Виктория Хорошилова – Тени прошлого (страница 10)

— Мы, может, хотим познакомиться наконец с твоим тренером. Возьмём одно занятие, а там, может, тоже будем ходить заниматься. Скажи, родная, ты кроме этого свидания ходила на другие, с другими парнями, после аварии?

— Ага, не больше пары минут они продлились. Между прочим, с Анькиной подачи началп ходить на свидания.

Утром тренер, увидев меня с отцами, застыл на пару мгновений.

— Хм, сразу видно, в кого Мариша такая тростиночка, — хмыкнул Трой. — Что-то случилось?

— Нет, — сказал старший отец, осматриваясь. — Что-то пусто в зале.

— Да, некоторые сегодня не пришли. Буду вас за компанию гонять.

Отцы оплатили тренировку и пошли в раздевалку. Я быстро переоделась и вернулась в зал. Сегодня я была на своей облегчённой коляске, потому что меня катил отец.

— Идём разминаться, — покатил Трой меня к матам. — Папаши, за мной!

Каждый размялся, а потом тренер улыбнулся и сказал:

— А теперь упражнение «гусеничка».

Я хихикнула и легла на живот. Отцы улыбнулись. Тренировка прошла весело. В конце пришёл старший брат. Вчерашняя пощёчина налилась синяком.

— М-да, хорошенько ты вчера парню врезал, — сказал младший отец старшему.

— Заслужил паршивец, — прошипел отец и подошёл к сыну. — Ромка, что стряслось?

— Мама послала вас найти.

— Через двадцать минут будем.

Подкатила к брату. Он мне виновато улыбнулся.

— Худоба явно семейная черта, — сказал тренер. — Было за что? — спросил он у Ромы, показывая на синяк.

Брат виновато кивнул.

— Я подожду вас. Аня не уезжает, — сказал он мне. — Она с родными вчера пообщалась, они няню наняли, и её помощь не нужна. На выходных в гости приедут.

— Мне уехать?!

— Не вздумай! — прошипел брат. — Я раз лоханулся, больше не повторится.

Просто кивнула. Не удержалась и днём написала Алексу простой вопрос:

«Как ты? Всё хорошо?»

Ответил он через час:

«Прости, я замотался и погряз в работе. Заодно пытаюсь выловить некоторых скользких типов, а они пытаются выскользнуть. А ты как?»

«Вчера очень откровенно поговорили всей семьёй. Как не рассорились, диву даюсь. Брату от отца прилетело, на утро синяк созрел. Но папа говорит, он сильно виноват, что что-то от него скрыл. И для отцов стало открытием, что я работаю. В общем, о многом поговорили. А сегодня они пошли со мной на тренировку. Думали тебя найти, познакомиться. Трой гонял всех вместе, а то ему скучно было».

«Весело у вас. Позже ещё напишу, моя цель вышла».

Алекс вплотную взялся за то, чтобы вывести на чистую воду Кирилла Манризова, потому, что он был виноват в травме его пары. Парню пришлось задействовать все свои связи, чтобы открыть дело по аварии и умышленному причинению вреда пассажиру после аварии. Отец Кирилла пытался всё свалить на меня, мол, было же сказано, что виновата девка. Но Алекс выложил заключения медиков, которые меня доставляли и которые собирали мои ноги и частично спину. Дело затягивали ещё и показания свидетельниц, которые повторяли слова Кирилла.

Парень, узнав, что снова началось расследование, явился к нам домой. Ещё и подгадал момент, когда дома даже матери не было. А я по своей наивности не посмотрела, кто пришёл, и открыла дверь. Мне сразу прилетел удар в лицо, и меня толкнули в комнату так, что я вылетела из коляски.

— Ах ты ж дрянь! Думаешь, тебе это сойдёт с рук? Я ославлю тебя на всю страну, посмеешь пискнуть что-то про меня — пожалеешь.

Напоследок он пнул меня в рёбра и со всей дури наступил на бедро. Я слышала, как хрустнули кости, и закричала от боли. Он вылетел из моей комнаты, хлопнув дверью. Она не закрылась. Через пятнадцать минут услышала, как кто-то идёт к дому. Это была мать. Она увидела открытую дверь и зашла.

— О, господи! — воскликнула она. — Что случилось?! Ты упала?

Когда она меня осмотрела, спросила коротко:

— Кто?

— Кирилл приходил.

— Вот скотина. Ты в кресло сесть можешь?

— Нет, он мне ногу сломал, я слышала, как хрустнули кости, и кровь идёт из ноги. Я наложила жгут, но кажется, я скоро отключусь.

Мать испугалась, пробормотав, что я разочарование и приношу сплошное огорчение, вызвала скорую. Благо она приехала быстро, и мне быстро оказали помощь. В больнице ко мне подошёл Мэтью.

— Привет, Мариша, кто это был?

— Кирилл, — сказала едва слышно.

— Манризин? — я кивнула.

— Девушке нужно отдыхать, она только отходит от наркоза, — сказал врач.

— Док, не суетись, я быстро.

— Всё это он? — я кивнула. — Он что-то говорил?

Я ему почти дословно повторила.

— Алекс будет в ярости. Оставлю у палаты охрану. А то этот придурок ещё явится.

Очнувшись в следующий раз, увидела тренера.

— Привет, ну и напугала ты нас! Из зала много кто тебе пожелания выздоровления передаёт. Ничего, я тебя потом снова на ноги поставлю.

Врач, слушая это, только криво улыбался.

— Вы в курсе проблем со спиной?

— Конечно! Я же реабилитолог.

— Оу, простите, коллега. И какой прогресс был?

— Понемногу уже ходила с опорой. И даже могла немного стоять. Только начался явный прогресс, и один урод нас откинул на год.

— Ходила?!

— У меня есть видео.

Он показал и мне, и врачу, как я хожу, держась за Алекса.

— Почти год ушло на это. А если ещё операцию сделают, то она бегать будет!

Алекс зашёл ко мне, когда я спала под обезболивающим. Постоял, посмотрел на меня, потом написал своим побратимам, где я, и посоветовал зайти ко мне.

— Доброе утро, — услышала я утром и, проморгавшись, увидела двух симпатичных мужчин.

— А вы кто? — спросила сипло.

— Побратимы Алекса. Мы по очереди будем дежурить в палате, чтобы больше тебя никто не тронул. Алекс злится, очень. Он чувствует себя виноватым перед тобой. Но теперь он вытрясет из них не только душу, но и признание. Остальное — не для нежных женских ушек.

Я не знала, о чём с ними общаться, к тому же была дикая слабость, и клонило в сон.

— Меня зовут Себастьян, а это Эмиль, — представился мужчина, назвав себя и побратима, погладил меня по голове, а потом наклонился и поцеловал в лоб.

Я ощутила, что он старший в тройке. Себастьян смотрел на меня с такой нежностью. А у меня всё начало плыть перед глазами, и я провалилась в темноту.

— Она очень слаба сейчас, — сказал Себ своему побратиму.