– Это цыгане… – не веря своим глазам, шепнул Стефан, и направил коня вперед, к границе табора. На звук движения выглянул чумазый мальчишка из кибитки, глаза которого округлились, и он кубарем скатился на землю, припустив куда-то к центру стоянки, только пятки сверкнули.

– Мы заблудились в лесу, госпожа ранена. – Стефан заговорил громко, чтобы не пугать людей и не получить шальной арбалетный болт в горло, потому что незваных гостей из леса никто не любит, мало ли какая нечисть прикидывается человеком. А уж про сколько случаев он сам слышал, что просится бедняк на постой, а потом оборачивается упырем или чем похуже, съедая без остатка тех, кто проявил жалость. – Мы просто люди.

На его голос высовывались из кибиток смуглые люди, настороженно глядя на пришельцев. А от центра поляны уже спешил пожилой, но крепкий цыган в яркой желтой рубашке и жилете, расшитом бусинами и лентами.

– И что же вас, добрые… люди, завело в такую глушь?

Судя по тому, что больше никто голоса не подал, цыган был предводителем табора, а значит только он имел право решать, предоставлять приют путникам, или отправить их обратно в лес. Господарь вздохнул, бросил быстрый взгляд на бледную Милораду, что поджала губы, глядя куда-то вдаль.

– Мое имя – Стефан Дечан. Я…

Договорить он не успел, послышались взволнованные шепотки среди таборных, которые все прибывали и толпились у кибиток:

– Господарь, Господарь… Сыночек старого Дечана… Да не может этого быть, что ему делать здесь?

Цыганский барон поднял руку, призывая всех к тишине. И усмехнулся.

– И что же завело тебя, господарь Стефан в наши края? Да еще и со знатной леди. Неужто надоели дворцы и палаты? Захотелось воздуха свободы вдохнуть?

Милорада вдруг покачнулась в седле, закрыла глаза, и Стефан спрыгнул с коня.

– Мы следовали к родителям моей сиятельной невесты, но подверглись нападению стаи оборотней. Только нам удалось уйти от погони. Госпожа ранена, я прошу у вас приюта и помощи.

Барон прицокнул языком, словно удивился тому, откуда знатный господарь знает правильные слова, но кивнул, хитро улыбнувшись вдруг.

– Ну что ж, сможете войти – получите и приют, и помощью. Слово ромала.

Господарь удивился, потому что никакой преграды не видел, но протянул руки, чтобы осторожно снять обессилившую невесту с лошади. Милорада прижалась к нему всем телом, обвила ледяными руками за шею. Белокурая головка опустилась на его плечо.

– Я не могу идти…

Ее голос шелестел так тихо, что Стефан едва разобрал слова, но только крепче прижал девушку к себе.

– Я отнесу тебя. Здесь нам помогут.

И сделал шаг вперед.

Ноги вдруг увязли в сгустившемся воздухе, словно что-то не желало пропускать господаря в круг, но он подался вперед, прорываясь внутрь, не позволил изумлению промелькнуть на лице, и вдруг увидел, как расслабляются цыгане. Барон же улыбнулся еще раз куда приветливее.

– Добро пожаловать в табор «Вольный», молодой господарь. Идите к моему шатру, там вам будет удобно.

Мужчина повернулся спиной, предлагая двигаться за ним, Милорада в руках Стефана только вздохнула от облегчения, когда господарь зашагал следом.

Практически в центре лагеря расположился большой шатер, словно весь состоящий из разных лоскутков. Но по мере приближения стало понятно – это заплатки, коих было так много, что первоначальный цвет ткани уже и не угадывался, полог был откинут в сторону. Рядом с ним переминался с ноги на ногу давешний мальчишка, сгорающий от любопытства.

– Прошу.

Барон сделал приглашающий жест, и Стефану пришлось немного пригнуться, чтобы войти.

Простая обстановка – стол в центре шатра, за тонкой занавесью скрывалась кровать, у полотняной стены – сундук с резной крышкой. Господарь явно замешкался, но барон указал ему на сундук, предлагая устроить девушку прямо на нем, а сам, опустил сначала входной полог, а после и сел, опираясь локтями на стол.

– Что же с вами случилось, Господарь?

Стефан устроил невесту на широкой крышке сундука и обернулся.

– Наш отряд попал в засаду оборотней. Стража погибла, но дала нам возможность спастись, на ваш табор мы наткнулись случайно. Моя невеста ранена, у вас есть кто-то, кто может оказать ей помощь?

Барон постучал пальцами по столу, а потом вдруг громко крикнул:

– Богданко! Сюда поди, поганец! Слышу же, как ты сопишь у входа.

Полог шевельнулся, внутрь просунулась всклокоченная голова мальчишки.

– Я не сопел, Баро! Просто подумалось, может тебе что понадобиться?

Глаза его бегали, видимо, цыганенок сам не особо верил собственному неумелому вранью. Барон усмехнулся.

– Шувани позови, быстро. Господа хотят ее видеть. Да пошевеливайся, слышишь?

Мальчик кивнул и пропал, только за стенкой раздался частый топот, когда он понесся прочь.

Цыганский табор под красивым названием «Вольный» расположился в удобной низине между высокими соснами, царапающими верхушками небо.

Совсем молодая цыганочка, разложив на камнях пышную юбку, торопливо зашивала яркий передник, щедро украшенный бусинами и лентами, и недовольно прикусывала розовые губы. Успеть бы пока совсем не стемнело… Низкие, тяжелые тучи летели по небу, бледное солнце скрывалось за ними.

Цветные кибитки, перезвон монисто да горящие костры. Звучала быстрая речь, похожая на журчание ручья, слышались переливы музыки…

Для цыган не было лучшего дома, чем лес. Не было прекраснее доли, чем бесконечная дорога, ведущая каждого из табора за собой. Однажды и ее, совсем еще девчонку, подхватила эта дорога, закружила перекрестками, запутала поворотом.

Словно вчера босоногая цыганская детвора с веселым хохотом бегала по мелководью быстрой говорливой речушки, бросалась камешками в толстых коричневых лягушек, с жаром заявляя, что это – нечисть, а они все – сильные и смелые колдуны и колдуньи, которые побеждают всех и вся одним взмахом руки.